Андрей Мовчан. Фото http://belmarket.by

В нынешнем виде белорусская экономика лишается самостоятельности и становится заложником внешних экономических процессов, превращаясь в страну — клиента России.

Российский экономист, инвестиционный менеджер, основатель Movchan’s Group Андрей МОВЧАН поделился с газетой «Белорусы и рынок» прогнозами развития мировой экономики в 2021 году и оценил ситуацию в Беларуси и ее перспективы.

— Главным фактором, оказавшим мощное негативное влияние на экономики стран мира, в 2020 году стал коронавирус. Пандемия продолжится и в 2021-м. Насколько сильным можно предположить ее влияние?

— Мощным. Но насколько мощным, сказать пока трудно. Сейчас мы видим, как на действия правительств и фармкомпаний по разработке и внедрению вакцин вирус «отвечает» новыми штаммами — более заразными и опасными. А новые локдауны
серьезнее, чем в 2020-м. Эта война идет с переменным успехом, и о наступлении перелома пока говорить рано.

— В США и ЕС развернулась вакцинация. Она сможет остановить пандемию или лишь уменьшит размах, и мир так и не вернется к прежней жизни?

— По мере разворачивания вакцинации по миру мы видим проблемы с вакцинами. Препараты компаний Pfizer/BioNTech, Moderna, Astra Zeneca имеют ряд недостатков: плохая организация испытаний, побочные эффекты и т. д. С российским «Спутником V» вообще ничего непонятно: данные закрыты и не опубликованы. Кроме того, неизвестны долгосрочные последствия вакцинирования, прививочная кампания организована плохо и идет медленно. В итоге правительства на ходу принимают решения об увеличении сроков между первой и второй прививками. Поэтому говорить о том, что на горизонте виден конец пандемии COVID-19, нельзя.

— О каких других факторах стоит говорить?

— Их много, и какой «выстрелит», предсказать невозможно: трудно сказать, как изменится ситуация в противостоянии Китая и США. Есть еще Brexit, углубляются проблемы в экономиках стран Латинской Америки и Турции, тлеют конфликты на Ближнем Востоке. Не стоит забывать и о раздувшихся пузырях госдолга в странах Евросоюза, а в Китае — частного долга.

Из других возможных событий стоит упомянуть гипотетические проблемы со здоровьем у престарелого Джо Байдена, которому идет 79-й год. Если его полномочия даже на время перейдут к первой в истории США женщине-президенту, с большой вероятностью тут же обрушатся мировые фондовые рынки. Пусть и в краткосрочной перспективе.

— Одни эксперты предрекают в 2021 году медленный рост мирового ВВП, другие — что оживление экономики будет мощным. Сможет ли она восстановиться и показать рост в сравнении с 2019-м?

— Роста не будет. Для этого нет никаких ресурсов. Насколько сильно вырастет мировой ВВП, станет понятно, когда прояснится ситуация с пандемией. Но уже сейчас очевидно, что в Великобритании и Израиле с января по март экономика продолжит падать. В России, хотя локдауна не было, в IV квартале 2020-го экономика сжалась. В США от штата к штату ситуация сильно разнится, но I квартал будет плохим, как и для мира в целом. Что касается остальных трех, то перспективы туманны. С одной стороны, Китай показал, что, когда пандемия побеждена, восстановление может проходить довольно быстро — в течение двух-трех кварталов. Но, предполагаю, мировой ВВП сравняется с концом 2019 года лишь к концу 2022-го.

— Белорусская экономика во многом зависит от российской. Каковы перспективы у нашего восточного соседа?

— Экономика РФ пострадала от пандемии меньше, потому что малый и средний бизнес, сектор услуг составляет малую долю, а крупный бизнес практически не понес больших потерь, разве что сырье падало в цене. Но поскольку сейчас денег в мире много, то сырье в цене растет — та же нефть в конце 2020 года стоила 51—52 доллара за баррель, а в первой декаде января поднялась до 56 долларов. Это почти докоронакризисный уровень, притом что авиация в мире практически не работает. Учитывая это, можно ожидать, что рост продолжится, российская экономика по итогам 2020 года потеряет 5 %, а в наступившем, учитывая восстановительный рост, добавит 2—3 % и в дальнейшем продолжит расти по 1 % в год. То есть катастрофического обвала не произойдет.

К тому же финансовое обращение в России устроено так, что на фоне падения ВВП и доходов граждан резервы правительства растут. А белорусские власти интересуют в основном резервы правительства: из них им дают кредиты.

— Доля РФ в нашем экспорте — более 45 %, и в 2020 году она увеличилась. Будет ли в России свернута политика импортозамещения, которая больно бьет по белорусским товарам, прежде всего по продукции машиностроения и сельского хозяйства?

— Россия не прикрывает возможности для доступа на рынок белорусским товарам, а переходит к естественной политике недискриминации собственных. Если РФ производит товары надлежащего качества, то, конечно же, она заинтересована, чтобы они продавались на внутреннем рынке. Почему Беларусь должна стать исключением? Эта тенденция продолжится, но все будет сильно зависеть от политической ситуации вокруг Беларуси.

Понятно, что Кремлю было бы интересно присоединить Беларусь к РФ. И для этого, и в обмен на это может быть сделано многое. Но, учитывая украинский опыт, России совершенно неинтересно присоединять вашу страну вопреки желанию белорусов. Здесь нужно демонстрировать успех, а не агрессию.

Поэтому, если кому-то удастся убедить белорусов в том, что объеди­нение в одно государство им выгодно, то на какой-то переходный период в ожидании такого объединения (которое может и не случиться) будет введен режим наибольшего благоприятствования. Если сегодняшняя ситуация сохранится (когда нет уверенности в том, что Лукашенко может контролировать страну, что интеграция идет вперед, когда нет доверия белорусскому лидеру), режима благоприятствования не будет.

— Каким вам видится будущее Беларуси, если в ближайшее время в стране не будет перемен?

— Административная конструкция, выстроенная Лукашенко, конечно же, препятствует экономическому развитию Беларуси. Это предельно ясно сейчас, как и пять, и десять лет назад. Отдельные попытки развития каких-то ниш, того же IТ-сектора, предпринимались, но сейчас все начинания уничтожены. Когда безопасность (как бизнеса, так и личности) становится главным вопросом, понятно, что все будет сжиматься.

В экономическом плане Беларусь сейчас страна — клиент России, самостоятельно не существующая. Ее будущее зависит от того, как будет себя вести патрон: может хорошо накормить, а может и посадить на голодный паек.

Без коренной смены системы никаких рычагов для движения вперед у Беларуси нет. И речь не о персоналиях — мне все равно, кто руководит страной. С другой стороны, люди с мышлением офицеров КГБ 70-х годов не могут управлять страной, которая хочет развиваться. Ваши перспективы, на мой взгляд, очень туманны и завязаны на серьезных изменениях в менталитете тех, кто страной управляет. На короткой же дистанции Беларусь, как страна — клиент России, будет чувствовать себя более-менее стабильно.

— В чем главные угрозы «омонизации» экономики для нашей страны?

— Экономику строят люди, рассчитывающие на прибыль. Расчет строится на анализе рисков. «Омонизация» — их резкий рост. Чем выше риски, тем больше требуемая прибыль. Беларусь ни по географическому положению, ни по внутреннему рынку, ни по особенностям геологии или климата нельзя отнести к странам, где можно делать большие деньги. Соответственно, в этой ситуации негосударственный бизнес будет резко сжиматься, а государственный не может быть ни эффективным, ни доходным, потому что там мотивация не та.

— Можно ли говорить о реформах, пока у власти Лукашенко?

— Практика показывает: когда в стране есть политический конфликт, реформы сворачиваются. Диктаторы-реформаторы появляются там, где у них абсолютная поддержка, они чувствуют себя комфортно и спокойно. Тот же Ден Сяопин потому и решился на реформы. Так что, пока у вас политический кризис, никаких реформ не будет.

— Основа процветания современного государства — деятельность свободного во всех смыслах человека. Только конкурентные экономики (не берем сырьевые) смогут выжить в 20-х годах ХХI века. Есть ли шанс у белорусской? В чем он?

— Есть конкретная «элита», контролирующая страну и ведущая себя конкретным образом. В рамках правления этой «элиты» у вашей страны никаких шансов нет — она будет все больше становиться клиентом России.

Беларусь маленькая, и держать ее в качестве клиента Россия может долго. Но рано или поздно она предъявит счета, и единственным возможным способом их оплаты станет растворение Беларуси в квазиимперии.

Альтернатива — Евросоюз, и других вариантов нет. Отдельная белорусская экономика совершенно неконкурентна, и взять эту конкурентоспособность неоткуда. Но и интегрироваться в ЕС крайне трудно. У кого-то это получается удачно (Польша, Хорватия, Словения, Эстония), у кого-то — нет (Болгария, Румыния). И нужно будет аккуратно следить, чтобы эта интеграция не вымыла все ресурсы из Беларуси, не сделала ее далекой деревней, провинцией в большом государстве ЕС. Надо будет искать свои ниши. У вас была одна — IТ-сектор, но ее убили своими руками.

— Разве интеграция с Россией не вымоет? Уже сейчас десятки тысяч белорусов не ездят на временную работу в Москву, Питер и другие города, а перебрались туда «с концами». Что же касается интеграции с ЕС, то в качестве неудачных примеров вы назвали страны, которые долго и трудно шли по пути демократии. Белорусы же в 2020 году четко показали, что они хотят жить в новой, современной стране.

— Согласился бы с вами в плане четкой корреляции политики и экономики, если бы не пример Литвы и Латвии. Там нет коммунистических «якорей», но, в отличие от Эстонии, они не являются удачными примерами. Но это не неразрешимая преграда: можно изучать опыт других государств и анализировать, у кого получилось и почему, и брать лучшее.

— Есть ли у Беларуси шанс стать похожей на Чехию, Эстонию, Словакию, наконец?

— Наличие демократических институтов — большой плюс. Но если все они неожиданно появятся, то возникнет вопрос: что у Беларуси есть, как у государства? Ни полезных ископаемых, ни готовых транзитных коридоров, ни специфических технологических возможностей, ни серьезных человеческих ресурсов у нее нет. Даже из Израиля люди уезжают в Европу и Штаты. Когда мы получаем развитую экономику, защиту прав человека и инвесторов, битва за развитую страну только начинается.

Поделиться ссылкой: