Людям с инвалидностью выгоднее перейти “на рис с подсолнечным маслом”

118
Людям с инвалидностью выгоднее перейти
Фото http://www.belmarket.by

В Беларуси 42 % трудоспособных людей с инвалидностью не работают. Газета «Белорусы и рынок» узнала, почему так происходит и как мотивировать частные компании нанимать больше людей с особыми потребностями.

По данным Министерства труда и социальной защиты, в 2020 году численность людей с инвалидностью от 18 лет до общеустановленного пенсионного возраста составляет 202 403 человека. Профессиональные и трудовые рекомендации имеют 118 329, из них работают 68 618 человек, что составляет 58 %, не работают — 49 711 (42 %).

Ряд проблем негативно влияют на занятость этой группы населения: низкий уровень социализации, отсутствие безбарьерной среды, недостаточный уровень образования. Однако многим компаниям эти факторы не мешают нанимать людей с ограниченными возможностями. Например, три года назад в магазинах сети «Соседи» появились «тихие кассы», на которых работают слабослышащие кассиры. «Сейчас у нас 35 сотрудников, а максимально доходило до 43, но люди меняют работу, уходят в декрет», — рассказали нам в отделе подбора персонала.

В ООО «Либретик» трудоустроены 32 человека с инвалидностью, в ОАО «АСБ Беларусбанк» — 230. На портале rabota.by за неделю размещено 173 вакансии (из них 125 — в Минске) с пометкой «для инвалидов и людей с ограниченными физическими возможностями».

Совсем уникальный случай: бизнесмен-колясочник открыл в Минске две кофейни, где работают баристы на колясках. В самих кофейнях создана безбарьерная среда, а для слабовидящих на кружках нанесена информация шрифтом Брайля. Проект успешно развивается, несмотря на пандемию, и даже есть планы масштабировать его в Минске и других регионах. Мы спросили бизнесмена Александра Авдевича, что должно сделать государство, чтобы мотивировать других людей с инвалидностью заниматься предпринимательством: «Если говорить про бизнес, вся фишка — в месте. Дайте им бесплатную аренду или льготные места — и все заработает. Если мне бесплатно дадут в центре города 500 квадратов площади, я официально трудоустрою туда тысячу людей с инвалидностью».

***

Компании и индивидуальные предприниматели нанимают сотрудников с дополнительными потребностями или с инвалидностью. Так что мешает работать 42 % трудоспособных людей с инвалидностью? Об этом мы говорили с Сергеем ДРОЗДОВСКИМ — директором просветительского правозащитного учреждения «Офис по правам людей с инвалидностью».

— Статистика не отражает ряд факторов. В частности, не учитывается распределение трудоустройства по группам инвалидности. Львиную долю рабочих мест занимают люди с третьей группой, а люди с более тяжелыми формами, как правило, не приживаются или отсеиваются еще при отборе. Также статистика не показывает разницу по занятости между городом и селом: я уверен, здесь огромный разрыв. У нас в целом по стране, а особенно в регионах, зарплаты небольшие. Пенсия по инвалидности первой группы — от 255 рублей (а если есть стаж — часто от 340 рублей), а зарплата — 400 рублей. Нормальный человек понимает, что, выйдя на работу, много не заработает, но при этом потеряет санаторий, социальное жилье или еще что-нибудь. Ему легче минимизировать свои расходы, перейти на рис с подсолнечным маслом. Вот и вся жизнь.

Людям с инвалидностью, как правило, предлагают самую низкооплачиваемую, самую малоконкурентную работу. Приведу пример. Какое-то время назад
«Зеленстрой» предоставлял рабочие места людям с интеллектуальными и психическими нарушениями. Для таких людей работа с цветами — идеальный вариант: и трудоустройство, и реабилитация. И предприятие нормально справлялось с такой нагрузкой. Однако как только начали расти зарплаты, людей с ментальными нарушениями вытеснили работники без инвалидности. В общем, рынок вытеснил, а государство не успело с регулированием.

Никто не собирает и не анализирует данные о том, как долго человек продержался на работе и как часто люди с инвалидностью
получают повышение по службе. текучка кадров большая, а уж
восхождение по служебной лестнице — вообще редкие случаи. И дело даже не в знаниях и не в образовании. не у всех инвалидность с детства, часто она приобретается на каком-то этапе жизни. Вот, например, у нас есть умнейший мужчина, он долго работал директором, имеет знания и хороший опыт, но после пары инфарктов ни один работодатель не хочет брать его на должность директора.

У нас трудно запретить нанимателям отказывать в приеме на работу и повышении по службе ввиду инвалидности. Был случай, когда девушка разослала свою анкету и получила приглашение от 70 нанимателей. Но когда она приходила в офис и все видели ее инвалидность, ей везде отказали.

Без решения проблемы защиты от дискриминации никакого продвижения не будет.

Барьер на пути к трудоустройству создает и система получения экспертного заключения в учреждениях здравоохранения. Представьте, человек прошел собеседование, и его приглашают на работу. Но работодателю нужно заключение МРЭК актуального образца, а средний срок получения такого документа — два месяца. Естественно, работодатель столько ждать не будет. Таким образом, часть людей выпадает из трудоустройства на этом этапе.

Плюс существует миф, согласно которому якобы первая и вторая группы инвалидности — тотально нерабочие. И в этот миф верят работодатели, специалисты и сами люди с инвалидностью. У нас был случай, когда мужчина всю жизнь мечтал работать, но не работал, потому что кто-то сказал ему, что у него нерабочая группа. Он даже и не пытался дальше выяснять подробности.

— Как мотивировать компании нанимать больше людей с инвалидностью, особенно первой и второй групп?

— Наниматель нацелен на извлечение прибыли и пользы из каждого сотрудника. Ясно, что инвалидность не тот фактор, который добавляет плюсов человеку. Это всегда в чем-то проблема, которую приходится решать. Поэтому для предпринимателя важна поддержка со стороны государства. Условия, когда помощь оказывается только при трудоустройстве 30 или 50 % сотрудников с инвалидностью от общего числа рабочих, на практике реализовать крайне трудно. Поддержка должна оказываться при приеме на работу каждого такого человека. И тут важно, что при трудоустройстве человека с наиболее тяжелой формой инвалидности наниматель должен получать большую поддержку, более легкой степени инвалидности — меньшую. И за каждым таким нанятым сотрудником следует набор помощи этому бизнесу: чем больше у него таких работников, тем больше помощи. И тогда нанимателю интересен и выгоден каждый такой служащий. Достигая определенного порога, наниматель может выйти, например, на нулевой налог.

Другой инструмент, который применяют в ряде западных стран, — квотирование. Это принуждение и насилие над частным бизнесом, втягивание его в решение проблем,когда государство в своем лице говорит: бизнес, ты тоже должен нанимать людей с инвалидностью, иначе будешь платить штраф. Тогда у организаций появляется четкий материальный интерес искать таких людей, инвестировать в их образование, чтобы они стали качественными сотрудниками для компании. Для нашей страны такой вариант пока дальняя перспектива.

И в любом случае нам не обойтись без социальных предприятий, основная цель которых не извлечение прибыли, а трудоустройство людей с инвалидностью. Ведь есть доля людей с интеллектуальными и психическими нарушениями, которые никогда не будут конкурентоспособны на рынке труда, как бы нам этого ни хотелось. Поэтому необходимо разработать и утвердить особый вид регулирования занятости лиц с инвалидностью — инклюзивные, социальные предприятия, мастерские, защищенный труд, сопровождаемое трудоустройство и т. п.

— Наше общество приходит к пониманию, что, выбирая магазины, продукты и вещи, можно влиять на политику компаний. Многие пользуются приложением «Крама», но ведь в него можно добавить и другие критерии, например социальную ответственность предприятий и организаций в отношении людей с инвалидностью?

— Я тоже наблюдаю за этим явлением и хочу, чтобы тренд сохранился и вылился в четкие репутационные риски для компаний. Тогда они будут заинтересованы в решении таких вопросов, как гендерное равенство, экология, отношение к людям с ограниченными возможностями.

Но в обозримом будущем, думаю, мы не сможем силами общества регулировать взаимоотношения бизнеса и людей с инвалидностью. Нужно, чтобы порыв стал более осознанным и широко принятым. А на это уйдет несколько лет, и то при условии, что будет постоянное прогрессивное развитие в этом направлении. Шведы и американцы сами не так давно пришли к подобному отношению к бизнесу. В 50-х годах начались протесты против отдельных компаний, которые сегодня превратились в социальную ответственность общества.

— Насколько распространено явление, когда люди с инвалидностью создают рабочие места для людей с инвалидностью?

— Примеры есть: инклюзивный бариста, сервис 124, Центр успешного человека. Таким нанимателям проще понять сложности работников и обустроить рабочие места. Но я бы не сказал, что это тенденция. Это свойства конкретных личностей, их мессианство внутри себя. Многие предприниматели с инвалидностью, которые владеют многотысячными бизнесами в сферах от IT до консультационных услуг, не нанимают сотрудников с ограниченными возможностями. Более того, стараются не афишировать себя, потому что в нашем обществе, к сожалению, все еще существуют негативные стереотипы и установки в отношении людей с инвалидностью. Мы даже не знаем точно, сколько компаний в Беларуси нанимает людей с особыми потребностями. Это предмет чести и достоинства компаний, но они скрывают этот факт, чтобы их менее добросовестные конкуренты не воспользовались данным обстоятельством против них.

Поделиться ссылкой:


Мы есть в Telegram!
Подписывайтесь на наш канал «Народная Воля» в Telegram!