ОМОН
ОМОН

В настоящее время в Беларуси 44 человека признаны причастными к террористической деятельности. Но уже завтра таких террористов может быть сотни и даже тысячи. Как это может произойти рассказывает «Ежедневник». К сожалению, очень просто, и это страшно.

За 2020-2021 годы КГБ внес в «Перечень организаций и физических лиц, причастных к террористической деятельности» 44 человека. Однако, если применять действующее белорусское законодательство единообразно, то уже сегодня таких террористов должно быть несколько сотен.

Эволюция белорусского антитеррористического законодательства

Прежде всего необходимо отметить, что перечень, который ведет КГБ, отнюдь не предназначен для того, чтобы официально повесить на кого-то клеймо «террорист». Указанный перечень по существу является ведомственным актом, сведения из которого рассылаются субъектам (организациям и индивидуальным предпринимателям), осуществляющим финансовые операции. Это банки, страховые организации, аудиторы, риелторы, нотариусы, юридические фирмы и т.п. Цель этого документа – предотвращение финансирования террористической деятельности и финансирования распространения оружия массового поражения. Субъекты, осуществляющие финансовые операции, обязаны проверять своего клиента на предмет наличия его в указанном перечне, и в случае, если он там есть, то блокировать его финансовые операции и сообщить об этом куда следует.

До 2015 года и название указанного перечня и основания для попадания туда, более соответствовало его цели. Вопрос регулировался постановлением Совета министров №336 от 11.03.2006 года, а сам перечень назывался «Перечень участников финансовой операции, в отношении которых имеются сведения об их участии в террористической деятельности либо нахождении под контролем лиц, участвующих в террористической деятельности». То есть название говорило о том, что если человек попал в этот перечень, то в отношении его имеются либо сведения о причастности к террористической деятельности, либо имеются сведения, что лицо находится под контролем таких лиц. Нет никакого однозначного утверждения (обвинения). Сейчас перечень называется «Перечень организаций и физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей, причастных к террористической деятельности», и не случайно, в связи с этим, в обывательской и журналисткой среде он называется «перечень террористов», хотя юридически это не так. Признать человека виновным в терроризме может только суд.

Суд

Интересно, что до 2015 года, когда вступило в силу ныне действующее законодательство, было всего 14 статей Уголовного кодекса Беларуси, которые являлись основанием для принятия КГБ решения о включении физического лица в перечень по национальному законодательству. Причем, включить в перечень можно было только в том случае, если имеется вступивший в законную силу приговор суда, который признал человека виновным по любой из указанных статей.

Сейчас таких статей Уголовного кодекса – 31 (!), а основанием является не только вступивший в законную силу приговора суда, но и предъявление обвинения по любой статье. То есть можно говорить о том, что по сравнению с периодом до 2015 года, КГБ Беларуси сейчас имеет в своих руках в четыре раза больше оснований для включения граждан и организаций в соответствующий перечень.

Удвоение количества статей уголовного кодекса, а также получение КГБ права включать в перечень лиц, которым только предъявлены обвинения (без приговора суда), не могло в итоге не сказаться на количестве лиц, попадающих в этот перечень

За пять лет, с 1 января 2015 года по август 2020 года, КГБ не включило в перечень ни одного человека, на основании национального законодательства. Возможно, не было соответствующего спроса. А после президентских выборов 2020 года фактически за полтора года, туда включили уже 44 человека.

При этом, как показал наш анализ, реальное количество лиц, «причастных к террористической деятельности», в соответствующем перечне КГБ должно быть в 10-20 раз больше. А потенциально таких причастных к терроризму лиц может быть и в 100 раз больше. Не потому, что в Беларуси настолько развит терроризм, а потому, что так требует белорусское законодательство.

Каков порядок выявления террористов?

Порядок включения физических лиц и организаций в перечень причастных к терроризму регулируется Положением, утвержденным Постановлением Совета министров от 30.12.2014 №1256.

Согласно п.7 указанного Положения, включение в перечень организаций, физических лиц, индивидуальных предпринимателей, осуществляются по решению председателя Комитета государственной безопасности, его заместителей на основании сведений, указанных в пункте 5 Положения и полученных КГБ из Единого государственного банка данных о правонарушениях, а также:

  • от субъектов, непосредственно осуществляющих борьбу с терроризмом;
  • от органов прокуратуры Республики Беларусь, Следственного комитета и судов общей юрисдикции Республики Беларусь;
  • от компетентных органов иностранных государств в соответствии с международными договорами Республики Беларусь;
  • в установленном порядке от международных организаций, иностранных правоохранительных органов и специальных служб

Согласно п.8 Положения, государственные органы и иные организации, указанные в абзацах втором и третьем пункта 7 (прокуратура, следствие суды и т.д.), при получении фактических данных о наличии оснований, предусмотренных в пункте 5 Положения, направляют сведения об этом на следующий рабочий день в КГБ.

Подготовка и принятие решения о включении в перечень организации, физического лица, индивидуального предпринимателя осуществляются непосредственно после получения фактических данных о наличии оснований, предусмотренных в пункте 5.

В указанном п.5 Положения к национальным основаниям для включения в перечень относятся подпункты 5.3 и 5.4. Указанные подпункты содержат одни и те же статьи Уголовного кодекса Беларуси: 124 – 131, 134, 287, 289 – 293, ч.4 ст.294, ч.4 ст.295, ч.4 ст.309, ч.3 ст.311, статьи 322-324, 359, 360 и 361.

Основания отличаются только тем, что в одном случае речь идет о вступившем в законную силу приговоре суда по данным статьям, а в другом случае – о вынесении постановления о привлечении физического лица в качестве обвиняемого.

Из анализа указанных норм Положения вытекает, что процесс включения физического лица в перечень лиц, причастных к террористической деятельности, носит исключительно формальный характер. Не существует какой-либо процедуры оценки фактических данных деятельности того или иного лица на предмет его участия в терроризме. Достаточно предъявление обвинения по любой из указанных выше статьей Уголовного кодекса либо вступление в законную силу приговора суда.

КГБ либо самостоятельно узнает об этом из Единого государственного банка данных о правонарушениях, либо получает информацию о данном факте от Следственного комитета, прокуратуры или суда. После этого на основании решения председателя КГБ или его заместителя физическое лицо в течение рабочего дня включается в перечень лиц, причастных к террористической деятельности.

Каких-либо исключений из этого правила нет. Можно только обжаловать через суд свое включение в указанный перечень.

В теории все вроде бы просто, но на практике – совершенно непонятно. Ведь после ознакомления с перечнем лиц, причастных к террористической деятельности, и указанным выше Положением, возникает два, на первый взгляд совершенно противоречащих друг другу вопроса:

Откуда в Беларуси вдруг взялось 44 «лица, причастных к террористической деятельности», хотя предшествующие пять лет не было ни одного?

И почему «лиц, причастных к террористической деятельности» в перечне так мало, хотя должно быть в 10-20 раз больше?

Забытые террористы

В настоящее время в перечне содержится информация о 44-х физических лицах, которых КГБ внес на основании национального законодательства. При этом из 31 статьи Уголовного кодекса Беларуси, которые являются основанием для внесения в перечень, КГБ сейчас задействовано только три: ст.289 (акт терроризма), ст.293 (массовые беспорядки) и ст.359 (акт терроризма в отношении государственного или общественного деятеля).

На основании иных 28 статей Уголовного кодекса Беларуси никто в перечень не внесен. Можно было бы предположить, что в Беларуси никому до сих пор не предъявляли обвинения по указанным статьям, однако это не так.

Например, ст.130 (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни) Уголовного кодекса Беларуси. До 2015 года, указанная статья в принципе не являлась основанием для включения в перечень лиц, причастных к террористической деятельности.

С 2015 года, когда данная статья появилась в соответствующем Положении, и по настоящее время в перечне, нет граждан, обвиненных или осужденных по этой статье. Но если до августа 2020 года такие лица, можно сказать, что не существовали в объективной действительности (возбуждение уголовных дел по указанной статье было редким исключением), то после президентских выборов прошлого года, такие дела стали возбуждаться в массовом порядке.

Правоприменительная практика по ст.130 Уголовного кодекса Беларуси – это отдельная тема, который мы коснемся позже. Сейчас же необходимо отметить, что по состоянию на начало августа 2021 года правозащитные организации сообщали о том, что только им известно о 93 фигурантах уголовных дел по ст.130 Уголовного кодекса Беларуси. Но это было только начало.

Через несколько дней после трагедии, произошедшей 28 сентября 2021 года на улице Якубовского в Минске, когда был убит сотрудник КГБ и застрелен хозяин квартиры Андрей Зельцер, Следственный комитет отчитался о возбуждении уголовных дел по ст.130 Уголовного кодекса в отношении 136 физических лиц, за их комментарии в социальных сетях относительно произошедшей трагедии. Все они уже 1,5 месяца находятся под стражей, соответственно им должны были предъявить обвинения. По этой же статье предъявлено обвинение и журналисту закрытой уже «Комсомольской правды в Беларуси» Геннадию Можейко.

То есть всего получается не менее 230 обвиняемых по указанной статье. Но в перечне лиц, причастных к террористической деятельности, почему-то нет ни одного человека, обвиненного по указанной статье.

Аналогичная ситуация и по ст.293 Уголовного кодекса Беларуси (массовые беспорядки). До 2015 года указанная статья также отсутствовала среди оснований для включения в перечень. По состоянию на 15 ноября 2021 года в перечень лиц, причастных к террористической деятельности, на основании ст.293 Уголовного кодекса Беларуси КГБ внесло только двух человек: Романа Протасевича и Степана Путило.

Между тем, еще по состоянию на август 2021 года правозащитники сообщали, что только им известны более 230 обвиняемых по указанной статье из-за событий, последовавших за выборами 2020 года. На 15 ноября 2021 года таких обвиняемых (и осужденных) должно быть еще больше, но в перечне лиц, причастных к террористической деятельности их нет.

«Ежедневник» послал запрос в КГБ с вопросом, почему одни лица, обвиненные по статье 293 Уголовного кодекса Беларуси, включаются в перечень, а другие – не включаются. При этом в законодательстве отсутствуют какие-либо исключения, позволяющие подходить к этому вопросу таким избирательным образом. Однако запрос был проигнорирован.

Итого, только по двум этим статьям Уголовного кодекса Беларуси (130 и 293) и только на основании публично озвученной информации мы имеем дополнительно не менее 460 человек, которые должны быть включены в перечень лиц, причастных к террористической деятельности. Но их нет.

А есть же еще 26 статей Уголовного кодекса Беларуси, по которым (не по всем) также есть как обвиняемые, так и осужденные. Например, ст.361 «Призывы к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь» Уголовного кодекса Беларуси. Еще 20 августа 2020 года Генеральная прокуратура Беларуси заявляла о возбуждении уголовного дела по указанной статье по факту создания «Координационного совета». По указанной статье белорусским судом признаны виновными члены Координационного совета Максим Знак и Мария Колесникова. Также 15 ноября Генеральная прокуратура сообщила о передаче в суд уголовного дела в отношении Эдуарда Пальчиса, в копилке обвинений которого есть и ст.130, и ст.293, и ст.361 Уголовного кодекса Беларуси, то есть имеется три самостоятельных основания для включения в перечень. Но ни Эдуарда Пальчиса, ни Марии Колесниковой, ни Максима Знака в перечне нет, так же, как и иных лиц, обвиненных по ст.361 Уголовного кодекса Беларуси. Почему?

Потенциал для развития терроризма в Беларуси

Так как КГБ не ответил на наши вопросы, попробуем сделать это самостоятельно. Тут видится только два приемлемых ответа.

Первый – власти Беларуси уже сейчас понимают некую трагикомичность ситуации с перечнем лиц, причастных к террористической деятельности. Непосредственно перед августом 2020 года в перечне вообще не было ни одного гражданина Беларуси. А всего за полтора года после августа 2020 года белорусские власти уже включили туда 44 человека, при отсутствии каких-либо человеческих жертв и пострадавших. А если же КГБ будет вносить в перечень всех, кто после августа 2020 года подпадает под основания, предусмотренные белорусским законодательством, то нынешняя цифра увеличится в 10-20 раз. Может получиться больше, чем Совет безопасности ООН причислил к террористам во всем мире. Это будет как-то уж совсем не комильфо.

Второй – власти Беларуси оставляют для себя некий резерв на случай возобновления протестной активности. Для этой цели под угрозу включения в перечень, причастных к террористической деятельности поставлены даже не сотни, а тысячи белорусских граждан.

В пользу этого ответа на поставленный вопрос говорит и тот факт, что в мае 2021 года Уголовный кодекс Беларуси пополнился новой ст.130-1 (Реабилитация нацизма), которая также попадает под основания для включения в перечень причастных к терроризму. При этом указанная статья не дает определения, что же такое «реабилитация нацизма» применительно к уголовному кодексу. То есть в принципе отсутствует описание действий физического лица, которые можно трактовать как «реабилитация нацизма».

В тоже время, одновременно с указанной статьей Уголовного кодекса Беларуси был принят новый закон «О недопущении реабилитации нацизма», где указанное понятие определяется очень широко и размытыми формулировками, допускающими множество трактовок. Это дает широкие возможности для преследования любой альтернативной властям Беларуси точки зрения относительно Второй мировой войны, роли тех или иных лиц, применения тех или иных символов. Например, белорусские власти и провластные СМИ называют бел-красно-белый флаг фашистским. Соответственно любое использование этого флага при желании может трактоваться как реабилитация нацизма.

Потенциально, уголовные дела по указанной статье можно возбудить в отношении любого человека, который выйдет на улицу в БЧБ-символикой, соответственно, включив их в перечень и назвав террористами. А это тысячи и тысячи людей. По сути, это такой короткий поводок для протестного электората.

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»