Максим Позняков

«Народная Воля» побеседовала с лидером Белорусского независимого профсоюза, который месяц провел в неволе.

Досье «Народной Воли»

Максима Познякова задержали 17 мая возле детского сада, куда он отвел детей. Профсоюзного лидера доставили в РОВД. Он успел сообщить жене, что задержан по административному делу. Его обвинили в том, что на его аватарке в Facebook изображен украинский флаг и лозунг «За независимость».

Позняков был избран исполняющим обязанности председателя Белорусского Конгресса демократических профсоюзов – как известно, председатель БКДП Александр Ярошук с апреля находится в СИЗО вместе с другими лидерами независимых профсоюзов.

Накануне задержания Максим Позняков выступил с заявлением от имени Белорусского Конгресса демократических профсоюзов по поводу задержания более 20 профсоюзных лидеров и активистов: «Мы решительно осуждаем подобное вторжение в легальную деятельность демократических профсоюзов, право на которую защищено конвенциями МОТ и белорусским законодательством. Настаиванием на немедленном освобождении наших товарищей из-под стражи».

***

– Максим, как вы чувствуете себя после тюремных будней, восстановились? Честно говоря, была почти уверена, что не снимете трубку, – думала, вы уже не в Беларуси…

– Нормально. Потихоньку прихожу в себя. Из Беларуси уезжать не планирую.

– Когда были за решеткой, генпрокурор подал заявление в Верховный суд о ликвидации независимых профсоюзов. Как вы отреагировали на эту новость? 

– Инициатива такая есть, но решение о ликвидации пока еще не принято. Мы ждем итоговых решений от Международной организации труда – там обсуждался белорусский вопрос.

– Если не ошибаюсь, конференция МОТ уже завершилась…

– Да, но основные решения в административном совете будут приняты в ноябре – это касается и инициативы Генпрокуратуры по закрытию профсоюзов. Я пока хочу полностью изучить все вопросы. Насколько я понимаю, в дальнейшем МОТ будет принципиально ставить вопрос о независимых профсоюзах перед белорусским правительством.

– Руководство МОТ недавно потребовало встречи с арестованными профсоюзными лидерами, накануне просили прекратить давление на членов независимых профсоюзов. Однако толку от этого ровным счетом никакого. Никто не прислушивается к этим просьбам.

– И это странно. Особенно в контексте выступления министра труда и социально защиты Ирины Костевич на конференции МОТ. У нее, насколько я знаю, была абсолютно не жесткая риторика, и она обещала выполнить рекомендации и требования МОТ. И в это же время подается заявление на ликвидацию всех независимых профсоюзов…

Ну, если ликвидируют, значит, мы пройдем этот процесс, и на этом этапе история независимого профсоюзного движения закончится…

– В вашем профсоюзе немало людей. Какой резонанс со стороны рабочих на новость о предстоящей ликвидации?

– Сейчас вообще такая сложная ситуация для всех, и для рабочих в том числе. Не понятно, как будут работать предприятия, возникают сложности с продажей продукции, поэтому не знаю, какой реакции можно ожидать.

На мой взгляд, если наш профсоюз ликвидируют, продолжится ухудшение прав работников на предприятии, будут урезаться коллективные договоры, уменьшаться дополнительные социальные гарантии.

Какой реакции ждать? Я еще не встречался с активом на местах, на этой неделе пообщаемся – поймем, что и как.

– Рабочие «Белшины» два года назад тоже выходили на акции протеста, выступали против объявленных результатов выборов, осуждали насилие со стороны правоохранителей, требовали ознакомить их с протоколами избирательных участков. На минувшей неделе на «Белшине» был Александр Лукашенко, и, судя по официальной информации об этом визите, никто не кричал ему «Уходи!». Наоборот, внимательно слушали, кивали и ни в чем не возражали…

– Каждый сейчас думает о том, как сохранить рабочее место, хоть какую-то зарплату, остаться на свободе и чтобы не было войны, которая совсем рядом и практически у наших ворот. Это всё очень сильно деморализует людей и настраивает совершенно на другой лад. Одни уезжают, другие думают, что надо потерпеть. Ну и в этой ситуации не очень понятно, что будет лучше и правильнее для страны. Войны точно никто не хочет: это огромные жертвы, людские трагедии и разрушения. А кто может быть гарантом неначала этой войны на территории Беларуси – тоже сказать очень сложно.

Ясно, что сегодня выбор совершенно другой, не такой, как был в 2020 году. Поэтому у людей совершенно другие мысли, более простые и прагматичные.

– Вы провели за решеткой 30 суток. Чему научил вас этот месяц? Во время суда надеялись, что не посадят, а дадут штраф?

– Понятно было сразу, что штрафа не будет. Не знаю, кстати, чем руководствовались, когда изолировали меня на это время…

– Может, это было сделано для того, чтобы вы не выступили на конференции МОТ?

– Всё может быть, но это лишь догадки.

Скажу откровенно: условия в изоляторе не очень. 15 суток я сидел в Новополоцке и 15 суток в Витебске. В Витебске – это территория СИЗО, там вообще тюремный режим, без прогулок, без ничего.

Конечно, всё это тягостно. И мысли разные в голову лезут: выпустят или не выпустят по окончании срока? Тем более что мой арест проходил на фоне задержания других профсоюзных лидеров, которым инкриминированы уголовные статьи…

За пару дней до моего выхода новополоцкий прокурор через витебскую прокуратуру вынес мне официальное предупреждение о том, что после трех и более правонарушений в течение года (а два у меня уже есть) будет возбуждено уголовное дело.

