Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

6:00 1 снежня 2016
24
Памер шрыфта

На пятом Всебелорусском народном собрании А.Г.Лукашенко заметил: «Сохраняется почти трехкратное отставание от высокоразвитых стран по доле высоких технологий в промышленности… не было серьезных маркетинговых и инженерных исследований на стадии проработки проектов…». Одним словом, есть над чем задуматься научно-технической интеллигенции. Ее профессиональный уровень явно не соответствует требованиям и времени.

В связи с этим следует разобраться, почему инженерный труд как раньше, так и сегодня, у нас не в почете. Что необходимо сделать для того, чтобы специалисты, создающие и эксплуатирующие технику, приборы, заняли подобающее место в обществе?

Ахиллесова пята проблемы, на мой взгляд, состоит в том, что девальвация инженерного труда априори заложена в нашей концепции развития общества. Предполагается, что всегда найдутся люди по должности или по душевному порыву, призванные двигать технику, ускорять инновационно-техническое развитие общества. Это опасная точка зрения.

Спрашивается, почему в массовом порядке создаются и внедряются новинки техники на Западе? Секрет в том, что этого требуют рыночные законы, конкуренция. Они формируют особую среду, в которой постоянно генерируются инновационные достижения. Именно инновационно-коммерческая деятельность позволяет фирмам успешно участвовать в конкурентной борьбе. Обходить соперника по уровню затрат производства, скорости адаптации к меняющемуся спросу. Используя научно-технические знания как уникальные условия производства, каждый производитель претендует на монопольную прибыль. Сама уникальность научных знаний дает эту ему возможность, так как с их помощью производятся товары, не имеющие аналогов на рынке, применяются прогрессивные технологии. Опаздывать в нововведении значит обрекать себя на потери в конкурентной борьбе. Важно, чем острее конкуренция, тем короче путь «наука–производство–сбыт».

Конкуренция – это те условия, без которых экономика Беларуси не станет эффективной. Без них у нас из ста новых идей десять проходили апробацию и только одна внедрялась в производство.

Если действительно мы хотим создать инновационную экономику, восприимчивую к требованию современного рынка, не следует бояться конкуренции. Это совершенно естественное проявление товарно-денежных отношений. Рассмотрим одну из наиболее распространенных у нас причин девальвации инженерного и, как следствие, экономического труда. В целом – это не совершенство системы управления экономикой, инженерной и научной деятельностью. Сводится оно к тому, что сложившаяся система управления трудом не отвечает у нас требованиям объективных экономических законов развития науки и техники. Какие это законы? Это прежде всего закон превышения производительности труда над ростом заработной платы, законы конкуренции, спроса, предложения, полной занятости и другие. На последнем остановимся подробнее.

Значение полной занятости в условиях плановой экономики заключалось в том, что каждый инженер имел гарантированное рабочее место и обязан был трудиться независимо от материального достатка и личного желания. Государство, с одной стороны, гарантирует каждому рабочее место, а с другой – принуждает его к труду. Экономическим результатом действия этого закона являются низкая заработная плата, высокая доля перераспределения средств в бюджет на создание и содержание значительного числа избыточных рабочих мест. Там, где нужен один инженер, один начальник – у нас их несколько. Инженер и свою работу, и свою заработную плату делит с соседом и с теми, кто за него думает и решает «наверху». Это цена так называемой полной занятости «Сегодня на одного рабочего в строительстве приходится десять чиновников» (А.Г.Лукашенко).

В экономике создано и содержится значительное число рабочих мест, на которых не преумножается, а транжирится национальное богатство. Огромное количество разного рода НИИ, КБ, министерств, их у нас, ни уму ни сердцу, целых 24 плюс 7 госкомитетов, масса других ведомств, контор и служб. Плата за присутствие на работе, за перекладывание и переписывание бумаг, за общественную деятельность, выполненную в рабочее время – это по экономическому содержанию цена высокой занятости. Над предприятием «висит», как видим, гирлянда министерских и иных опекунов. Рай-, гор- и облисполкомы, министерства торговли и отрасли, сонм контролей, администрация президента, МВД, КГБ. И, наконец, сам президент. При успешном «пироге» каждый не прочь заявить: «если бы не мы, то…». При неудаче – «за мной не заржавеет».

Из отчетов правительства известно: в экономике производится порядка 1600 отчетно-учетных документов вместо 10–15. Высокая занятость расточительна для казны. Экономически ведет к прямой деморализации и деградации интеллектуального потенциала общества, является прямой помехой, тормозом на пути НТП. Нам необходимо как можно быстрее создать условия, повышающие адаптационные возможности общества к рыночным условиям. Как это сделать? Трудности с положением инженеров в обществе развивались в течение нескольких десятилетий. Очевидно, что преодолеть их за короткий срок не удастся.

Что показывает анализ современного инженерного корпуса с его профессиональным потенциалом? Теперь не часто можно встретить квалифицированного инженера, который мог бы предложить идею, провести технико-экономическое обоснование и возглавить разработку сложного изделия с применением последних достижений науки и техники. Чаще обнаруживается, что у него нет достаточной подготовки для того, чтобы взять на себя ответственность за осуществление сложных проектов. Более того, многим инженерам не хватает умения изложить свои мысли в устной и письменной форме. У многих нет достаточно прочных знаний в области математики, экономики, информатики, физики, психологии. Кто в этом виноват? Пожалуй, наша система подготовки инженерных кадров, а также та система стимулирования инженерного труда, которая сложилась у нас. Жизнь специалиста как бы делится на две части: первый период – обучение в школе, техникуме, вузе; второй – трудовая деятельность. При этом во время учебы люди обычно не участвуют в производственном труде. Во время производственной деятельности – не учатся. Сейчас, как никогда, перед каждым специалистом встала как необходимая задача непрерывного образования.

Особенно остро ощущают это инженерно-технические работники. Думается, в связи с этим обучение в вузе должно быть поэтапным. Это может выглядеть так: студент учится 2–3 года в институте первой ступени. Изучает ряд дисциплин, необходимых для любого профиля работы: общественные науки, физику, математику, иностранный язык, курс для профориентации. Получает в итоге диплом, например, инженера-стажера. Проработав несколько лет, этот инженер выбирает для себя окончательный профиль работы, скажем, конструкторский. Делает это вполне сознательно. Поступает в институт второй ступени, где обучение производится в соответствии с конкретным профилем работы. Конструктор изучает методологию конструирования, необходимые технические дисциплины, технолог – технологические дисциплины и т.д. Учеба в институте длится 1,5–2 года. После ее окончания выдается диплом бакалавра – инженера-конструктора или инженера-технолога. Потом инженер снова работает. Теперь он может стать руководителем. Однако ему не хватает знания управленческих наук: менеджмента, научной организации труда, психологии  управления, социологии, конфликтологии и др. Он снова поступает в институт, уже третьей ступени, учится опять 1–1,5 года и получает диплом магистра менеджмента.

На каждой ступени обучения инженер получит не только диплом, но и знания, необходимые для работы.  Да и легче учиться не пять лет подряд, а периодически. Кто не желает учиться, может оставаться на любой ступени, не причиняя лишних хлопот ни себе, ни обществу.

Следует сократить наборы на вечернее и заочное обучение. Оно порой просто является чистой халтурой в подготовке инженерных кадров. Особенно сейчас, когда курсовые, дипломные, вплоть до магистерских и кандидатских работ, отчетам по практикам выполняются фирмами, за «баксы». Современное обучение с изначально поставленной задачей не просто получить диплом позволит воспитать инженера-гражданина, специалиста высокой квалификации. Таким ин­женерам можно будет поручить руководство технической политикой КБ, предприятия, отрасли.

Кстати, на Западе существует концепция «двойной лестницы» карьеры. Она предполагает два стимула деятельности: на продвижение по должности и на совершенствование профессиональных навыков. Если первых интересует оценка их деятельности в качестве руководителей, то вторых – оценка их квалификации.

Спрашивается, какая должна быть научно-техническая эрудиция руководителя? Верхом совершенства считается, чтобы руководитель обеспечивал технический проект изделия, соответствующего хотя бы серийному зарубежному образцу. Так, автоматически закладывается отставание. В печати сообщалось, что 22% директоров ведущих предприятий Республики Беларусь, а я думаю, что эта цифра сильно занижена, не представляют, какие технико-экономические показатели имеют мировые образцы – аналоги продукции, выпускаемой их  предприятиями. Создается, как видим, новая техника вслепую. Эта мысль подтверждается также из контрольных проверок президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко планов модернизации предприятий «Камволь», «Ивацевичидрев», «Борисовдрев» и других.

Современный руководитель до­лжен нести персональную ответственность за маркетинговый уровень и рыночную значимость разрабатываемых проектов. Полностью представлять возможности конкурентов, быстро продвигать разработки и обеспечивать их прибыльность. Такой перечень задач требует от руководителей творческого мышления и большого дара предвидения. Особенно сейчас, когда резко возросла цена технических решений, необходимость риска в их принятии, умение быстро находить оптимальные решения в условиях экономического кризиса. Поэтому целесообразно, чтобы технический руководитель проходил серьезную аттестацию на полное соответствие современным требованиям.

Проблема хороших руководителей – это проблема хороших инженеров. Их надо растить. Тем не менее мы ими еще и не дорожим. Свободно ими разбрасываемся или загружаем явно не той работой. Лучшие часто «исчезают» в зарубежье.

Вспомним, чем занят конструктор в период создания техники? Технико-экономическое обоснование, техническое задание, технический проект, рабочий проект, согласование комплектующих на применяемость, согласование материалов, составление и согласование методики испытаний, составление и согласование карты технического уровня, патентного формуляра, технических условий и т.д. и т.п. Конструктор все может, поэтому на него все грузится. На чистое конструирование машины остается мало времени. Ведь все перечисленные работы делают одни и те же люди. Между прочим, здесь заложен наш самый серьезный клад, ради которого мы тратились на подготовку большой армии инженеров, на научные исследования, на подъем общей культуры науки и техники. Давайте будем находить инструменты, позволяющие соскрести пустую породу и добраться до этих кладовых.

В чем гарантия инженерно-технического творчества? Есть немало требований, которые необходимо выполнить, чтобы обеспечить эту гарантию. Но главное – отделить творца от бюрократа. Такое станет возможным, если создать условия, которые бы потребность в новейших технологиях ставили выше всех остальных. Тогда бюрократ не усидит, тогда на его место, обязательно по конкурсу, найдут новатора. Но этот процесс, очевидно, будет долгим. «Бюрократизм – это что-то по форме правильное, а по сути дела, – издевательство» (В.И.Ленин).

Задачи развития инженерного потенциала республики требуют нового смыслового подхода в оценке качества его труда. Желательно ввести в связи с этим как оценочный фактор инженерной энтропии. Она должна означать меру недоиспользования информации в конкретных проектах. Энтропийный подход в инженерии основным ставит вопрос не «почему?», а «зачем?». Задумаемся: куда и на что у нас тратится время, инженерные ресурсы? Производительность труда американского инженера в разы больше нашего. Работаем же мы не меньше. Часто это не производительный труд. Хотя практика наших «Силиконовой долины», ОАО «БелОМО – ММЗ им.С.И.Вавилова» говорит, что порох в наших инженерных пороховницах не всегда отсыревший. Но таких единицы.

Так, неучет энтропии инженерного обеспечения проекта Чернобыльской АЭС привел к ее аварии. Масса примеров из инженерной практики модернизации наших предприятий. Экономически не обоснована компьютеризация многих рабочих мест, когда компьютер используется не как аналитическое средство, а как печатающая машинка. К энтропийным можно отнести и проекты строительства ледовых дворцов в районных центрах, освоение Антарктиды, космоса, построение некоторых агрогородков, – с похожими домами как пустые скворечники в столичном Парке Челюскинцев. Далеко не полностью используется информационный потенциал поистине уникальной цитадели знаний, шедевра инженерной мысли – государственной библиотеки, – с ее пустующими залами. Словом, в инженерном деле часто срабатывает принцип: гладко на бумаге, да забываем про овраги.

Сейчас наметилась рыночная сфера деятельности. В ней на первых ролях генераторы идей – талантливые инженеры-творцы, которым важно предоставлять, вместе с маркетологами, хорошие условия для выполнения своих задумок. Организации, работающие на полном коммерческом расчете, на мой взгляд, дадут новый импульс развитию технического творчества, улучшат моральный климат в среде инженерно-технических работников. Большие надежды возлагаются на новые условия развития изобретательства в Беларуси.

Клубок инженерных проблем, как видим, предстает перед нами длинной нитью противоречий. Начало их – в системе подготовки, а конец – в рыночной деятельности. Венчают эту унылую цепочку низкие оклады. Удастся ли инженерам выбраться из бюрократического болота на твердую почву творчества? Удастся ли вернуть позиции пусть не самой престижной, но хотя бы уважаемой профессии? История убеждает нас в том, что положение инженеров в обществе – своеобразный барометр его состояния. Здоровое общество, экономика которого динамично развивается, почитает своих новаторов. Поощряет их творческую деятельность, ждет и приветствует изобретения и усовершенствования. Больное – жаждет покоя и тишины.

Сейчас, в период рыночной конкуренции косметические меры вроде незначительного повышения окладов ничего не дадут. Пока будет существовать механизм бюрократического торможения нововведений, пока рыночный механизм не будет заставлять производителя удешевлять товар, улучшать его качество, мы будем иметь инженера в теперешнем виде. Пока предприятия будут заинтересованы в сохранении своих штатов, будет избыток инженеров и техников. Пока наша экономика будет оставаться заорганизованной, будет давать себе знать профессиональный дисбаланс специалистов.

Каково мнение решения проблемы у руководства страны? В работе «Эволюционные трансформации экономики Беларуси» спикер парламента М.В.Мясникович предлагает: «…инженер (экономист) с высоким уровнем должен получать зарплату в три раза выше коллеги с базовым уровнем… нельзя допускать значительного снижения номинальной оплаты труда высококвалифицированных специалистов… по сравнению с соседними странами, чтобы в результате трудовой миграции не происходило замещения, выезжающих работать за рубеж, низкоквалифицированными местными работниками или приезжающими из других стран». В качестве стимулов М.В.Мясникович предлагает также гарантировать пожизненную занятость, карьерный рост, инвестиции в знания (переобучение) и прочее. США, кстати, ежегодно квотирует приток инженеров из других стран. Чаще программистов. Ларчик открывается просто: вузы России и Беларуси готовят программистов на западных программных технологиях. Лучшие бегут за «длинным рублем».

Мы живем в такое время, когда можно не только предлагать, но и делать. Пока, правда, обещания берут верх.

О важности инженерного труда в «опережающей» стратегии развития экономики, по А.Г.Лукашенко, пафосно звучит мысль лауреата Нобелевской премии, академика Жореса Алферова: «…наступит время, когда на земном шаре останутся только три профессии – врач, учитель и инженер».

Николай ТУРЧЕНКО, ветеран труда, кандидат технических наук, доцент.

Минск.

Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

Больш за 200 чалавек загінулі падчас тэракту ў Егіпце

Як мінімум 235 вернікаў былі забітыя і 120 атрымалі раненні падчас пятнічнай малітвы ў мячэці Бір аль-Абід, у правінцыі Паўночны Сінай.

Голосуем за Хелену!

Белорусские артисты призывают поддержать представительницу Беларуси на детском «Евровидении» и проголосовать за нее на сайте уже сегодня.

Лукашенко: решение направить главу МИД в Брюссель было принято задолго до саммита

Решение направить в Брюссель главу МИД Владимира Макея было принято задолго до саммита "Восточного партнерства".