Валерий Фадеев
Валерий Фадеев

Немного истории

Мы сейчас обсуждаем возможные изменения в Конституцию страны (либо принятие новой Конституции). Эта тема мне очень близка, поскольку в свое время я участвовал в разработке Конституции Беларуси в редакции 1994 года, а затем в составе первого созыва Конституционного Суда пришлось осуществлять контроль за конституционностью нормативных актов. Помнится, после избрания в состав КС я написал стихи, которые заканчивались так:

Теперь уже назад ни шагу,
Доверие я должен оправдать.
О, дай мне, Бог, достоинство, отвагу
За нашу Конституцию стоять!

Честно сказать, эти слова тогда мне казались просто удачной творческой находкой, я и предполагать не мог, что нам, судьям Конституционного Суда, действительно нужны будут и отвага, и мужество, чтобы с честью исполнить свой долг. Не буду вдаваться в подробности, просто хочу напомнить, что с самого начала деятельности на посту президента Республики Беларусь А.Лукашенко у нас с ним не сложились отношения и, нужно сказать, не по нашей вине; просто мы признали неконституционными полностью либо частично целый ряд его указов (по подсчетам за 1994–1996 годы – 17 актов). Он на нас обижался, критиковал, даже издал акт о том, что госорганы не должны исполнять наши решения. На нас шли страшные «накаты», использовались всякие домыслы и слухи. Однажды даже было заявлено, что трое судей Конституционного суда (они все ранее имели отношение к органам правопорядка) готовят заговор с целью свержения власти. Мне (я тогда уже был заместителем председателя КС) пришлось быть в одном высоком кабинете, и я поручился за своих коллег и попросил, если есть подтверждение этого факта, предоставить материалы нам, поскольку у нас есть Кодекс чести судьи Конституционного Суда и мы сами в первую очередь с этим будем разбираться. Нужно сказать, что прошла четверть века, а никаких материалов так и нет!

Однажды было объявлено, что президент якобы подписал указ об освобождении от должности председателя Конституционного Суда В.Тихини. Мне и еще двум судьям,
которых я взял с собой, довелось встретиться с тогдашним главой Администрации президента Л.Синициным, и мы ему популярно объяснили, что председателя КС избрал Верховный Совет и только он может его освободить от должности. На вопрос г-на Синицина, что делать, я ответил, что указ нужно отменять. Не знаю, как там вышло с указом (по-моему, ему просто не дали ходу), но в качестве отступного Л.Синицин спросил: «А может, мы хотя бы выговор объявим?» Пришлось пояснить, что и этого сделать нельзя. Но главное, что наказать-то председателя Конституционного Суда хотели за надлежащее исполнение обязанностей!

Сегодня кое-кто, в том числе один мой бывший коллега по КС, утверждает, что Конституционный Суд, мол, встал на сторону Верховного Совета и поэтому был необъективен по отношению к президенту, то есть встал в оппозицию! Не хочу спорить, просто рекомендую посмотреть наши заключения за 1994–1996 годы, и тогда будет видно, что мы рассмотрели на предмет конституционности примерно поровну актов президента и актов Верховного Совета.

Если мы посмотрим соцопросы за те годы, то увидим, что Конституционный Суд по уровню доверия к нему занимал всегда высшие строчки. Сегодня он принимает гораздо больше решений, чем мы в свое время, потому что на него возложили обязательный предварительный контроль законов перед подписанием их Президентом (кстати, эта обязанность на Конституционный Суд была возложена не Конституцией, а декретом президента, что само по себе вызывает вопросы). Правда, однажды я задал на семинаре председателю Конституционного Суда вопрос, на который не получил ответа: а как поступит суд в случае, если он в порядке предварительного контроля признает закон конституционным, а затем кто-то поставит вопрос о том, что всё же есть нормы, вызывающие сомнения в его конституционности? Еще один вопрос, на который мне ответил не председатель Конституционного Суда, а почему-то начальник юридического управления Палаты представителей, хотя я к ней не обращался (по моему, она теперь в составе КС): почему осуществляется предварительный контроль законов, а актов президента, особенно декретов, не осуществляется? Мне пояснили, в частности, что декреты, мол, представляются в парламент. Эти декреты сохраняют силу, если они не отменены большинством не менее двух третей голосов от полного состава каждой из палат. Но, во-первых, это не равноценные процедуры  предварительный контроль Конституционного Суда и «последующий» парламента; во вторых, за всё время после 1996 года президент издал десятки временных декретов, среди которых были явно вызывающие вопросы в соотношении с Конституцией и законами (например, «о тунеядцах», о контрактной системе найма на работу, от 15.12.2014 №5 «Об усилении требований к руководящим кадрам и работникам организаций»), и ни один из них не был отклонен парламентом! Кроме того, согласно Конституции, президент может издавать декреты в двух случаях: 1) когда это право ему делегировано парламентом и 2) в силу особой необходимости. Так вот, насколько мне известно, парламент ни разу не делегировал президенту такое право, а десятки изданных им временных Декретов приняты «в силу особой необходимости», например, в 2017 году аж восемь. В чем всегда состояла особая необходимость, можно только догадываться!

Но давайте сегодня спросим граждан: знают ли они о Конституционном Суде и его работе и какой рейтинг ему выставят? Нас упрекали (и один бывший коллега в своем интервью отметил это как недостаток), что мы имели право возбуждать дела по своей инициативе и что мы этим злоупотребляли. Но если мы посмотрим заключения по таким делам, то увидим: они возбуждались всегда правильно, и принятые по ним заключения доказывают, что мы действительно смогли увидеть в рассмотренных актах несоответствие их Конституции! И главное, что нужно иметь в виду: обращаться в Конституционный Суд с предложением о проверке конституционности актов могли семь госорганов, а граждане такого права не имели. Вот мы и заполняли эту брешь, многие из дел возбуждались как раз в связи с тем, что граждане нас информировали о проблемах.

Все конституционно?

Сегодня же граждане по-прежнему не имеют права обращения в Конституционный Суд; им рекомендуют обращаться в те госорганы, которые «вхожи» в КС (сегодня их осталось пять, так как упразднен Высший хозяйственный суд, который указан в Конституции, но мы «подправили», в сущности, в этой части Конституцию без всяких там референдумов), но эти госорганы занимают круговую оборону и не хотят конфликтовать друг с другом. Поэтому отвечают гражданам, что «не находят оснований» для обращения в Конституционный Суд! Приехали, как говорится! В своем послании о состоянии конституционной законности в 2020 году КС отметил: «В 2020 году в Конституционный Суд поступили 43 обращения, содержащие, по мнению направивших их граждан и организаций, информацию о наличии в нормативных правовых актах пробелов, коллизий и правовой неопределенности». Однако КС приходит к выводу, что «по результатам изучения содержания обращений и приложенных к ним материалов, анализа соответствующего правового регулирования и практики правоприменения, а также с учетом мнений государственных органов и иных организаций, изложенных в ответах на запросы Конституционного Суда, пробелов, коллизий и правовой неопределенности, имеющих конституционно-правовое значение, в законодательстве не выявлено, что свидетельствует о достигнутом определенном конституционно-качественном уровне национального законодательства». Но мы-то хорошо знаем, что это далеко не так! И еще один пассаж из этого послания: «В 2020 году уполномоченные органы с предложениями о проверке конституционности нормативных правовых актов в Конституционный Суд не обращались, что свидетельствует о достигнутом на конституционной основе качественном правовом регулировании общественных отношений, надлежащем взаимодействии государственных органов, участвующих в законотворческом процессе, при неукоснительном соблюдении ими конституционных принципов и норм». Ура!? А ведь не зря уже из уст некоторых лиц, в том числе приближенных к власти, звучат мнения, что ничего менять не нужно. Видимо, их подвигло на это в том числе это послание КС!

Мы можем внести изменения в Конституцию, можем принять новую. И нам обещают, что многое изменится, но… Вот сегодня многие предлагают – и, возможно, это было бы правильно на этом этапе – вернуться к Конституции-94, а затем спокойно работать над новой редакцией. По моему мнению и мнению многих экспертов, Конституция-1994 была в целом неплохим документом, хотя кое-что можно было бы сделать и лучше. Но там были в соответствии с международными нормами гарантированы права граждан, обеспечен принцип разделения властей, предусмотрены сдержки и противовесы (ст.6), сменяемость власти и пр. Тем не менее мы, как уже отмечалось, признали неконституционными 17 актов президента! Так только ли в Конституции дело? Пожалуй, самым вопиющим фактом является то, что, несмотря на заключение Конституционного Суда о том, что решения референдума 1996 года по новой редакции Конституции не могут носить обязательный (а лишь рекомендательный) характер, президентским указом им была придана обязательная сила. Но, согласно ст.129 Конституции-1994, «заключения Конституционного Суда являются окончательными, обжалованию и опротестованию не подлежат»! Таким образом, мы ввели новую редакцию Конституции путем нарушения прежней редакции. Кстати, новый состав КС заключением от 15 апреля 1997 года отменил то наше заключение, на что, по-моему, у него не было оснований, хотя в тексте заключения от 15 апреля указано немало «оснований» (абсолютно спорных) для этого и главный вывод поражает: «В связи с тем, что рассмотрение вопроса о конституционности Постановления Верховного Совета Республики Беларусь «О проведении республиканского референдума в Республике Беларусь и мерах по его обеспечению» не входило в компетенцию Конституционного Суда и не основывалось на Конституции и законах Республики Беларусь, то в соответствии со статьей 7 Конституции, статьей 49 Закона «О Конституционном Суде Республики Беларусь» Заключение Конституционного Суда от 4 ноября 1996 года не имеет юридической силы и подлежит отмене, а производство по делу – прекращению». А ведь в принятии этого решения участвовали четверо наших бывших коллег из первого состава КС! Таким образом Конституционный Суд дополнительно «легитимировал» тот референдум! Вспоминаю, что после нашего заключения в отношении референдума мы встречались с профессором из США, крупным специалистом в области конституционного права, и он заявил, что наше заключение войдет в анналы! Но, как видим, при желании можно многое оправдать либо дезавуировать.

Конституция в действующей ныне редакции почти дословно повторила нормы о правах и свободах граждан. В ней есть ст.26, согласно которой никто не может быть признан виновным в преступлении, если его вина не доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Конституция гарантирует свободу мнений, убеждений и их свободное выражение (ст.33). Ст.25 содержит запрет на пытки, жестокое, бесчеловечное либо унижающее достоинство обращение и т.д.

А что мы имеем на практике?

Председатель Центризбиркома при регистрации кандидатов в президенты фактически называет виновным в совершении целого ряда серьезных преступлений одного из кандидатов, в отношении которого даже не было завершено следствие. Сегодня увольняют с должностей выдающихся руководителей медицинских учреждений, высших учебных заведений за высказанное мнение либо «непринятие мер» к тем подчиненным, студентам и др., которые такое мнение высказали!

А меры, принимаемые в отношении задержанных участников мирных протестов! Ставшие достоянием общественности кадры жестоких задержаний, сцен из автозаков просто шокируют. Как это согласуется со ст.25 Конституции? И самое обидное, что это делают не какие-то оккупанты, а наши в основном молодые ребята, выросшие в нашей стране, здесь учившиеся либо служившие, которые содержатся за счет уплачиваемых нами налогов! То есть одни граждане Беларуси так поступают с другими гражданами, большинство из которых имеет гораздо большие заслуги перед страной, нежели те, кто их «прессует»! А как это соотносится со ст.2 Закона «Об органах внутренних дел Республики Беларусь», в которой на первом месте среди задач этих органов названа следующая: «защита жизни, здоровья, чести, достоинства, прав, свобод и законных интересов граждан Республики Беларусь, иностранных граждан и лиц без гражданства (далее, если не указано иное, – граждане) от преступных и иных противоправных посягательств, обеспечение их личной и имущественной безопасности, защита прав и законных интересов организаций от преступных и иных противоправных посягательств в соответствии с компетенцией органов внутренних дел». И только потом указаны и другие задачи, в том числе защита интересов государства, то есть, и здесь права и свободы граждан стоят выше других интересов, и это соответствует части первой ст.2 Конституции, согласно которой «человек является высшей ценностью общества и государства». Так почему мы так поступаем с самым ценным, что есть в нашей стране, – нашими гражданами? Я далек от мысли все обобщать и не могу утверждать, что все наши правоохранители так поступают, нарушая Конституцию и законы. Я знаю, что в органах внутренних дел служит немало честных и порядочных людей, верных долгу и закону. Недавно к нам приходил наш участковый милиционер, и моя жена, бывший прокурор и преподаватель Академии МВД, после беседы с ним заявила, что это настоящий служитель закона. Но тем более обидно, что наряду с такими есть те, кто забывает о правах других людей, слепо выполняет незаконные приказы и использует данную ему власть для подавления тех, кто имеет собственное мнение и пытается его донести до властей предержащих!

Что мы сделали с национальным театром, известным во всем мире?! Направо и налево раздаем «сутки» и штрафы известным ученым, медикам, спортсменам, журналистам, людям, являющимся гордостью нашей страны, увольняем и лишаем содержания известных дипломатов! Недавно смотрел передачу о Белле Ахмадулиной, которая в свое время вступилась за академика Сахарова. Так вот даже в то идеологически сложное время ее ни партия, ни органы госбезопасности не посмели тронуть. А что делается сегодня в нашей стране?

А как расценивать сказанное недавно высоким должностным лицом на коллегии Генпрокуратуры о том, что нам сейчас не до соблюдения законов?! Напомню содержание п.1 ст.4 Закона РБ «О прокуратуре Республики Беларусь»: «Задачами прокуратуры являются обеспечение верховенства права, законности и правопорядка, защита прав и законных интересов граждан и организаций, а также общественных и государственных интересов». Но если не до законов, так что тогда должна делать прокуратура? Либо не до законов одним, а других будем по этим законам преследовать? Но тогда это не правовое государство! Характерно, что из полного зала прокурорских работников никто не возразил по поводу такой сентенции! В связи с этим вспоминаю, как еще в советское время моя жена, помощник прокурора одного из районов Минска, поставила на место (жестко ему возразив!) заведующего отделом административных органов Минского обкома КПБ. Ау, сегодня где вы, настоящие прокуроры?

На Всебелорусском народном собрании лидер одного из старейших бизнес-союзов сказала вполне правильно и объективно о положении бизнеса, о проблемах, в том числе излишнем тотальном контроле, внесла конкретные предложения, а в ответ получила отповедь: будто предприниматели все «редиски», только и думают, как набить карман, эксплуатируют работников, и к ним нужно принимать меры! Вот вам и диалог! Значит, мы за плюрализм, но только если «всё по-моему»? Тогда это по-другому называется!

Что сочиним?

Так есть ли гарантия того, что мы примем новую редакцию Конституции в этих условиях и всё станет хорошо? Думаю, что, пока мы не добьемся того, чтобы все случаи перечисленных нарушений были расследованы, им дана надлежащая оценка, а виновные привлечены к ответственности, того, чтобы все действительно были равны перед законом (ст.22 Конституции), мы не сможем обеспечить верховенство Конституции в любой редакции.

Кстати, когда после референдума 1996 года семь судей из одиннадцати ушли из Конституционного Суда (я ушел первым), пятеро из нас имели, согласно закону, право на пожизненное обеспечение. В законе был указан его размер и оговорено, что порядок выплаты определяет президент. В указе о моей отставке была ссылка и на эту статью закона. Когда я уходил в отставку, заместитель главы Администрации президента А.Абрамович обещал, что одновременно с указом о моей отставке выйдет и указ о пожизненном обеспечении. Затем нам это обещал и Г.Василевич, ставший после референдума председателем Конституционного Суда, но пожизненное обеспечение мы так и не получили, потому что указ так и не был подписан. Знают ли об этом действующие судьи КС и как они принимают послания о состоянии конституционной законности, утверждая, что все у нас отлично в этом плане? Если даже в отношении судей Конституционного Суда закон не был соблюден, то что говорить о правах рядовых граждан?!

С другой стороны, я мало верю, что созданная в настоящее время указом президента Конституционная комиссия сможет подготовить редакцию Конституции, в которой будет учтено мнение народа. Это следует из установок, данных членам этой комиссии, и из интервью некоторых из них. Вот что на днях отметила одна из членов комиссии: «Вопросы, которые сегодня ставились в обращениях, из самых различных сфер жизни: жизни семьи, взаимоотношений личности и государства, правовой защиты человека, вопросы собственности, вопросы трудоустройства, вопросы защиты иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории Республики Беларусь. То есть это такой комплексный взгляд на сегодняшнюю жизнь – какова она должна быть завтра». Господа, это конечно важно, но основные вопросы сегодня – политическая система государства, органы власти, их компетенция, состояние судебной систем, местное самоуправление, права граждан и гарантии их реализации. Так что будет здесь?

Не хотелось бы обсуждать состав этой комиссии, об этом уже успели высказаться специалисты, одно лишь можно отметить: специалистов в области права, тем более конституционного, там раз-два и обчелся. Я, например, пару месяцев назад по электронной почте направил предложения по изменению Конституции в Палату представителей, но мне даже не соизволили ответить! Не хочется хвастаться регалиями, но если заслуженному юристу Республики Беларусь, бывшему заместителю председателя Конституционного Суда, члену рабочей группы по подготовке Конституции-94 (за что и присвоено звание) не удосужились даже ответить, то тем более нет никаких гарантий, что будут учтены предложения Ивана Ивановича Иванова из деревни Задворье. Вообще те, кто сегодня у власти, как-то односторонне понимают права человека и гарантии их реализации, о необходимости соблюдения закона они говорят только тогда, когда его нарушает тот же Иванов, но не представители власти. Тут необходимо иметь в виду, что порой создают такие законы, что гражданин Иванов не может реально без формального их нарушения реализовать свое конституционное право! Возьмите, к примеру, провозглашенное ст.33 Конституции право на свободу мнений, убеждений и их свободное выражение либо ст.35 о свободе собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования. Мы знаем о том, что многих людей увольняют с работы и преследуют за то, что они поставили подпись либо голосовали «не за того кандидата»! А массовые мероприятия! Закон, посвященный им, настолько ограничил право граждан, что ни о какой реализации этого права не может идти речь. Введен разрешительный порядок этих мероприятий, определены для них места, где выгуливают собак, плюс обставили необходимостью оплаты услуг по охране общественного порядка, расходов, связанных с медицинским обслуживанием, уборкой территории (здесь хотелось бы отметить, что население ведь платит налоги, так почему народ должен оплачивать эти услуги?). Вот и получается, что местный исполком найдет кучу причин, чтобы отказать в проведении мероприятия, а если и даст вдруг разрешение, найдутся другие хитрости: например, кто-то отказался заключить договор на обслуживание. Скажете, принцип свободы договора (хочу – заключаю, хочу – нет), но ведь это отношения не гражданского, а публичного права, и речь идет о реализации безусловных конституционных прав граждан. А ведь, согласно ст.2 Конституции, человек, его права, свободы и гарантии их реализации являются высшей ценностью и целью общества и государства! Господа, так как людям выразить свое мнение законным путем, если вы создали такие условия?!

Вот и не дали разрешения на празднование 25 марта Дня Воли, а почему?

Правда, не так давно прошли пикетирования некоторых посольств в Минске сторонниками действующей власти, и, как ни странно, никого не задержали и вроде бы им дали разрешения! Так что, будем делить граждан на «своих и чужих»! И к чему это приведет? Мы знаем, что счет задержанных и привлеченных за участие в мирных «несанкционированных мероприятиях» сегодня идет на десятки тысяч и даже возбуждены сотни уголовных дел по этому поводу. А вот в отношении чрезмерного применения силы и издевательств над участниками что-то дел не видно!

