На фоне проблем на международной арене, возрастающей политической и экономической изоляции официального Минска роль Китая для белорусских властей растет. Как сегодня можно охарактеризовать отношения Беларуси и Китая? С этим вопросом газета «Белорусы и рынок» обратилась к китаеведу Ольге Кулай.

«Важно разделять политический и экономический подтексты. В 2016 году была подписана Декларация об установлении доверительного всестороннего стратегического партнерства и взаимовыгодного сотрудничества. Белорусская сторона считает, что это «наивысший в истории уровень отношений». Оценка китайской стороны отличается. При этом, по моему мнению, сегодня наибольший выгодополучатель — Беларусь, которая вписывается в инициативы и проекты Китая, в том числе «Один пояс — один путь», — ответила она.

С августа 2020 года китайский МИД поддерживает белорусские власти и принцип невмешательства во внутренние дела. По словам Ольги Кулай, следует подчеркнуть, что Китай, который постоянно находится под давлением США, транслирует этот принцип всегда, вне зависимости от ситуации, а не только применительно к Беларуси.

Экономическую поддержку Китая всегда рассматривали сквозь призму политики. Но, по словам эксперта, у китайских компаний, в том числе и государственных, все четче работают принципы, принятые в международной практике: рациональное поведение, реальная оценка инвестиционных рисков, в том числе учет международных рейтингов.

«По информации из китайских источников, общего мнения экспертного сообщества, видно, что Пекин говорил и продолжает говорить Минску о том же, давать те же советы, что и Всемирный банк. Их рекомендации аналогичны: те же слова о прозрачном законодательстве, уважении частной собственности и так далее. Поэтому нет ничего противоречивого в том, что выражение политической позиции не сопровождается выдачей кредита», — пояснила эксперт.

По словам Ольги Кулай, необходимо понимать, что поддержка белорусских властей на политическом треке не распространяется на суверенные кредиты официальному Минску: последний, выданный Нацбанку, датируется декабрем 2019 года. Но сумма — полмиллиона долларов.

«Вы сами можете оценить масштабы: это цена одного современного станка. «Политическое» кредитование Пекина уменьшается не первый год, посему надеяться, что для Беларуси будет сделано исключение, было бы наивно. Китайская сторона дает понять партнерам по всему миру: хотите получить финансирование от наших госбанков — переходите на коммерческие рельсы или хотя бы двигайтесь в этом направлении», — отметила эксперт.

Но смогут ли белорусские власти брать такие кредиты, более коммерческие? «Подход китайской стороны изменился: и отбор ужесточился, и условия выдачи денег. Что будет дальше — сказать трудно. Нужно ставить вопрос иначе: «смогут ли белорусские власти предложить китайцам что-то, что их заинтересует», и под какие условия те будут готовы выделить деньги?», — пояснила Ольга Кулай.

«Коллективный Запад» выделял белорусским властям немалые деньги (сотни миллионов долларов в год) на инфраструктурные проекты. И зачастую не кредиты, а безвозмездную помощь. Сможет ли Китай заместить эти деньги?

«Если проанализировать поведение Китая в других ближних к нам странах — такого кейса нет. Близкий к этому вариант — «технико-экономическая помощь», но заказчик должен выполнить определенные условия, и, что важно, деньги не заходят в белорусскую систему, а циркулируют внутри проекта, целиком и полностью контролируемого китайской стороной», — рассказала эксперт.

Еще один вариант сотрудничества — инвестиции. Предполагалось, что они придут через китайский парк под Смолевичами. Именно на него делалась ставка, и она все время увеличивается. К примеру, последним указом крупные инвесторы получили новые преференции.

«В «Великом камне» развиваются совместные предприятия, открываются новые, но скорость и масштаб оставляют желать большего. И сейчас именно китайская сторона (судя по открытой информации) является управленческим драйвером развития парка, влияющим на то, какими будут льготы для резидентов, режим их функционирования, какие отрасли будут развиваться в парке. Потому что в «Великий камень» пришли люди (из той же «Чайна мерчант групп»), которые имеют большой управленческий опыт на международном уровне — в Европе, Китае», — прояснила эксперт.

А купить в Беларуси какие-то предприятия китайцы могут? «Беларуськалий» им наверняка интересен. «Предлагали несколько, иногда эти переговоры даже конкретизировались — как, например, с «Гомсельмашем». Но требования, выдвинутые потенциальному инвестору — по сохранению рабочих мест и структуры управления, долгам, его однозначно не устроили.

«Беларуськалий» им интересен, могли бы купить. Вопрос, захотят ли продавать его белорусские власти? И на каких условиях? Если на «гомсельмашевских», то итог будет таким же.

Важно отметить и то, что Китай оценит риски, связанные с санкциями и невозможностью ведения расчетов через белорусские госбанки, а встроенность в мировую финансовую систему им важна. Посему решение о приобретении каких-либо активов будет очень взвешенным», — считает Ольга Кулай.

Чего стоит ждать от белорусско-­китайского сотрудничества в ближайший год? По мнению собеседницы, Китай продолжит оказывать белорусским властям поддержку на международной арене — тесная кооперация в различных международных организациях продолжится. Неизменной останется и антисанкционная риторика: наверняка санкции приведут к сближению Пекина и Минска как никогда.

«Что касается экономической стороны, то и здесь поведение Китая будет традиционным: в случае политических кризисов оно выжидательное. И больших вложений в белорусскую экономику ждать не стоит, так как для китайцев в них нет коммерческого рационального зерна. Товарооборот наверняка будет расти, но рост будет скромным и заместить потери, понесенные на западном векторе, не сможет», — резюмировала Ольга Кулай.

Поделиться ссылкой: