Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

20:55 25 мая 2017
17
Памер шрыфта

«Народная Воля» поинтересовалась, как живет в Германии семья известного в прошлом политика Геннадия Карпенко.

Из архива «Народной Воли»

Напомним: Людмила Карпенко с детьми уехала из Беларуси 6 января 2002 года.

28 января семья Карпенко подала германским властям документы на получение статуса политических беженцев и 28 апреля его получила.

Одно время Людмила Филипповна жила в городе Эсслингене на юге Германии, ее дочь – во Франкфурте, а сын – в Аахене.

“Скончался Геннадий Карпенко от кровоизлияния в мозг 6 апреля 1999 года в возрасте 49 лет, – написано в свободной интернет-энциклопедии. – За неделю до этого у политика случился инсульт. Родственники и представители оппозиции сомневаются в естественных причинах его смерти. Смерть политика была неожиданной, так как перед этим он никогда не жаловался на плохое здоровье…»

– Событий много, но не обо всем, честно говоря, хочется говорить, потому что были не только хорошие новости, но и плохие, – рассказывает Людмила Филипповна, вдова Геннадия Карпенко. – Что касается хороших новостей, то я переехала, сейчас живу во Франкфурте.

– Теперь живете вместе с дочкой?

– Нет, отдельно. Сын живет в Кёльне, у него двое детей, есть дочка от первого брака, но она осталась в Беларуси. Ей 23 года, закончила университет – пошла по стопам отца и выбрала делом жизни физику-математику. Сейчас работает в институте при Академии наук и преподает физику в музыкальном колледже. Она каждый год к нам приезжает. Все время мы с ней переписываемся и по вайберу, и по WhatsApp.

Моя вторая внучка в этом году заканчивает гимназию, сейчас делает абитур (не знаю, какой аналог в русском языке у этого слова) – в общем, получает аттестат. Здесь немного другая система образования. Учится она хорошо, собирается поступать. Скорее всего, на юридический факультет.

У сына дочка Вера – ее назвали в честь матери Геннадия – учится в гимназии.

– А сын работает? Помню, у него была какая-то хорошая специальность…

– Он физик, по второму образованию – экономист. Сейчас совершенствуется в сфере информационных технологий – это более высоко оплачиваемая профессия. Самый маленький внук ходит в детский сад.

В принципе, все нормально.

– А дочь трудоустроена?

– Да, она работает в банке.

– Некоторые эмигранты жалуются, что в чужой стране очень непросто подтвердить свою квалификацию, найти хорошую работу. А у ваших детей получилось и, слава Богу, все как-то удачно сложилось…

– Это все огромным трудом и потом достигалось. Потому что, в принципе, здесь, если исходить из их устоев жизни, никто никому не нужен. И очень по-разному относятся к русскоговорящим…

– Но у вас же за эти годы, наверное, немецкий уже свободный?

– Не скажу, что очень хорошо, но разговариваю. А у детей и внуков немецкий просто прекрасный! Если нужно написать какое-то письмо на немецком, мы обязательно потом даем его внучке – чтобы она ошибки проверила. Для внуков немецкий – родной язык. А русский и белорусский – уже сопутствующие. Мы стараемся дома общаться на русском. Многие подруги даже завидуют внучке, что она хорошо знает русский. Некоторые переселенцы считают, что здесь нужно только на немецком говорить. И потом дети, вырастая, упрекают родителей, что могли бы знать не только немецкий, но и свой родной язык.

На самом деле для детей никакой трудности не представляет знать и два, и три, и четыре языка. Внучка, например, знает и русский, и немецкий, и английский, и французский. Дети в этом смысле развиваются очень быстро.

Дети и внуки меня очень любят, и я живу ими. И в этом отношении совершенно счастлива.

Что касается здоровья, то, как говорит моя дочка, держимся. Отпуск проводим вместе. В прошлом году ездили в Италию. Как-то я все время с детьми. Они мне помогают, оберегают…

– А вы одна живете?

– Да.

– Не скучно?

– Скучно. Но есть, конечно, знакомые… Вообще, весьма непросто найти друзей, на которых можно положиться. А в другой стране, где все нужно начинать с нуля, – тем более.

– Честно говоря, у меня вопрос предполагал некоторый подтекст. Вы не только умная, но еще и невероятно красивая женщина. Неужели ваша личная жизнь за эти долгие годы совершенно не изменилась?

– Нет. Ничего в моей жизни не изменилось.

Во-первых, я однолюбка.

А во-вторых, все всегда сравнивается. И сами понимаете, что сравнения не всегда могут быть в пользу нынешних поклонников.

– Знаю, что вы не теряете связи с Беларусью. Новости наши, наверное, каждый день читаете?

– Регулярно читаю, да. Стараюсь быть в курсе того, что происходит на Родине. Порой сравниваю с немецкими новостями – конечно, небо и земля!

– А что сейчас в Германии на первом плане? У нас, как обычно, цены, социалка, задержания последнего времени…

– Теракты. Это главная тема в Европе.

– Раньше вы говорили, что чувствуете себя в абсолютной безопасности, а сейчас?

– Когда мы приехали, тут действительно было спокойно и безопасно. А сейчас некоторое беспокойство, конечно, присутствует. Но так во всей Европе сегодня…

– Людмила Филипповна, у вас двойное гражданство?

– Я не отказывалась от белорусского гражданства. У меня два паспорта – белорусский и немецкий.

– Не так давно минула очередная годовщина смерти Геннадия Карпенко. Ваши белорусские друзья в этот день по-прежнему напоминают о себе, звонят?

– Валерий Костко, который был соратником Геннадия, помнит все даты. Несмотря на годы и расстояния. Звонил еще один бывший друг Геннадия. Лет 15 он вообще не отзывался, а теперь вдруг позвонил. Даже не знаю, откуда он взял мой телефон. Извинялся, что все эти годы молчал. Говорил, что читал мою статью, в которой я сказала, что все бывшие друзья после смерти мужа от нас отвернулись. Он отнес мои слова и к себе. Ну что мне сегодня на этого человека обижаться? Я понимаю, что каждый думает о себе, о своей собственной безопасности. Но человек хотя бы признался в том, что смалодушничал. Видимо, сидела у него в душе такая заноза, вот и позвонил многие годы спустя. Спасибо за это.

А так звонят в основном, конечно, родные. Тетя Геннадия еще помнит – мы с ней постоянно переписываемся. Она уже в возрасте…

Внучка ходила на кладбище, убирала там, цветы регулярно приносит…

Ну а так… Все меньше и меньше с каждым годом звонков…

– Время идет. К сожалению, многое забывается. Для многих Карпенко сегодня – далекая история.…

– Да, время летит… Молодые люди уже, наверное, и не знают, кто такой Геннадий Карпенко. Люди быстро забывают обо всем… Вот сейчас как раз читаю про дело Юрия Захаренко и понимаю, что в Беларуси вообще очень мало говорят об исчезнувших…

Появились новые пострадавшие – я все понимаю…

– Вы когда-то мне пообещали, что будете писать воспоминания о жизни с Геннадием Дмитриевичем. Мне кажется, они читались бы как красивый роман…

– Я одно время писала. Вспоминала и как будто заново многие моменты переживала. Но уже почти целый год не садилась. Может, снова возьмусь. Из меня не очень хороший писатель на самом деле получается. Вот захотелось – написала, что-то вспомнила, сердце защемило – снова записала. А как потом все это скомпоновать? Переплетать все это с нынешним временем или оставить просто как воспоминания? И меня все время мучает вопрос: будут ли они кому-то интересны?..

Аўтар: Марина КОКТЫШ 
Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

Кучма: Россия предлагает сделать новую границу с Украиной

Представитель Украины в трехсторонней контактной группе по урегулированию ситуации на Донбассе Леонид Кучма считает, что Россия фактически хочет создать на линии соприкосновения на Донбассе новую гран

Лукашенко открыл завод «Белджи» и рассказал об указе по стимулированию покупки автомобилей Geely белорусами

В Беларуси разрабатывается проект указа, направленный на стимулирование покупки белорусами отечественных легковых автомобилей, произведенных СЗАО "Белджи".

МНС сможет блокировать операции плательщиков по их электронным кошелькам

Министерство по налогам и сборам Беларуси получило право приостанавливать операции плательщиков по их электронным кошелькам.