Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

12:57 11 студзеня 2017
15
Памер шрыфта

Как белорусские родители ищут альтернативу государственной системе образования…

Не секрет, что современная система образования в Беларуси хоть и претерпевает бесконечные реформы, но по сути своей остается ретроградной. Заточенной под потребности прошлого века. Когда общество нуждалось в людях, умеющих четко и беспрекословно выполнять команды, стоять от звонка до звонка у станка, изготавливая детали и не задавая вопросов, кому, зачем и почему они нужны.

Требования современного мира значительно отличаются от вчерашних запросов. В трудовых книжках у сегодняшних детей будут записаны такие профессии, которые мы даже еще не придумали. И требования к ним, нашим детям, в будущем предъявят другие: креативность, нестандартность мышления, умение разбираться в человеческой психологии. В общем, всему этому в школе сегодня точно не учат. Зато по-прежнему учат ходить строем, петь хором, отступать нужное количество клеточек и не задавать лишних вопросов.

Такой подход к воспитанию и обучению детей устраивает далеко не всех родителей. И если большинство из них не видят выхода и, оставаясь недовольными, все же отдают детей устаревшей системе, то некоторые все же пытаются вырваться из привычного круга. И ищут альтернативы классическому детсадовскому и школьному воспитанию.

«Народная Воля» поговорила с двумя родителями о том, почему они не доверили государственной системе образования своих детей, как искали альтернативу и что из этого вышло.

 

«Я просто довольствуюсь тем, что мой собственный ребенок счастлив и у него все хорошо»

Римма Ушкевич – мама четырехлетнего Степана – живет в Гродно. По образованию – журналист. Сотрудничала с разными медиа. Поработала пресс-секретарем в Центре экологических решений в Минске. А потом вышла замуж, забеременела, вернулась в  родной Гродно и как-то все закрутилось.

Когда ее сыну пришло время идти в детский сад, Римма и не думала, что вскоре возникнут мысли о том, как с ним распрощаться.

Ощущение того, что «что-то не так» пришло, когда ребенок стал болеть, когда его общее настроение и состояние изменилось не в лучшую сторону.

«Я видела его совершенно остекленевший взгляд, видела, как в детском саду относятся к детям, и поняла, что мне это не нравится», – рассказывает Римма.

В тот момент она как раз встретилась с единомышленницей, такой же, как она, мамой, у которой было трое детей и которая  не водила их в садик. Причины были те же – болезненность и тяжелое психологическое состояние детей.

«Мы с ней стали обсуждать, что можем сделать для своих малышей.  Придумали несколько разных вариантов, вплоть до того, что можно сидеть с детьми по очереди дома,  но в итоге реализовали «Ветку», – вспоминает Римма Ушкевич.

«Ветка» – это экологический мини-детсад, в котором дети проводят не более четырех часов в день и который посещают всего 10 детей. Такой маленький детский клуб единомышленников.

«Это было несложно. Я зарегистрирована как индивидуальный предприниматель, который осуществляет оказание услуг населению по обучению и воспитанию детей вне дошкольного учреждения. Как ипэшница я смогла нанять на работу педагога-психолога», – рассказывает Римма.

Сам садик возник не на голом месте. К тому времени в Гродно уже работала детская экологическая студия, которую поддерживал Центр экологических решений и товарищество «Зеленая сеть». Поэтому первые дети, которые пришли в мини-сад, были детьми мам-единомышленниц, для которых в равной степени было важно и уважительное и внимательное отношение к детям, и экологическая ориентированность садика.

По словам Риммы Ушкевич, в целом законодательство не предъявляет каких-то заоблачных требований к подобным мини-садам (правильнее было бы называть их детскими клубами или центрами развития).

«Есть требования для дошкольных учреждений, и они довольно строгие. Со стороны и санстанции, и пожарных. Нужны раздельные туалеты для взрослых и детей, для мальчиков и девочек. Согласно таким требованиям, нужно строить отдельное здание. Но сейчас есть бесконечное множество центров развития, студий, при которых работают мини-садики (группы кратковременного пребывания детей без родителей). Там дети могут находиться не более 4 часов в день. Иначе им нужно организовывать сон и питание. Зато на них не распространяются строгие нормы (отдельное помещение для сна, кухня и т.д.)», – говорит Римма.

На сегодняшний день «Ветку» посещают до десяти ребятишек в день. Есть среди них и  те, кто чередует обычный детский сад и мини-сад, и те, кто ни разу не ходил в государственные дошкольные учреждения.

«Причины разные: у кого-то дети болеют в саду, кто-то принципиально против системы. Есть мамы, которые только к третьему ребенку одумались и осознали, что водить ребенка в детский сад совершенно не обязательно», – рассказывает Римма.

И признается, что сегодня думает о том, чтобы, скооперировавшись с другими родителями, переехать в более просторное помещение, чтобы его можно было оборудовать под растущие нужды мини-сада.

Услуги таких мини-садов, какой создала Римма, обычно недешевые, хотя «Ветка» в Гродно – одна из самых доступных.

«По сравнению с альтернативами мы стоим практически в два раза дешевле. День пребывания ребенка в нашей «Ветке» стоит 17 рублей в день, в Школе Монтессори в Гродно – 30 рублей. Да, в стоимость таких услуг входит и аренда, и налоги, но все равно это недешево», – говорит Римма Ушкевич.

И подчеркивает, что пока речи о том, чтобы «Ветка» стала бизнесом, не ведется. Большая часть доходов идет на оплату аренды, на коммунальные платежи.

«Сейчас я просто довольствуюсь тем, что мой собственный ребенок счастлив и у него все хорошо. То же самое я слышу от других мам, которые постоянно нас благодарят за идею и воплощение», – говорит Римма Ушкевич.

По ее личным наблюдениям, самая главная особенность воспитания и обучения в таких детских садах в том, что дети, которые ходят в такие небольшие группы, показывают совершенно другую динамику развития.

«Они выделяются на фоне садиковских детей по поведению, по способу мышления. И я очень хотела бы, чтобы таких мини-садиков, как «Ветка», появлялось больше», – говорит Римма.

И признается, что уже сегодня с мужем обсуждает, что делать, когда Степан подрастет и придет время отдавать его в школу.

«Мы обсуждаем свои возможности организовать сыну домашнее обучение. Был у нас как-то разговор с друзьями о том, чему мы можем научить детей. Муж, например, может преподавать химию и биологию, я – языки и литературу, друг семьи – преподает физику и математику. Выходит, мы вполне можем создать такой кластер, который будет своими силами обучать небольшую группу детей, – говорит Римма Ушкевич. – Да, это выглядит как самодеятельность. Но даже этой самодеятельности я лично доверяю гораздо больше, чем классической школе. Уж слишком много я об этой школе слышу. И то, что слышу, мне не нравится категорически».

«Обучение по индивидуальному плану – штука классная, но подойдет не для всех»

Пока Римма Ушкевич с мужем только обсуждают идею домашнего обучения, другие родители уже активно пробуют такой метод.

Так, минчанин Геннадий Коршунов с женой перевели на домашнее обучение двух сыновей. Многодетный отец признается, что идея учить детей вне школы пришла в их семью не сразу. Старшая дочь «отработала школу по полной программе», а вот второй и третий ребенок проучились в школьных стенах лишь первый и второй класс. Потом у родителей возникло «слишком много вопросов».

«Наши сыновья – погодки. Но в школу мы их отдали вместе. Хотя и в разные классы. И буквально сразу столкнулись со странным делом. В одной и той же школе у одного учителя – одни требования, а у другого – другие. Возникло очень много вопросов «почему?» и «зачем?», а ответы нам никто не давал», – вспоминает Геннадий Коршунов.

В то время жена Геннадия как раз родила четвертого ребенка и ушла в декрет. Педагог по образованию, она решила перевести детей на индивидуальный план обучения. То есть учить дома.

«Первые месяц-два учебы дома были очень сложными. Происходило ролевое смешение: раньше мама была мамой, а учитель – учителем. А здесь мама – два в одном, – рассказывает Геннадий Коршунов. –  Но мы фактически ни разу не пожалели, потому что стало понятно, что за один-два месяца по любому предмету ребенок способен осилить всю годовую программу школы. При этом с меньшими затратами времени ежедневно, чем в школе».

И это закономерно. В школе на учителя приходится и больше детей, и больше внеучебной нагрузки. Плюс учитель просто физически не может найти подход к каждому ребенку в классе.

Впрочем, признается многодетный отец Геннадий Коршунов, сегодня перевести детей на индивидуальный план обучения – задача непростая.

