Валерий Щукин
Валерий Щукин

Сегодня общественность и близкие попрощаются с легендарным правозащитником и журналистом Валерием Щукиным. Он умер 10 октября.

– Мы дружили 25 лет, и для меня он всегда был Алексеич – так повелось с первого дня знакомства. С ним всегда было легко общаться, потому что судьба дала ему, вдобавок к невероятному мужеству и силе духа, потрясающее чувство юмора. Даже на мои подколки про его принадлежность к коммунистической партии он всегда находил какой-то шутливый ответ. Но иногда серьезнел и объяснял, почему выбрал именно эту партию, – идеалист, верящий в коммунизм. Идеалист, в котором не было ничего ортодоксального, – он менял позицию, если понимал, что твои аргументы имеют под собой почву, он готов был принять, что мир меняется и меняется все вокруг.

«Вот, Алексеич! Капитан второго ранга, депутат, коммунист… в прошлом. Теперь правозащитник… В прошлом коммунист, а в настоящем – правозащитник. Всегда проблема: как объяснить, что такое «настоящий правозащитник». Те, кто хоть раз его арестовывал или сидел с ним в одной камере, хорошо понимают, что значит «настоящий правозащитник»?» – это короткая цитата из моего спектакля «Поколение Jeans», который играю уже на протяжении 15 лет. На самом деле цитата гораздо длиннее, и Алексеич поселился в моем спектакле потому, что не мог не поселиться. Он стал частью жизни, примером принципиальности и образцом мужества.

В почтенном возрасте он освоил законы и правовые акты настолько, что легко мог быть адвокатом. Но Щукин все-таки не был адвокатом – он был правозащитником. Не в привычном для нас смысле – «человек, который может оказать правовую помощь и заострить внимание общества на какой-то проблеме, связанной с правами человека», а правозащитником тотальным, во всех своих проявлениях.

Когда его сажали на Окрестина, а сажали его регулярно, надзиратели понимали – «Алексеич не подарит». Он добьется всего положенного не только ему, а всем сокамерникам. Если нет – рапорты, жалобы, обращения, все возможные методы давления. Наверное, я написал бы на его могиле – «Тотальный правозащитник». А он, увидев это, рассмеялся бы и спросил: «И как это ты не вставил сюда слово «коммунист»?»

Он немного не дожил до свободы. Ему не хватило чуть-чуть. Когда мы с Наташей однажды спросили у него, о чем он мечтает, он сказал: «Хочу быть общественным защитником на суде над Лукашенко. Чтобы он хоть тогда понял, чем мы, новые, получившие власть, отличаемся от таких, как он».

Земля тебе пухом, Алексеич! И светлая память…

Николай ХАЛЕЗИН, драматург и создатель «Свободного театра».

Поделиться: