Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

16:38 19 студзеня 2017
17
Памер шрыфта

Вспоминаются юбилейные торжества в честь 70-летия освобождения Беларуси. Лозунгами, украшавшими в те дни города и поселки, были: «Подвиг народа бессмертен», «Никто не забыт и ничто не забыто». И в этом направлении многое делается молодежными и воинскими поисковиками, стремящимися восстановить имена безызвестных героев. Да и в архивах семей бережно хранятся письма с фронта, военные фотографии родных людей.

Все это правильно и, бесспорно, очень нужно. Но, рассказывая о массовом героизме народа, патриотизме и преданности Родине, надо больше говорить молодежи, знающей о войне только по фильмам, книгам, фотографиям о суровой правде тех лет, о цене, заплаченной за свободу и Победу. Почему-то замалчиваются те страницы истории, которые содержат многочисленные факты преступной политики Ленина, Сталина, других большевистских вождей. Это они, посулившие всеобщее благоденствие и светлое будущее, разорили до основания по принципу «отнять и разделить», превратили людей в винтики. А сколько миллионов человеческих жизней было загублено в ГУЛАГах и различных Куропатах!

Мой отец, Флор Антонович Пашенко, принимавший участие в освобождении Западной Украины и Беларуси, в бесславной и трагической финской войне, в подпольном движении в г.Минске и в партизанской борьбе с фашистами, как и многие его сверстники, не любил говорить о войне, о ее правде, о ее буднях. И сейчас об этом говорится немного. Хотя рассказ о конкретных известных и неизвестных героях и предателях, о судьбе отдельного человека на войне отложится в душе молодого человека, наверное, не менее ярко, чем посещение, к примеру, «Линии Сталина». Не зря так точно, языком художественных образов доносилась талантливыми авторами до любого поколения правда о войне в фильмах «Баллада о солдате», «Судьба человека», «Летят журавли», «Они сражались за Родину», «Горячий снег», в книгах В.Быкова и других.

Из моего послевоенного детства в памяти остались два ярких эпизода.

…В 1944 году, после освобождения Минска, приняв участие в партизанском параде, мой отец стал работать в паровозном депо, где трудился еще до войны. Партизан-железнодорожников не брали в действующую армию, а оставляли восстанавливать разрушенное «рельсовой войной» и бомбежками хозяйство. Нашу семью из четырех человек поселили в полуразрушенном бомбой довоенном доме по улице Чкалова, который потом восстанавливали пленные немцы. Для обустройства быта отец забил фанерой окно, сколотил стол-козлы, соорудил «буржуйку», выведя трубу в форточку, приволок оставшиеся в немецком бараке эмалированную плиту и шкаф. Так вместе с пятью такими же семьями, в двухкомнатной квартире, разгороженной занавесками, началась наша мирная жизнь. Когда я позже спросил у папы, какой день в своей жизни он считает самым счастливым, он мне напомнил то время. Потому что остался жив, пройдя три войны, подполье и партизанскую военную круговерть. Потому что наша мама спасла меня с сестрой во время блокады карателями партизанской зоны. Потому что больше не свистят пули, не надо бояться за семью и есть крыша над головой. А что еще надо для счастья?

А второй эпизод связан с моей бабушкой. Она была почти неграмотной, но очень красивой, проницательной женщиной с острым умом и чувством юмора. Потеряв в 1937 году мужа-середняка, она одна подняла четырех сыновей и трех дочерей. Судьба вознаградила ее тем, что все они, вплоть до самого младшего, над которым в 16 лет партизаны шутили, что в строю винтовка выше его роста, воевали или партизанили – и все вернулись с войны. Так же, как и мужья сестер моего отца. Это вообще уникальная судьба белорусской семьи. Бабушка приехала к нам из Руденска, что в Пуховичском районе, весной 1953 года в гости. В те дни хоронили Сталина. Вождя оплакивала вся страна. Но моя бабушка почему-то не плакала, а, помню, лишь сказала: «Надо ж, как кота хоронят мыши…»

Вероятно, в жизни каждого человека происходят события, касающиеся как всех, так и его лично. Они формируют его сознание и мировоззрение, так как надолго врезаются в память не отвлеченно-обобщенными образами или лозунгами, а индивидуальными, личными восприятиями житейского окружения. Поэтому правда о войне, о судьбах людей, живших в этом времени, будь это близкие люди или герои художественных произведений, дорогого стоит. Об этом надо говорить. Только тогда мы будем знать и ценить свою историю, чувствовать прошлое, искать ответы на вопросы: «А хто там ідзе?”, «Хто мы?», «Чем обязаны поколениям предков?» Только тогда мы будем считать себя народом, а не населением, испытывать чувство гордости за страну и стремиться к единству, о котором сейчас так много говорится.

И еще скажу вот о чем. Хорошо бы нам позаимствовать опыт работы еврейских общин. Посмотрите, сколько создано мемориальных комплексов, установлено памятных камней в память о жертвах Холокоста. О шести миллионах евреев, погибших во Вторую мировую войну, знает весь мир. А о белорусском народе, подвергшемуся такому же уничтожению, о нашей разрозненной  и разграбленной стране (не говоря уже о предыдущих войнах и Чернобыльской аварии), о народе, поголовно боровшемся с пришедшими на его землю фашистскими захватчиками, о стране, не случайно ставшей одной из стран – основателей ООН, в мире знают немногие. Особенно это касается молодого поколения, которое, бывает, уже даже не может сказать, кто с кем воевал и кто победил в этой страшной войне. Думаю, что работа в этом плане должна стать наряду с торгпредскими функциями одной из основных задач наших дипломатов и международных организаций. Активность еврейских общин обеспечивает сочувствие, поддержку, в том числе материальную, со стороны международных организаций, фондов, диаспор, Государства Израиль. Тут мы могли бы быть, как говорится, в одной упряжке. Даже информация о концлагере в Тростенце привела к тому, что этот мемориальный комплекс будет сооружаться в том числе и за счет европейцев.

Мы же больше говорим о героизме, мужестве, патриотизме, демонстрируем на парадах свою военную мощь. Все это, конечно, не исключает одно другого, но правда о судьбах наших людей в кровавом, коварном и жестоком ХХ веке должна доноситься до людей за рубежом. Мир должен помнить и знать о трагической судьбе белорусов в военные годы. Сравните, например, известность дневника Анны Франк и дневника ленинградской блокадной школьницы Тани Савичевой. Вспомните, как стоя слушали в немецком бундестаге выступление 95-летнего писателя Даниила Гранина о судьбах блокадников. Кстати, сам Гранин был мастером Ленинградской кабельной сети, проложившей электрические кабели по льду Ладожского озера к блокадному Ленинграду.

Можем ли мы назвать хоть одно выступление наших ветеранов за рубежом? А ведь личностные контакты позволят многим задуматься не только о вкладе нашего народа в разгром фашизма, но и о его жертвенности во имя счастья всех живущих, это будет понято и оценено. Ведь не все приезжают в Минск и посещают Музей истории Великой Отечественной войны.

В контексте затронутой темы хочу рассказать о партизанской жизни нашей семьи. Так сложилось, что моего отца в 1939 году призвали в армию практически от свадебного стола. Вернувшись на короткое время из Западной Украины и Западной Белоруссии домой, он ушел на войну с Финляндией. При штурме «Линии Маннергейма» их роту положили пулеметным огнем на рассвете в 40-градусный мороз. Только когда стемнело, уцелевшие несколько человек смогли выползти к своим. Папа отморозил обе руки, которые должны были ампутировать, но спас опытный военврач. Вернулся  отец домой из госпиталя незадолго до начала войны с Германией. Родители решали, пойти ли 22 июня 1941 года на открытие «Комсомольского озера» (его так назвали потому, что копали вручную комсомольцы, в том числе и моя мама) или ехать к бабушке в Руденск. Поехали в Руденск. Там их и застала война. Пока вернулись в Минск, там уже были немцы. С друзьями-железнодорожниками, жившими в том же доме по улице Чкалова (теперь это дом №16), под руководством начальника паровозного депо Ф.С.Кузнецова начали выводить из строя паровозное хозяйство немцев. Довольно скоро отца пытались схватить, но он ушел от погони, выпрыгнув из окна второго этажа и вернулся в Руденск. Стал работать на лесопилке и помогать братьям и сестрам, ушедшим в партизаны.

В июне 1942 года родился я. В 1943 году отца предупредил об аресте работавший в немецкой комендатуре переводчик. И вся семья ушла в лес. Началась жизнь в партизанской зоне, где в декабре 1943 года родилась моя сестра. Отец находился на задании. Мама помогала партизанам, чем могла: стирала бинты, готовила, не вызывая подозрений с грудным ребенком, ходила к связным отряда.

Перед освобождением Минска зверствовали карательные батальоны фашистов. Они окружили партизанскую зону. Отряд с боями вышел из окружения, а семьи оказались в сжимавшемся кольце немцев. Позже мама рассказывала, что, когда она кормила грудью мою сестренку, кто-то крикнул: «Немцы с собаками!»

Взвалив меня на спину, держа зубами за воротник, мама с сестричкой на руках бросилась в сторону болота. Понимая, что с двумя детьми не спастись, она решила под одной из елочек «замаскировать» малютку (а вдруг каратели не заметят?), а сама, подхватив меня, бросилась в болото. Нащупав ногами большую купину, она укрылась от ищеек.

Через несколько часов, когда замолк лай собак и ушли каратели, мама отнесла меня в ближайшую деревню и с местными крестьянами пошла искать дочку. Только через двое суток стало известно, что жители соседней деревни наткнулись в болоте на искусанную комарами грудную девочку. Таким образом мы оказались спасенными.

В нашем домашнем архиве до сих пор хранится справка с печатью и подписью комиссара партизанского отряда имени Щорса от 30.06.44 г. о выделении двум партизанским семьям (в том числе нашей) коровы, взятой во вражеском гарнизоне Шацк. Люди и на войне оставались людьми, думали о будущем, берегли детей, создавали музей.

Сестренку выходили. Дважды после освобождения Минска ее направляли по два месяца в санаторий. Теперь нам за 70 лет. У сестры сын – кандидат наук, готовится защитить докторскую диссертацию. И всю жизнь хранили мы в сердце огромную благодарность папиным друзьям-партизанам, еще раз показавшим в сложных условиях лучшие человеческие качества, стремление верить в будущее и думать о других, помогать им. Из таких событий в жизни каждого, кого опалила война, и складывается суровая настоящая военная правда.

Проходят годы, меняется мир, но остается, не меняется, сущность человека. Нашему поколению пришлось жить «в эпоху великих перемен». Я помню и пленных немцев, и сталинский «культ», и хрущевскую «оттепель», и брежневский «застой», и горбачевскую «перестройку», и развал СССР, живу в «сильной, процветающей» Беларуси. И все эти события вплетены в судьбы людей, для которых, наверное, всегда будут ближе события, коснувшиеся их лично и их близких. Что ни говорите, но человек устроен так, что ему ближе не идеологические лозунги, а общечеловеческие ценности и события, затронувшие непосредственно его. Именно такая информация, такие впечатления и воспоминания и могут послужить духовным мостиком от старших поколений к тем, которые придут им на смену.

Борис Флорианович ПАШЕНКО.

Минск.

Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

О Моцарте, о званиях, о славе…

Талантливый дирижер совершенно не заботится о своем реноме, о своей популярности, рискуя остаться незнаменитым. «Народная Воля» попыталась исправить это положение.

Анна БАХТИНА: «Я хочу, чтобы в суде был допрошен Николай Старовойтов…»

Вчера в суде Московского района Минска состоялось рассмотрение жалобы известного адвоката Анны Бахтиной, которую недавно Минюст на основании решения квалификационной комиссии лишил лицензии.

“Але як толькі Украіна здасца, імперыя паўстане зноў…»

Няма ўкраінца, які не ведаў бы песні “Два колеры”. Яна гучыць і на афіцыйных канцэртах у выкананні тытулаваных спевакоў, і ў любым застоллі, дзе спяваюць хто голасам, а хто душой. Аднойчы я пабачыў “Д