– И какие ваши планы?

– Сейчас будем пытаться сохранить юридический адрес и профсоюз. Но насколько это будет возможно, думаю, станет ясно в ближайшее время.

Закрытие старейшего независимого профсоюза в стране – это серьезный удар по всему профсоюзному движению, и международному в том числе. Хотелось бы, конечно, сохранить организацию. Первички мы уже потеряли, пытаемся обжаловать решения, но, честно говоря, я мало верю в успех. Если удастся в целом сохранить БНП в данное время – это будет неплохо. Пока надежды не теряем.

А что касается личного… Месяц за решеткой – это трудно. Это разлука с близкими, детьми, неопределенность…

– Как к вам относились в изоляторе?

– Не скажу, что было какое-то предвзятое отношение. Я так понимаю, что для людей, которые проходят по так называемым политическим статьям, режим соблюдается в полном смысле этого слова. Жестокого отношения не было, но это и не курорт. Например, в Новополоцке на прогулку в наручниках выводили…

– Передачи до вас доходили?

– Передачи были в первые пять дней в Новополоцке, пару передач получил, а затем, например, из еды ничего не доходило – только предметы гигиены и одежда. В Витебске один раз привезли одежду, салфетки. Писем и информации тоже не было. Полный вакуум. Адвокат один раз ко мне в Новополоцке пришел, и все.

– Чем вы в изоляторе занимались?

– Сидел (смеется). Пытался каким-то спортом заниматься, поддерживать физическую форму. Похудел хорошо! Так что во всем есть свои плюсы. По ощущениям, килограммов 10 скинул.

– Как вам тюремная кухня?

– В Витебске еще терпимо, более-менее нормальную кашу с утра давали на молоке, можно было питаться. Там под следствием люди сидят, поэтому, видимо, кормежка получше. А в Новополоцке с питанием всё гораздо хуже: от супов болел желудок, они мне не пошли, с утра – сечка на воде, поэтому я ел только один ужин – всегда давали картошку с котлетой. А так пил чай с хлебом.

– Когда вернулись домой, обняли детей и жену, небось, пообещали себе, что больше никаких выступлений с протестными заявлениями?

– Да и не было, по сути, протестных заявлений. Сутки я получил за какие-то фразы на странице в «Фейсбуке». Сейчас такая цензура, что любой пост в соцсетях расценивают как индивидуальный пикет…

Да, как вышел – обнял родных, поцеловал детей в первую очередь, потому что очень скучал…

– Вы – лидер независимого профсоюза. Что намерены делать дальше: продолжать борьбу за права трудящихся, призывать к чему-то рабочих или взять паузу и осмотреться?

– Ну о каких призывах в нынешних условиях может идти речь?..

Наша главная задача – в первую очередь добиться освобождения всех наших товарищей, которые находятся в тюрьме. Насколько я знаю, следственные действия по так называемому профсоюзному делу продлили еще на два месяца. Поэтому к концу лета только будет какая-то ясность…

– Александр Бухвостов и Николай Шарах накануне конференции МОТ обращались в Администрацию президента и Минтруда с просьбой наладить диалог…

– Ответа не было, но это уже и не актуально.

– Заметили, что власть сегодня вообще не говорит ни о каком диалоге с так называемой оппозицией (я имею в виду прежде всего тех, кто остался в стране). Звучат лишь резкие указания: уничтожить, ликвидировать, зачистить…

– Всё завязано на конкретном политическом решении. Ситуация развивается стремительно, как и что повернется ближе к осени – пока никто не знает.

Сейчас задача одна – как можно быстрее при помощи международных структур и той же МОТ попытаться освободить тех, кто за решеткой и сохранить профсоюзное движение. Я вообще удивляюсь, как в условиях беспрецедентных санкций большинство предприятий еще работает и люди получают зарплату, если продукция очень трудно идет на экспорт…

– Ну а если всё-таки ликвидируют все независимые профсоюзы, что тогда?

– Есть пример Казахстана, где запрещены независимые профсоюзы. Но от этого там не уменьшилось количество протестов рабочих, наоборот с каждым годом недовольство только растет. Находятся новые лидеры, потому что людей не устраивает несправедливая ситуация с условиями труда, зарплатой.

Как будет развиваться ситуация у нас – будет зависеть прежде всего от лидеров на конкретных предприятиях. Уничтожение независимых профсоюзов никак не повлияет на рабочих, если социально-экономическая ситуация будет ухудшаться с каждым днем, если будет невозможно кормить семьи. Тогда массовые протесты неизбежны.

Честно говоря, в данном случае я вообще не понимаю логики властей. Наоборот, когда люди организованы в какие-то легальные структуры, которые даже пусть и критикуют власть, но это контролируемый процесс. А когда это выходит стихийно – тогда всё в десять раз хуже. Какой смысл уничтожать независимые профсоюзы?

Я считаю, что Беларусь вполне себе может позволить свободу объединений. Ничего страшного в этом нет, особенно сейчас, когда такая ситуация вокруг. И, учитывая нашу международную интеграцию, независимые профсоюзы могли бы стать отличной возможностью в этой ситуации для нормализации отношений с Западом.

Мы всё это предлагали, но нас почему-то упорно не хотят слышать. Во всяком случае пока. А что будет дальше – увидим!

Публикация из № 48 газеты “Народная Воля. Подписаться на газету.

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»