Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

В лепельском пансионате медицинского цэнтра «ЛОДЭ» существует многолетняя традиция – накануне Дня Победы приглашать на отдых ветеранов и участников войны, узников концлагерей, людей, чье детсво опалила война. Понятно, таких людей становится все меньше и меньше. Их приезд – это для обслуживающего персонала не только радость помочь им восстановить силы, но и возможность с огромным интересом выслушать рассказы живых  свидетелей истории… 61802 Именно такой номер  четырехлетней Фросе выкололи на левой руке в Освенциме 74 года назад, а кажется, что клеймо поставили на сердце – стоит услышать песню военных лет или увидеть кадры кинохроники, как оно сжимается и холодеет, и тогда приходится класть под язык спасительный валидол. Детская память удивительно цепкая. Ефросинья Павловна Игнатович помнит, как в концлагере их разлучили с матерью. Что пережила женщина, у которой в партизанах погиб муж и которую фашисты оторвали от семерых детей, знает только Бог. Она успела сказать старшему Толе: «Береги их, сыночек!» Он, конечно, старался, но после того, как у него брали кровь, брат тихонечко лежал на нарах в бараке, и младшие старались не отходить от него. Страшнее всего мучил голод. Люда и Вера приняли белый порошок, которым густо посыпали пол (фашисты боялись эпидемий и не жалели хлорки), за сахар и умудрились его проглотить. Хлор разъедал кишки, на мучения девочек было невыносимо смотреть, и их тотчас отправили в крематорий. Вскоре от голода и холода умер брат Володя. Фрося ходила за немкой, раздающей баланду, в надежде, что та плеснет немножко в консервную банку, служившую миской, и она отнесет часть супа Толику, но женщина ударила поварешкой по протянутой руке с такой силой, что конечность повисла, как плеть. – Держи руку ровно, – приказал семилетний Толик, – а то срастется неправильно. Он нашел тряпку и, как смог, замотал сестре руку. А наутро Фросю перевели в разряд –blutkonserv и взяли на донорскую процедуру. Вот тогда она поняла состояние брата. Казалось, ветер подует – и она упадет. Но каким-то чудом жила. Раз в неделю – «фильтрация». Узников раздевали догола, осматривали и при виде пятен на коже или подозрении на болезнь отправляли в печь или газовую камеру. У них с Толиком были прозрачные белые тела, и это их спасло. Как-то зимой она проснулась от тишины и холода. Не лаяли овчарки, не раздавались команды. А потом начали стрелять, рваться мины (это фашисты, успев уничтожить две печи крематория, заминировали подходы к концлагерю). 27 января 1945 года бойцы Красной Армии вошли в Аушвиц. Уцелевших детей Клавдии Михайловны Шершневой отправили в детдом в Москву. Там и нашла их чудом выжившая мать. Была она такой худой, с почерневшим лицом, что Фрося ее не узнала – так концлагерь и пережитое изменили ее внешность.  – Не пойду к этой цыганке! – заявила воспитательнице, но, когда мать тихо заплакала и опустилась на стул, сердце девочки дрогнуло. По движениям и повадкам она поняла, что перед ней мама. Мирная жизнь сложилась для Фроси неплохо. Она окончила среднюю школу в Лепеле, электротехникум связи, вышла замуж за Владимира Ильича Игнатовича, родила и воспитала двух сыновей и дочь, дала им образование. Первое время после освобождения ей хотелось только хлеба. Когда выросла, научилась печь его сама, и все в доме знают, как свято она к нему относится. В День Победы печет сдобный каравай, как на Пасху. Положит на рушник, поцелует и скажет: «Слава Богу, живем с хлебом, и бомбы на голову не падают!» Юность – время отваги – Война – это несчастье в увеличенном масштабе, – говорит участница Великой Отечественной войны, партизанка Надежда Егоровна Кальверш. – Она превращает в диких зверей людей, рожденных, чтобы жить братьями. Когда фашисты оккупировали Лепельщину, Наде было 16 лет. Немецкий гарнизон стоял в Кубличах, и оттуда приехали на мотоцикле офицер с переводчиком. Выбрал двух самых красивых девушек и сказал, что они будут работать на немецкой кухне. Если не согласны, то всю семью расстреляют. Место в коляске было только для одной – ее увезли. Надя так и осталась ждать второго рейса, стоя на крыльце  дома и умываясь слезами. Но у судьбы на девушку были другие планы. Оказывается, гарнизону приказали срочно сняться с места, и мотоциклист едва успел догнать своих. На другой день Надя ушла в лес к партизанам, она понимала, что оккупанты или угонят в Германию, или надругаются, от этого зверья можно ждать лишь беды. Как девушка становится воином? Когда в жизни появляется то, ради чего готова пожертвовать собой. Надя любила страну, свою семью и поклялась, что будет бороться с врагом беспощадно. Это не высокие слова, а ее убеждения. Мужество меряется не мышцами и ростом, а внутренним несгибаемым стержнем. В 15-м отряде «Сокол» бригады Алексея Данукалова она научилась метко стрелять из любого положения, не целясь, работать с ножом и в боях без правил мало кому уступала. Говорит, что преодолевала страх, чтобы не потянулся он за ней во взрослую жизнь. Ходила на задания: в разведку, минировала железную дорогу, вместе с бойцами отбивала у немцев обозы с продовольствием и медикаментами, участвовала в спецоперациях. В 1927 году в родном селе атеисты-коммунисты разбили церковь, но мать с детских лет учила девочку в минуту опасности обращаться к Небесам с просьбой оградить силой животворящего Креста. Вот и не поверь после этого в мощь молитвы, если Надю, вышедшую из легендарного прорыва фашистской блокады партизанами Полоцко-Лепельской зоны, даже не царапнуло. Фашисты бросили против народных мстителей 60 тысяч карателей, авиацию, танки, артиллерию, и все же в ту трагическую ночь с 4 на 5 мая 1944 г. они разгромили врага и вывели из окружения 16 тысяч мирных жителей. Для нее лично все осложнил раненый боец, которому раздробило колено. Вокруг топкое болото, где и на здоровых ногах нелегко передвигаться, а тут прыгающий на одной ноге человек. Но она не бросила парня, довела до партизанского штаба, где передала медсестре. Никогда не забудет, как хотела напиться воды из колодца, а местный старик предупредил: «Нельзя, детка, там фашистский «бутерброд»...» Жестокость, доведенная до садизма: немцы нанизали младенцев на штык и бросили в колодец… Надежда Егоровна говорит, что главный враг фашизма – человек, и мир захлебнулся бы в крови, если бы наш народ не победил. Надя вышла замуж за односельчанина Василия Кальверша, его дед был латыш. Родила четверых детей. На 9 Мая они с супругом надевали пиджаки с медалями и торжественно шли на встречу ветеранов. 60 лет, взявшись за руки, – такая между ними была любовь. Василия уже нет, а Надежда Егоровна продолжает рассказывать о войне, о подвиге, так высоко возносящемся над обычными делами, чтобы люди обретали веру в себя… Что с бою взято, то свято – Цена войны написана аккуратными буквами на тысячах табличек, установленных над солдатскими могилами, – говорит ветеран войны из Лепеля Елена Ивановна Шкирандо. – И поверьте мне, в этих могилах лежат самые лучшие, храбрые, добрые, честные, именно они первыми жертвуют своей жизнью. На войну она попала, когда Красная Армия стала гнать врага до Берлина. Шли бои за освобождение Латвии. Помнит местечко Ауцы – выгодный рубеж и для нас, и для немцев. Ауцы переходило из рук в руки 12 раз. Наконец его взяли – из 450 бойцов в живых осталось 50. Уже били «катюши», снаряды пролетали над головой и рвались километрах в трех. Земля буквально дрожала, а ей, взвалив на плечи 15-килограммовую катушку, которую звали «нервом армии», надо восстановить оборванную связь, обеспечивая ею командование. Не случайно Рузвельт в телеграмме Сталину в июле 1944 года писал, что больше всего на свете он хотел бы посмотреть, как русским удается поддерживать связь с наступающими войсками. В связистов целились снайперы, им приходилось прокладывать линию под пулями, в сплошном дыму, в дождь и холод. Елена Ивановна не скрывает, что было страшно, но она считала, что тот, кто ценит свою жизнь больше всего остального, на самом деле очень опасный человек. Именно среди таких наибольший процент предателей и трусов. В освобожденной Риге встретила Победу. В особняке, брошенном немцами, распорола матрацы и сделала костюм клоуна. В нем и «зажигала», потешая всех, ведь радости было столько! В августе 1945-го возвратилась в Беларусь, окончила юридическую школу, работала нотариусом. Вышла замуж за Андрея Платоновича Шкирандо, вместе они вырастили троих детей. Вспоминая военное время, Елена Ивановна, как заклинание, повторяла: только бы никогда это не повторилось! Но война уже в наши дни ворвалась в судьбу ее родной внучки Инги. Девушка уехала в Москву на работу и там в нее влюбился сириец. Инге парень понравился, но как к белорусской невесте отнесутся его родные? Путешествие в Сирию оказалось счастливым. Молодые поженились, остались жить в Москве. А когда в США взорвали башни-близнецы, неизвестные сожгли полрынка, директором которого был муж Инги. В Москве то и дело нападали на людей «кавказской внешности». Переживая за супруга, Инга предложила: давай уедем к тебе в Алеппо. А вскоре город захватили игиловцы. Чудом удалось вырваться из Алеппо с тремя детьми. В Беларуси их не приняли как беженцев, не нашлось работы, негде было жить. Помощь пришла от друзей из Германии. Сейчас Инга с мужем работают, у них пятикомнатная квартира, и бабушка говорит, что пришел черед Германии заплатить за все ее военные муки… Судьба берегла О том, что война – праздник смерти, а люди в ней, как оторванные от причала лодки, на встрече ветеранов в лепельском пансионате «ЛОДЭ» говорили бывшая узница фашизма Валентина Алексеевна Дубкевич и дитя войны Павел Ефимович Быстрицкий. Им повезло больше других: Валентина работала у байера, который садил девочку с собой за один обеденный стол и относился к ней хорошо. Она ухаживала за стадом из 12 коров. Хозяин не знал русского, а она – немецкого. Общались с помощью словаря. Доила и кормила животных, убирала навоз, мыла фляги и драила полы. В 1945-м ее освободили американцы и передали своим. Дома Валя доучилась в школе, а потом стала первоклассным поваром и проработала в железнодорожном ресторане всю жизнь. Муж Николай Осипович тоже отличный повар. Дочери Светлана и Жанна в юности уехали в Ленинград, там вышли замуж и остались навсегда. Пенсия у Валентины Алексеевны – не разгуляешься. Спасает огород под окном, где она выращивает зелень и цветы, и умение шить теплые бурки для стариков. Их быстро раскупают. Недавно в дом провели газ и воду, не надо теперь таскать ведра из колонки и заготавливать дрова – живи не хочу! Только сил у 92-летней женщины уже мало. Павел Быстрицкий попал в рабство к немцам ненадолго. Из-за сестры-партизанки всю семью взяли в заложники. В тюрьме оказались отец, мать, Павел, 10-летний брат и 5-летняя сестра. За младших поручилась тетя, и их отдали ей. А Павла отправили на строительство новой дороги, потому что трассу Витебск–Минск блокировали партизаны. Заставляли рыть окопы. Досаждали холод и голод. Зима лютая, спали в дощатом сарае на лапнике, буржуйка в нем быстро остывала. А стоило закашлять – и ты уже не жилец. Спас случай. Однажды Павел увидел из окопа полуторку. За рулем был одноклассник сестры, которого хорошо знал. «Вовка!» – крикнул Павел, и тот, мгновенно сообразив, открыл кабину и сказал: «Прыгай и пригнись!» Так и вывез его от неминуемой смерти. Павел Ефимович дождался освобождения, пять лет отслужил на флоте. Поступил в Минске в Политех, а потом – в Белорусский институт механизации сельского хозяйства. Работал главным энергетиком на экскаваторно-ремонтном заводе. У него двое детей и двое внуков. И когда те спрашивают о войне, Павел Ефимович отвечает, что они счастливые хотя бы потому, что им уготован мир. *** Сколько пережили эти люди – послевоенную разруху, нищету, время, когда легко объявляли врагом народа, вождей, обещавших золотые горы, мифы пятилеток, перестройку, развал некогда большой страны, идеалы которой они защищали! Но не озлобились, не пали духом, по-прежнему любят жизнь и считают ее щедрым даром, с лихвой окупающим все горести.
1:38 26 мая 2017
8
Памер шрыфта
Аўтар: Лилия ЛОМСАДЗЕ 
Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

Макей: Базавае пагадненне аб партнёрстве ў Беларусі з ЕС будзе рана ці позна

Базавае пагадненне аб партнёрстве паміж Беларуссю і Еўрасаюзам будзе рана ці позна, заявіў міністр замежных спраў Беларусі Уладзімір Макей 24 лістапада журналістам у Бруселі перад пачаткам саміту Усхо

«Это маленький прорыв». В состав Брестской областной избирательной комиссии вошел представитель оппозиции

В облизбирком по выборам депутатов в местные Советы депутатов 28 созыва избрана Мария Волкова, член Белорусской партии левых «Справедиливый мир».

У Мінску прэзентавалі “Тэорыі літаратуры” у беларускім перакладзе

23 лістапада ў Мінску адбылася прэзентацыя беларускага перакладу кнігі польскіх літаратуразнаўцаў Анны Бужыньскай і Міхала Паўла Маркоўскага “Тэорыі літаратуры ХХ ст.”.