Общий посыл сегодняшних властей в данном случае таков: не нужно никаких радикальных изменений, в общем-то всё неплохо и без этого. Один из членов комиссии, который уже написал две Конституции (я считаю, что Конституция в редакции 1994 года и в редакции 1996 года – это в сущности две разные Конституции) публично хвалил в свое время Конституцию-1994, а затем, спустя два года, резко поменял свое мнение и участвовал в написании Конституции-1996. Я делаю только один вывод из этого: данный товарищ, фамилию которого вы, уважаемые читатели, знаете, и многие рядом с ним «колеблются вместе с генеральной линией». Наиболее радикальная вещь, которую озвучил недавно председатель комиссии, заключается в придании некоего статуса высшего органа Всебелорусскому народному собранию. Как человек, немного разбирающийся в конституционных проблемах, хочу задать вопрос: нам что, мало президента, двух палат парламента, правительства, нужен еще какой-то квазиорган? Помимо всего прочего, его ведь и содержать придется за счет народа!

В 1994 году многие утверждали, что Конституция пишется под В.Кебича, хотя лично я, хоть и работал тогда в аппарате Совмина, не получал от В.Кебича никаких установок по этому вопросу. А под кого теперь пишем?

Не могу обойти и еще одно утверждение штатных пропагандистов: мол, события в Беларуси после августа 2020 года подогреваются и направляются внешними (зарубежными) кукловодами. Господа, вы сами в это верите? Эти события как раз показали, что не было номинальных организаторов протестов, люди выходят на улицу по велению сердца. Они увидели несправедливость по отношению к выраженной ими воле, обман и фальсификацию и решили отстоять свои права, причем, заметьте, мирным способом. Я также почувствовал себя обманутым, потому что 30 тысяч подписей за В.Бабарико по Фрунзенскому району, в сборе которых участвовала и моя семья, выбросили в мусорку. А затем мы видели «работу» многих избирательных комиссий, досрочное голосование, отказы в допуске наблюдателей, неозвучивание итогов и в довершение цифру «победителя», явно не соответствующую фактическим данным.

Недавно случайно включил телевизор. Один штатный пропагандист весьма пренебрежительно отзывался о людях из оппозиции: мол, эти Тихановские, Статкевичы, Северинцы и прочие проиграли… И сказано это было с таким презрением, с такой злостью! Подумайте, господа, а не попадают ли такие вещи под понятие экстремизма (разжигание социальной розни)? Я против навешивания ярлыков на сторонников той либо иной идеи, но откуда растут ноги? Как только мы не обзываем не согласных с «генеральной линией»: протестуны, предатели и т.д.! В связи с этим хотелось бы привести слова из Библии, самой читаемой книги: «всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит» (Евангелие от Матфея – 11, 25). Мы этого хотим? На телевидении (а оно у нас одно – государственное) постоянно идет ролик, где представители разных конфессий призывают к миру и согласию, Божьей любви. Так это касается всех или относится только к тем, кто пытается защищать свои права, кстати, Богом данные? Считаю, что этим служителям стоило бы как раз цитировать и особо подчеркнуть указанную цитату из Евангелия от Матфея. Мы все – один народ, нам нужно уметь слушать друг друга и делать выводы, принимать и понимать мнение других, а не отвергать его с ходу, и более того – не преследовать за «инакомыслие» тех, кто с нами не согласен!

Мне хочется поспорить также с теми, кто во всем винит Центризбирком (мол, вся фальсификация – его «заслуга»). Думаю, это не совсем так, потому что всё начинается снизу, с участковых комиссий, большинство в которых составляют, как правило, люди, которым доверено обучение наших детей. Кто-то из них действует сознательно, исходя из своих идеологических установок, другие плывут по течению, третьи просто закрывают глаза на нарушения, а в итоге мы, честные люди, оказались обманутыми.

Особое положение занимают здесь местные власти. Так, например, были обнародованы записанные на диктофон «наставления» руководителям участковых комиссий, которые давались на совещаниях в райисполкомах. Главное требование – обеспечить такое-то количество голосов, поданных за одного из кандидатов. Есть, конечно, граждане, которые отказались выполнять такие «установки», но их, к сожалению, не так много. Когда иногда разговариваешь с людьми, которые вынуждены мириться и приспосабливаться, они в оправдание выдвигают аргументы: карьера, семья, квартира, кредит, детский сад и т.д. Но ведь совесть, по-моему, дороже. Мы знаем немало примеров, когда люди уходят зачастую в никуда только потому, что совесть и честь им дороже денег, имущества, карьеры. Я сам в декабре 1996 года после референдума по Конституции также ушел из Конституционного Суда, хотя мог бы остаться, как выражается кое-кто, «при кормушке». Просто я и ушедшие со мной еще шесть судей КС посчитали невозможным оставаться на страже конституционной законности в условиях, когда изменения в Конституцию были внесены таким образом! Целый год мы с тремя детьми жили на одну зарплату жены, но выжили, зато совесть чиста. Мой покойный брат, будучи директором школы и председателем участковой избирательной комиссии, однажды столкнулся с тем, что на вопрос, как доставлять в район материалы по голосованию, ему ответили, что у них уже всё подсчитано и он может свои протоколы и бюллетени выбросить. После этого он принципиально отказался в дальнейшем от участия в таких «выборах». Один из моих друзей, занимавший в свое время немало постов, в том числе министерских, также ушел «в никуда», не согласившись с отношением к нему и «генеральной линией».

Хочется также обратиться к прокурорам, другим правоохранителям, судьям. Из информации о ваших многих процессах следует, что вы часто не задумываясь выносите постановления о привлечении к ответственности без наличия достаточных доказательств, при путанице в показаниях «свидетелей» и даже тогда, когда все обстоятельства доказывают, что человек не принимал участия в каком-то мероприятии либо случайно проходил мимо и был безосновательно задержан и т.д. Мы умудряемся увидеть пикет на балконе, объявить нарушением (запрещенной символикой) бело-красные брюки, привлекаем к ответственности за чтение книг на беларускай мове. Вспоминаю одно административное дело, по которому решение было принято пару лет назад в отношении многодетной матери, моей знакомой. В протоколе было написано каким-то лейтенантом: «стояла и громко обсуждала политические проблемы». Правда, в чем это заключалось, пояснить он не смог, но штраф все же судьей был присужден. На днях сообщили, что судили мужчину за бело-красно-белую табличку с номером его дома! Давайте издадим указ о том, что мы можем везде использовать только черный и зеленый цвета! Женщины, красавицы наши, вы поддержите?

А привлечение к ответственности врача «за разглашение врачебной тайны»? Во первых, он подтвердил, что в крови погибшего алкоголь не обнаружен. Так в чем здесь врачебная тайна? Но самое главное – эти дела и ряд других, согласно ст.33 Уголовного кодекса, «влекут уголовную ответственность лишь при наличии выраженного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке требования лица, пострадавшего от преступления, любого из его совершеннолетних близких родственников или членов семьи в случаях, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, или его законного представителя либо представителя юридического лица привлечь виновного к уголовной ответственности». Насколько известно, гражданин погиб, и поэтому, естественно, не обращался, с таким заявлением, члены его семьи также не обращались с этим. Так у нас закон работает или нет?

Ответим по полной?

Новая редакция КоАП. С одной стороны, можно отметить ряд достоинств, о чем я писал недавно в «Экономической газете». Но давайте оценим нормы, касающиеся как раз общественного порядка, особенно ставшую знаменитой ст.24.23 «Нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий». Она уже стала нарицательной. Под эту статью легко можно подвести многих. А санкции! Непомерные штрафы, увеличенный до 30 суток административный арест. Хотелось бы задать вопрос авторам: вы уверены, что такие наказания соответствуют принципам, изложенным в начале Кодекса, – справедливости, гуманизма, равенства перед законом?

Вот сегодня объявили, что ГАИ начинает лишать водительских прав за необоснованную подачу звукового сигнала. Тут, как говорится, уши торчат: лишают тех, кто поддержал таким образом протестующих. А если разобраться, ведь в таких делах на первом месте безопасность движения. Можно понять: нетрезвый за рулем, нарушение правил обгона, наезд, создание аварийной обстановки и др. А вот в чем общественная опасность сигнала и как с ней соотносится такая жесткая (жестокая) мера наказания? Боюсь ошибиться, но, как мне рассказали, лица, участвующие на днях в автопробеге в поддержку действующей власти, сигналили, размахивали флагами и т.д. А их привлекут к ответственности?

Вот вам взаимосвязь: человеку не дают возможность реализовать свое
право законным образом, он идет на «нарушение», а его прессуют по полной! Это напоминает сказку, когда король приказал явиться к нему не голой и не одетой, правда? И чем-то напоминает историю с нашей церковью «Новая жизнь». Купили полуразрушенное здание бывшего коровника, чтобы переделать в культовое сооружение; разрешение на это сначала дали, потом забрали. Но работа была проведена, начали проводить богослужения. А Мингорисполком изымает землю и здание «в связи с использованием не по целевому назначению», то есть нужно было в черте Минска разводить коров? Мы говорим: так дайте разрешение! Нет, лучше заберем! Сегодня прокуратурой анонсированы изменения в Закон об экстремистской деятельности. В соответствии с ними под понятие «экстремизм» могут попасть при желании многие действия, хотя и так, согласно определению, содержащемуся в ст.1 действующей редакции, перечислены аж 14 признаков экстремизма. При этом отдельные признаки оставляют огромное поле для «усмотрения», например, организация и осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни, политической или идеологической вражды. Сегодня пытаемся привлечь к уголовной ответственности членов избирательных штабов кандидатов в президенты, членов Координационного совета и др. Но ведь эти люди ставили своей целью мирный переход власти с помощью вполне легальных способов. Так в чем их вина? В том, что они пытались реализовать свои и наши конституционные права? Вот было объявлено голосование за переговоры с властями. Если не ошибаюсь, около 500 тысяч человек проголосовали чуть ли не в первый день, а всего более 700 тысяч. Но власти блокируют этот ресурс. Почему? Речь идет о мирной инициативе, а кто-то, возможно, в этом также усмотрел экстремизм? Кое-кто постоянно ссылается на мнение народа, так вот оно – мнение! Ах, оно нас не устраивает! Так давайте не будем на него ссылаться! В связи с этим приходит на ум конституция африканского племени из двух пунктов: 1. Вождь всегда прав. 2.Если вождь не прав, смотри пункт 1. Мы так хотим жить?! Если мы будем так продолжать, мы рискуем потерять цвет нации, то, что составляет нашу гордость! И правильно сказано: нельзя силой заставить любить кого-то! Давайте задумаемся, соотечественники: куда мы идем? Мне известны сотни случаев, когда наши граждане, а это в основном интеллектуальная элита нации, уезжают из страны в связи со сложившейся ситуацией. С чем мы останемся? Не могу обойти вниманием и заявления представителей России и Китая в связи с принятой недавно резолюцией в ООН по Беларуси. Эти господа, как я понимаю, грамотные дипломаты, заявили, что мол, это внутреннее дело страны и никто не вправе вмешиваться. Видимо, плохо этих ребят учили. Ведь речь идет об основных правах граждан, а они международным сообществом во многих документах ООН признаны имеющими международное значение и подлежащими контролю со стороны этого сообщества. Читайте, господа, Всеобщую декларацию прав человека, международные пакты об этих правах, другие решения ООН и ее органов. Да ведь и не зря создан Совет ООН по правам человека, Международный трибунал и др. И последнее: как верующий человек я считаю, что в конце концов нам всем придется отвечать за свои дела и поступки, если не перед людьми, то перед Господом обязательно. Помните, как у Лермонтова, откликнувшегося на смерть Пушкина:

Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный судия: он ждет;
Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед.

P.S. В свое время, когда я остался без работы и без денег, мне предлагали переехать в одну из соседних стран и обещали помощь в обеспечении. Но я люблю свою страну, свой народ и поэтому отказался. И этот материал продиктован моим сердцем. Я хочу, чтобы наша страна и наш народ жили под Божьим крылом, в любви и доброте, чтобы мы не волновались за будущее наших детей и могли с гордостью всегда говорить: «Я – белорус!» Я хочу, чтобы мы при исполнении гимна нашей страны вели себя как, например, граждане США, и слушали этот гимн со слезами радости и гордости за Родину. Мы можем!

Публикация – из № 27 газеты “Народная Воля”. Полный выпуск газеты можно скачать по ссылке.

Поделиться ссылкой: