Экскурсия в Новогрудке, посвященная Праведникам мира.

Конечно, надо мной можно смеяться, но я побаивалась идти в РОВД Новогрудка. Кого сейчас оберегает журналистское удостоверение? И вообще, за последние полгода у многих моих соотечественников, думаю, сложилось стойкое убеждение: люди в форме – это опасность. В Минске, например, я живу напротив милиции Советского района, так практически всю зиму по воскресеньям наблюдала, как вокруг здания РУВД ходил патруль с автоматами наперевес. Это нормально? Я на базар – они с автоматами навстречу. Я из химчистки – опять двое в черном с оружием на дороге стоят, прямо не разминуться. Я не выдержала и однажды спросила: «У нас что, уже военное положение?» «Пока нет», – промычали мне в ответ. Ну так какого лешего вы мне автоматы свои показываете?

Так что честно говорю: собиралась в Новогрудок (на этом настоял главный редактор) и на всякий случай взяла сменное белье. Вернусь ли к вечеру?.. Теперь ведь и за неугодный вопрос к представителю силовых структур можно загреметь в изолятор. Вот на Жанну Бобровскую в Новогрудском РОВД составили протокол вообще только за то, что она побывала на воскресной исторической экскурсии. Ее личная история опубликована в №17 «Народной Воли» за 5 марта. А теперь в Новогрудок я поехала, чтобы встретиться и поговорить с теми официальными лицами, кто так «украсил» Бобровской, коренной новогрудчанке, жизнь, а именно с майором Дмитрием Сергеевичем Гринем и судьей Екатериной Федоровной Тарас.

Вышла из маршрутного такси в яркий полдень, огляделась на площади Ленина и поняла, что не совсем точно знаю, в какой стороне суд, в какой – милиция. Конечно, в древней столице Великого Княжества Литовского бывала не раз, но больше ходила по музеям и знакомилась с архитектурным наследием. Обратилась за помощью в навигации к прохожему. С первых же слов он признался, что тоже из «сидельцев». «Пятнадцать суток!» – почти торжественно произнес молодой человек и помахал рукой в направлении суда. Жаль, я не узнала его фамилию, но согласитесь: если первый встречный в городе – и тот побывал в изоляторе, то поневоле растеряешься, онемеешь.

В общем, пришла в суд, РОВД оставила себе «на закуску». В маленьком фойе было пусто, солнечно, тихо и чисто. Дежурный милиционер записал мои паспортные данные и сразу же позвонил судье Е.Ф.Тарас. Буквально через минуту от нее пришла секретарь (подумалось: хм, как всё оперативно, толково). Впрочем, на этом мое журналистское везение и закончилось, мне тут же сообщили, что прием граждан судьями Новогрудского района не проводится и что Екатерину Федоровну я не увижу ни под каким предлогом. Разве только в зале суда. Но зато могу встретиться со специалистом по связям с общественностью Ксенией Иосифовной Фурсой. Конечно, я не отказалась и от такого общения.

Первое, что услышала в кабинете уважаемого специалиста, что времени у нее на меня очень мало. И повторяла это Ксения Иосифовна с едва ли не через минуту много раз – наверное, чтобы я не возомнила о себе лишнего. Я согласилась, что работа у нее непростая. На что Ксения Иосифовна ответила прямо-таки афоризмом: «Любая работа трудная, если ее делать… трудно». Мне понравилось. Конечно, трудно наказывать людей сутками, когда нет серьезной доказательной базы, – я, конечно, о Жанне Бобровской. Человека, переболевшего пневмонией, ковидом, запереть в изолятор на десять суток за участие в экскурсии, которая показалась (именно что показалась, потому что фактов нет!) милиции неправомерной?!

– Никаких комментариев и пояснений, кроме изложенных в постановлении по административному делу, судьями для СМИ не дается. Если гражданин не согласен с решением суда, у него есть процессуальное право на обжалование в вышестоящие инстанции. И, насколько я знаю, этим правом воспользовались… – сказала, как отрезала, К.И.Фурса.

Действительно, Жанна Бобровская обращалась уже в областной суд, подавала апелляцию. Естественно, безрезультатно. Это ж статья 23.34!

Тем временем Ксения Иосифовна продолжала:

– А прийти журналисту в суд и сказать: «Здравствуйте, я хотела бы поговорить» – у нас таких специалистов, которые будут пояснять представителям СМИ постановления суда, нет. Другое дело, если бы вы захотели поучаствовать в судебном заседании, то обратились бы ко мне заранее, и я могла бы обеспечить ваше присутствие в сэзэ, – Ксения Иосифовна незаметно перешла на привычный профессиональный судейский жаргон. – Если, конечно, оно открытое. Но процесс, которым вы интересуетесь, уже прошел… Так что никаких интервью и комментариев. Ни-че-го.

С этим твердым «ни-че-го» я вышла на крыльцо районного суда. Хотелось глубоко вдохнуть, но рядом стояла большая группа курящих граждан цыганской внешности. Чтобы пройти, пришлось нырнуть в окутывающие их клубы дыма, и тут же услышала в спину: «Не дадите на хлебушек?..»

Странно, а почему не предложили сначала погадать? Вот пусть бы угадали мое заветное желание, тогда можно и на хлебушек…

В фойе Новогрудского РОВД было тоже тихо и чисто – это прямо наша национальная черта. У стены сидели милиционеры, которые оживленно что-то обсуждали. Но без нервов, по-деловому. На меня, посетителя, ноль эмоций. Поэтому я как-то внутренне успокоилась и громко представилась дежурному: «Журналист «Народной Воли» такая-то». Никакого эффекта, агрессии, косых взглядов. Кстати, Новогрудок, как мне рассказывали, летом и осенью не отличился, как наша столица, грубым насилием. Да, задерживали, судили, но все-таки не били, не унижали, как в Минске. Местные служивые люди, слава Богу, не переступили эту черту… Через несколько минут дежурный передал мне телефонную трубку, и я стала разговаривать с майором Дмитрием Сергеевичем Гринем, который составлял протокол на Ж.Г.Бобровскую за воскресную экскурсию. Мне хотелось с ним встретиться, чтобы спросить неформально: а душа у него не болит? Да, служебные обязанности, приказы, но есть же еще человечность, сострадание, сочувствие. Почему из всей экскурсии, оформленной по всем правилам, выхватили Жанну Бобровскую – и под протокол? Чтобы остальных напугать? Да, Бобровская – человек со своей гражданской позицией, но это же не преступление. Неужели приятно бессмысленно наказывать людей? Неужели именно это называется профессионализмом и ответственностью?

Дмитрий Сергеевич принять меня не смог, так как уходил на селекторное совещание. Уважительная причина. «А когда сможете?» «А я вам перезвоню, – вдруг пообещал майор. – Но, конечно, не сегодня. И, конечно, еще с начальством посоветуюсь».

Так что, можно сказать, я вернулась в Минск обнадеженная. Но сколько ждать? Не хотелось бы затягивать процесс общения. Причем с начальством, с официальными лицами на всех уровнях. Ведь народное недовольство, общественное противостояние продолжается, хотя конфликт грубой силой и загнан сейчас под ковер. Но сам собой он не рассосется! Надо говорить и договариваться. Надо слушать, обсуждать и дискутировать, а не плетью «сейчас не до законов» махать. Сегодняшняя тишина, знаете ли, обманчива… Очень обманчива.

Публикация – из № 19 газеты “Народная Воля”. Полный выпуск газеты можно скачать по ссылке.

Поделиться ссылкой: