Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

Эдуард Пальчис вспоминает встречу с Павлом Шереметом в Киеве.
14:27 9 снежня 2016
19
Памер шрыфта

Вчера, 28 ноября, известному журналисту Павлу Шеремету исполнилось бы 45 лет…

После школы Павел поступил на исторический факультет БГУ, где проучился три курса. Затем окончил факультет международных экономических отношений Белорусского государственного экономического университета.

С 1992 года работал в одном из белорусских банков. Вскоре пришел на Белорусское телевидение. Известность получил как ведущий еженедельной аналитической программы «Проспект».

С 1996 года работал главным редактором «Белорусской деловой газеты». В том же году был назначен заведующим белорусским бюро Общественного российского телевидения (ныне Первый канал) и собственным корреспондентом ОРТ по Беларуси.

В июле 1997 года во время съемки репортажа о ситуации на белорусско-литовской границе был арестован сотрудниками силовых структур Беларуси по обвинению в незаконном пересечении государственной границы, в получении денег от иностранных спецслужб и в незаконной журналистской деятельности. Провел в тюрьме несколько месяцев.

В 1998 году Шеремет начал работать специальным корреспондентом программ «Новости» и «Время» дирекции информационных программ ОРТ, а в январе 1999 года занял должность шеф-редактора российской и зарубежной корреспондентской сети дирекции информационных программ ОРТ. Был ведущим еженедельной аналитической программы «Время».

В 2000 году Шеремет ушел из программ новостей и продолжил работать на Первом канале как автор документальных фильмов и специальных проектов в рамках информационных программ. Окончательно покинул телеканал в 2008 году.

Был одним из основателей сайта «Белорусский партизан».

В последние годы жил и работал в Украине.

…Павел погиб в Киеве утром 20 июля 2016 года в результате подрыва автомашины. Теракт произошел в 7.45 на пересечении улиц Богдана Хмельницкого и Ивана Франко. По информации правоохранителей, сработала взрывчатка мощностью 400-600 гв тротиловом эквиваленте.

Следствие отрабатывало сразу несколько версий убийства Шеремета: личные неприязненные отношения с погибшим, профессиональная деятельность, дестабилизация обстановки в Киеве, ошибка (машина, в которой был взорван Шеремет, принадлежала владелице газеты «Украинская правда» Алене Притуле).

Убийцы, как, впрочем, и заказчики убийства журналиста, пока не найдены.

Павел Шеремет похоронен на Северном кладбище под Минском.

***

5 ноября 2015 года. Киев. Только в этот день многие узнали, что за мной уже полгода как гоняются белорусские спецслужбы, что я был в психушке и что на меня завели два уголовных дела. И именно в этот день состоялась единственная встреча с Павлом Шереметом, которую я не забуду никогда.

Моей самой любимой социальной сетью (по многим причинам) является “Твиттер”. И именно там с самого начала мы как-то виртуально сдружились с Павлом и редакцией его сайта. «Белорусский партизан» постоянно ретвитил мои статьи и глупые шуточки. Просто так. Также на самом “БП” очень часто ставились новости по мотивам моих публикаций, что обеспечивало определенный резонанс некоторым темам.

И когда стало известно о моих проблемах, то я тут же получил сообщение.

Я позвонил Павлу, и он пригласил меня вечером в кафе.

Для меня это было довольно волнительно. Впервые о Шеремете я узнал еще в 7-летнем возрасте, когда произошла громкая история с его арестом в Беларуси. А в 14 прочел книгу «Случайный Президент», которую он написал в соавторстве со Светланой Калинкиной.

И вот этот человек, из моего детства и юности, зовет пить чай. Необычно как-то.

При этом я про Павла слышал множество различных мнений и слухов. Ведь журналистика, как и политика, одна из самых противоречивых сфер человеческих отношений. Ты человека не видишь, а уже заочно о нем много знаешь. Или думаешь, что знаешь.

Когда я вошел в кафе, Павел говорил по телефону. Мое лицо никому не было известно, но он как-то сразу успел сориентироваться и махнул рукой: мол, присаживайся. Попутно он с удовольствием обсуждал с кем-то (видимо, с коллегой из “Украинской Правды”) политические реалии Киева:

– Да, и поставь это побыстрее на сайт. Там, короче, они вышли в коридор, и тут Тетерук берет и бутылкой ее по голове. А та его сумочкой. Ну ей не сильно так, Кужель больше просто испугалась, мне кажется.

Параллельно обсуждая по телефону очередную драку депутатов Верховной Рады, он заказал мне чаю и кусок пирога.

Затем, когда разговор по мобильному завершился, мы, собственно, и познакомились вживую. Буквально в первые 10 минут Павел уже расположил к себе. В итоге, беседа продлилась до полуночи.

Он выглядел очень счастливым и жизнерадостным. В какой-то момент подумалось: «Вот бы и мне так в 43 выглядеть». В свои 25 я чувствовал себя более уставшим и старым, чем Павел.

Павел постоянно улыбался, шутил, откровенничал. Общаясь с ним, не чувствовалось какого-то подвоха, или лицемерия:

– Вот он мне говорит: «Да ты же агент ФСБ!» Хорошо, я агент ФСБ, согласен. Но ведь ты целый телеканал спи*дил, давай, ответь за это. Ответь как сотруднику ФСБ, нахера ты канал спи*дил и используешь в грязных политических целях? (Про украинских олигархов.)

– Меня многие упрекают, что я еще недавно на ОТР был (Общественное телевидение России). А знаешь, почему я там работал? За обычную нагрузку платили около 10.000 долларов. И я с этой зарплаты часто оплачивал нужды “Партизана” (смеется).

– Про меня постоянно говорят, что я работаю на ФСБ. Никогда не спорил с такими мнениями, так как “Партизану” только на пользу. В голове у белорусского КГБ сидит мысль о том, что за мной стоит тень Кремля. И такое мнение часто играло на руку, первое время побаивались нас трогать (смеется).

Павел откровенно рассказывал про белорусские политические реалии, при этом сохраняя профессионализм и чувство меры:

– Я постоянно своих журналистов учу: какое бы у вас ни было личное отношение к нашим политикам, всегда все освещайте и пишите корректно. Да, мы все понимаем и видим. ******** уже давно задолбал. Вот только на одно его лицо посмотришь – и уже тошно становится. Или того же ********* я попросту считаю мразью, по определенным причинам. ********* выловил как-то в Вильнюсе, случайно. Прижал его и два часа допытывал. А он и так, и так, изворотливый (смеется). Но есть журналистские принципы и этика, и как бы мы к кому ни относились, все равно стараемся про всех писать нейтрально. Хотя мои ребята иногда стонут и порываются написать правду (смеется).

Интересно, что я сам завел речь про его тюремный опыт. Кто знал, что через два месяца его советы мне очень и очень пригодятся:

– Да, и они просто подбирают под тебя типаж. Садят сначала холерика. Если не идет разговор, меняют на флегматика. И так могут хоть по 15 разных людей к тебе подсылать: толстых, тонких, кучерявых, лысых (смеется). Пока не подберут нужный типаж. И еще как-то раз сидим мы в камере все дико голодные. А тут одному молодому сельскому хлопцу приходит передача. Яблоки, капуста, соленые огурцы. Представляешь, куча килограммов скоропортящихся овощей! Это же деревня, могли бы там сала или полендвицы какой с хлебом! А мама подумала, что ее дитенку витаминов не хватает (смеется). Там сложно первые 3–4 дня, так как изоляция полная, ты ничего не знаешь, очень непривычно. А потом привыкаешь.

Мы проболтали с Павлом до закрытия кафе, а потом перебрались в другое, круглосуточное. Он так душевно общался с другими посетителями, что я подумал, будто он здесь завсегдатай. Но оказалось наоборот, он многих видел впервые в жизни. Взяв быстрое интервью для «Белорусского партизана», предложил самую что ни на есть ребяческую шалость:

– Слушай, я вот тебе дарю шарф с нашим бело-красно-белым флагом. Их когда-то было около сотни у меня, это один из последних. А вот это – маска с лицом Лукашенко. Мне ее когда-то одна группа белорусов подарила. Давай пойдем к белорусскому посольству и сфоткаемся там. Будет прикольно.

Я даже немного оторопел и застеснялся. Белорусская привычка вести себя смирно возле важных режимных зданий еще не до конца выветрилась в вольном Киеве.

– Давай-давай, отличные фото для интервью получатся.

И вот мы бредем к белорусскому посольству. Он как ни в чем не бывало рассказывает всякие смешные истории, а я по привычке посматриваю по сторонам. Возле памятника Короткевичу устраивает  мне фотосессию.

Фото получились действительно забавными. Потом проводил меня до метро:

– Так меня раздражают белорусы, которые вечно ноют: «Какой в Украине бардак!» Да, бардак, но и свобода какая, посмотри! Бардак рано или поздно уйдет, зато свобода останется.

Действительно, ночью в Киеве, несмотря на войну и экономический кризис, царило спокойствие. На тот момент не было чего-то давящего или страшного.

Мы пожелали друг другу всего наилучшего, договорились еще как-нибудь встретиться, поговорить, держать связь в “Фэйсбуке”. Если б я знал, что это была наша первая и последняя встреча…

23 января 2016-го. Поселок Суземка, Брянская область. Пограничный переход между РФ и Украиной.

ФСБшники, которые листают мою адресную книгу в телефоне:

– Ты посмотри, чей у него телефон даже есть. Это ж Шеремет!

Мой следователь, когда приезжал на допросы, вечно пытался рассказать какую-нибудь ерунду, дабы повлиять на настроение. То намекал, что у меня жена была беременна и сделала аборт. То мои родители очень сильно поседели, особенно мама (хотя он ее ни разу в глаза не видел). То нашел в моем ноутбуке фото жены (в белье или без него). И угрожал, что распространит их в сети как компромат. Меня очень опечалило понятие «компромат» в Следственном комитете. Да, XXI век, все должны быть хромыми трансгендерами-чайлдфри, иначе не выжить.

И вот не сразу, а в середине допроса вдруг прозвучало:

– А знаете, вчера вечером был убит Павел Шеремет. Взорвали в машине посреди Киева.

Звучало очень по-идиотски и неправдоподобно.

– Это что, шутка?

– Да, сижу я тут так просто, шутки шучу.

И как-то сразу осозналось, что это так…

В последующие дни я припадал ухом к верхней решетке в камере, чтобы хоть как-то выловить из еле шипящего радиоприемника новости. Но наши официальные СМИ молчали. Перечитывал бесплатную “СБ” от корки до корки – молчание. Ни одной официальной реакции.

Долго осознавалось, что Павла больше нет. За все эти годы белорусы привыкли, что он всегда где-то рядом. Что географически, что политически, что ментально.

В последнем интервью признался, что у него вспыхнуло желание выучить белорусский язык. Кто знает, может, через несколько лет мы увидели бы первые статьи Павла Шеремета на роднай мове.

Единственное, что меня лично утешает, – Павел был очень счастлив в ноябре 2015-го. Он буквально искрился любовью, жизнелюбием и оптимизмом. Таким я его и запомнил навсегда.

(1863x.com)


Досье

Эдуард Пальчис – создатель сайта 1863x.com, блогер, больше известен под псевдонимом Джон Сильвер.

Родился в Лиде, ему 25 лет, занимается историей, женат. Не связан ни с одной политической партией или оппозиционной группировкой.

Уголовное дело на Пальчиса завели еще в 2015 году за разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни и распространение порнографических материалов. Материалы, к которым у правоохранительных органов имелись претензии, с сайта были удалены. Осенью Пальчис выехал в Украину, но затем решил вернуться в Беларусь через Россию, где его задержали. 23 января 2016 года Пальчиса поместили в СИЗО Брянской области в России. В июне его экстрадировали в Беларусь.

Правозащитники считали дело блогера политическим.

Судья приговорил Пальчиса к ограничению свободы на 1 год 9 месяцев. Но поскольку в его случае день в СИЗО считается за два, Пальчиса освободили в зале суда.


Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

Бюджет 2018: кому добавят, кого ужмут

Депутат А.Канопацкая опубликовала «заранее» доходы и расходы республиканского бюджета, запланированные на следующий 2018 год.

На мяжы класікі і сучаснасці: фартэпіяннае трыа «Nouvelle Philharmonie» выступіць з незвычайнай праграмай

Ужо хутка, 9 снежня, на сцэне Вялікай залы філармоніі выступіць фартэпіяннае трыа «Nouvelle Philharmonie» - стыльныя, багемныя, ашаламляльныя Арцём Шышкоў, Дзіма Цыпкін і Сяргей Смірноў.

Вадим Сашурин: «Только от здорового человека можно ждать побед»

Наиболее титулованный белорусский биатлонист, на счету которого более полутора десятков наград зимних и летних чемпионатов мира, поменял профессию. Ныне он специалист по общефизической подготовке.