«По закону мы все имеем право на то, чтобы перевести ребенка на индивидуальный план обучения, но позволить нам это или не позволить – в руках образования. Раньше школы очень осторожно подходили к этому вопросу, сейчас «лавочку» и вовсе хотят просто прикрыть. В этом году, как мне известно, в нашей школе еще несколько семей хотели пойти по этому пути, но разрешили не всем», – говорит Геннадий Коршунов.

Для обучения дома нужна жесткая самодисциплина. Тут не пройдет подход «откосить», как в школе. В обычной школе можно просто отбыть положенные часы – и идти домой. «Домашние» же дети понимают, что их задача – выучить предмет «от сих и до сих» и только потом расслабиться.

Да, родители детей, находящихся на домашнем обучении, не ставят им оценки, но это делают в школе. Кому-то приходится писать контрольные и тестовые задания раз в полугодие, кому-то – раз в четверть. Дети Геннадия Коршунова делают это каждый месяц. Так что расслабляться просто некогда.

Кроме самодисциплины еще один важный момент – умение учить. По мнению многодетного отца, материал из современных учебников просто не может вызвать у детей эмоциональный отклик. А значит, вряд ли останется в них надолго.

«Детям скучно. У меня жена в этом смысле – просто волшебница. Она может сделать игру из ничего. Но если же просто говорить детям про Евфросинию Полоцкую или Кирилла Туровского лишь то, что написано в учебниках,  – скука смертная», – говорит Геннадий Коршунов.

Мужчина уверен, что девяносто процентов успеваемости ученика зависят от личности учителя.

«Любой, даже самый интересный, урок учитель может убить своим скучным бубнением, и так же любую скучнейшую математику можно объяснить на котиках. Я на днях видел объяснение матстатистики на котиках. Дети все равно уже в этом новом информационном мире. И все, что нам остается, – это пытаться их догонять и обгонять. Учиться говорить на их языке», – говорит Геннадий Коршунов.

Брестчанка Татьяна (свою фамилию она просит не называть) рассказывает, что пока не получила разрешения на обучение своей дочери дома. Говорит, что в школе, куда обратилась, засомневались, сможет ли родитель без педагогического образования справиться с поставленной задачей.

«Мне просто так и сказали, что мама из меня, может, и хорошая, но для педагога этого мало», – говорит Татьяна.

И хотя в законе нет таких требований, формально родителям могут отказать в переводе ребенка на индивидуальный план обучения. Особенно если речь идет не о младших школьниках, а о детях постарше.

Татьяна не теряет надежды и планирует в будущем все же получить разрешение от педагогов. Говорит, что хочет взять на себя ответственность за воспитание и обучение ребенка, равно как и за психологический комфорт своей дочери.

«Я хочу, чтобы мой ребенок не испытывал негативных чувств по отношению к учебе, чтобы получение знаний для него было интересным приключением, а не обязаловкой, чтобы ему было психологически комфортно учиться. И это нормальное желание для родителя. Тем более что я не требую всего этого от школы, а хочу организовать обучение дочери самостоятельно», – поясняет Татьяна.

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА КРИСТИНЫ ВЯЗОВСКОЙ

Стоит ли ограничивать встречи детей с системой?

– Оградить ребенка от правды жизни невозможно, но можно улучшить качество его жизни и восприятие ребенком этого мира, потому что если он переживает унижение, физическое и психологическое насилие, то это, безусловно, скажется на его дальнейшей жизни. Если у родителей есть возможность поменять ребенку воспитательницу, сменить детский садик либо как-то иначе повлиять на происходящее с ним, то это стоит делать.

В моем детстве в нашем садике была нянечка, которую впоследствии посадили за нанесение побоев ребенку. Родители детей очень долго терпели, не шли разбираться с самой нянечкой, не ходили в администрацию, советовали своим детям лучше себя вести, пока одного мальчика она не избила до совершенно кошмарного состояния.

К сожалению, дети часто не могут внятно и мотивированно рассказать, что с ними происходит. И от многих их попыток поделиться происходящим родители просто отмахиваются. Такое случается даже тогда, когда дети становятся жертвами сексуального насилия. Они пытаются объяснить взрослым, что играли в игру, после которой им нехорошо, но взрослые часто не понимают, о чем речь.

– Как понять, что ребенок испытывает психологическое или физическое насилие в детском саду или школе?

– Если ребенку плохо в саду или в школе, у него появятся признаки дезадаптации. У малыша могут полностью исчезнуть все социальные связи внутри группы (друзья, приятели). Ребенок будет категорически отказываться идти в сад или школу вплоть до истерики. Он будет усваивать материал не в комплексе, а фрагментарно (условно говоря, из сказки про Колобка он усвоит содержание только про медведя). У ребенка могут появиться различные стереотипические действия, связанные с успокоением. Если он столкнулся с чем-то очень страшным, то может начать, к примеру, раскачиваться. У ребенка может измениться режим сна и отдыха, измениться пищевое поведение. Если родитель хочет это заметить, он это заметит…

– В чем проблема современной системы образования в Беларуси?

– Родители являются заказчиками сферы услуг. Мы выбираем, к кому и куда водить наших детей. Но система работает так, что у большинства родителей просто нет выбора. Реальная проблема наших государственных дошкольных учреждений в перегруженности групп, в очень низкой квалификации воспитателей и нянечек, в коррупции, в очередях в хорошие сады и в том, что родители не хотят влиять на то, что происходит в детских дошкольных учреждениях.

Они в случае негативных обстоятельств предпочитают забрать своего ребенка оттуда. И мы не можем никого заставить «воевать», отстаивать свои права в рамках закона, но хотелось бы, чтобы взрослые люди понимали: они являются заказчиками образовательных услуг и могут предъявлять к их исполнителям определенные требования.

– Что могут сделать родители?

– Система уже стала более благодушной по отношению к замечаниям и предложениям. Потихоньку происходят перемены, дают эффект жалобы. Но у нас в менталитете есть предубеждение, что жалобы – это нечто из ряда вон выходящее, лучше не выносить сор из избы. Но если родители не будут показывать свое недовольство, то как система сможет догадаться, что что-то не так? Конечно, как психолог, я не могу рекомендовать людям быть более смелыми, но кто защитит наших детей, если не мы?

– Осталось ли в детских садах и школах что-то хорошее?

– Знаете, что есть в садиках хорошего? Чего не дают малые группы? Это питание и физические нагрузки. Регламентированные детские повара обладают большей квалификацией для приготовления детской еды, чем взрослые. Плюс запланированная физическая нагрузка. Тело ребенка растет, и родители не всегда в состоянии предложить им адекватные нагрузки. Потому что с утра танцы, в обед теннис, вечером каратэ — это слишком много для ребенка.

СПРАВКА

Обучение по индивидуальному плану – предусмотренный Кодексом об образовании вариант обучения детей на дому.

Решение об индивидуальном обучении ребенка принимает руководитель учреждения образования (согласно п.17 ст.158 Кодекса об образовании). Он составляет приказ «Об организации обучения по индивидуальному учебному плану».

Указанный план «устанавливает особенности получения общего среднего образования одаренными и талантливыми учащимися, а также учащимися, которые по уважительным причинам не могут постоянно или временно посещать учебные занятия и (или) проходить в установленные сроки аттестацию».

Что может стать основанием для обучения по индивидуальному плану?

– Частое отсутствие ребенка в стране в силу семейных обстоятельств.

– Профессиональные занятия спортом, музыкой, балетом, театром (участие в выездных соревнованиях, концертах, спектаклях).

– Многодетная семья с маленьким ребенком (у родителей не получается вовремя приводить ребенка в школу и забирать его после занятий).

– Частое отсутствие родителей, то есть, уезжая в командировки, они не могут отвозить ребенка в школу.

– Частые болезни ребенка.

Аўтар: Янина МЕЛЬНИКОВА 
Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

Амерыка ўжо не такая страшная?

На мінулым тыдні ЗША абвесцілі, што рыхтуюцца зрабіць два радыкальныя крокі. Гэта выклікала ў свеце гучны рэзананс, але не з боку нашае краіны.

Мария ШАРАПОВА: «Удар может решить любую проблему!»

Совсем недавно в московском издательстве «Эксмо» вышла автобиографическая книга известной теннисистки с белорусскими корнями Марии Шараповой «Неудержимая». В качестве эпиграфа к книге пятикратная п

Итальянцы на «Беларусьфильме»

17 октября генеральный директор «Беларусьфильма»  Игорь Поршнев проводил экскурсию по киностудии для итальянского режиссера Джанфранко Кабидду и его товарищей. Прекрасно отремонтированные павильоны, н