Павел Песков и Владислав Евстегнеев. Фото: spring96.org

Cуд Молодечненского района вынес приговор по делу местных жителей Павла Пескова и Владислава Евстигнеева — их признали виновными в сопротивлении милиции во время акции 19 июня.

Это было первое серьезное столкновение протестующих с милицией во время президентской кампании. Судья Виктория Полещук назначила Павлу Пескову наказание в виде трех лет и трех месяцев лишения свободы, Владислав Евстигнеев получил три года — его взяли под стражу в зале суда. «Медиазона» рассказывает, в чем обвиняли и как судили молодых людей.

Стычка

19 июня, в последний день пикетов по сбору подписей за выдвижение кандидатов в президенты, во многих городах Беларуси прошли массовые акции солидарности. Не стал исключением и Молодечно.

Примерно в десять часов вечера на пересечении улиц Богдана Хмельницкого и Великий Гостинец микроавтобус с омоновцами подъехал к местным жителям, собравшимся около продуктового магазина. Вышедшие из бусика силовики задержали одного из них — Николая Алейника. Несколько человек подбежали к омоновцам, завязалась короткая потасовка, после которой силовики быстро уехали.

Через пять дней, 24 июня, Николая Алейника осудили на 15 суток по статьям 23.34 и 23.4 КоАП. При этом сам Алейник рассказывал, что просто снимал происходящее на телефон, а омоновцы его задержали, избили, удалили фото и видео с его телефона и под давлением заставили подписать протокол.

В ходе стычки в руках одного из омоновцев оказался пистолет — этот момент попал на фотографию, сделанную журналисткой «Рэгiянальнай газеты» Анастасией Уткиной. Позже МВД объяснило: во время потасовки оружие выскользнуло из кобуры, а омоновец вернул его на место.

На следующий день милиция задержала местных жителей Павла Пескова и Владислава Евстигнеева по непосредственно возникшему подозрению в совершении преступления.

23 июня МВД сообщило, что задержаны двое подозреваемых в сопротивлении милиционерам в Молодечно.

После задержания на трое суток Евстигнееву и Пескову назначили домашний арест. Их также осудили по статье 23.34 КоАП за участие в стихийной акции — Пескову назначили штраф в размере 50 базовых величин, а Евстигнеева арестовали на семь суток.

18 сентября меру пресечения Пескову изменили с домашнего ареста на заключение под стражу — прокурор Сергей Габрукович после допроса в суде всех свидетелей по делу зачитал письмо начальника Молодечненского РОВД Вадима Пригары.

В письме говорилось, что согласно оперативной информации, Песков собирается скрыться за границей. Адвокат ходатайствовал о домашнем аресте и предполагал, что основанием для заключения Пескова под стражу стало посещение им паспортного стола. Судья отклонила ходатайство защиты, и на последующие заседания Пескова приводил уже конвой.

Обвинение

16 сентября над Песковым и Евстигнеевым начался суд по делу о сопротивлении сотрудникам милиции с применением насилия. Обвинение гласит, что Песков и Евстигнеев препятствовали задержанию Николая Алейника — около 22:10 они попытались отстранить омоновца Вячеслава Яковенко и командира отряда Евгения Баранова от Алейника, вследствие чего оба омоновца упали.

При падении Яковенко получил ссадину на левом колене и порвал штанину форменных брюк, а Баранов повредил локтевой сустав и колено. Телесные повреждения омоновцев не повлекли расстройства здоровья и утраты работоспособности.

Потерпевшие — омоновцы Баранов и Яковенко — выступали в суде по видеосвязи. Баранов рассказал, что 19 июня он в составе группы из пяти сотрудников ОМОНа прибыл в Молодечно из Минска «для охраны общественного порядка на время проведения массового мероприятия».

По словам Баранова, в тот день он и его коллеги обеспечивали безопасность сотрудников местной милиции, которые через громкоговоритель предупреждали участников акции об ответственности и просили их разойтись. Баранов утверждает, что собравшиеся скандировали лозунги и кричали: «Позор сотрудникам милиции!». Николай Алейник, по словам омоновца, был «своеобразным заводатором» происходящего.

По словам Баранова, они с Яковенко подошли к Алейнику, представились и продемонстрировали раскрытое удостоверение Баранова, после чего попросили пройти в микроавтобус. Когда Алейник отказался, они заломали ему руки.

Описывая последующую потасовку, Баранов упомянул, что стоял спиной к участникам акции и лицом к микроавтобусу. Омоновец почувствовал, как его тянут вниз за левую руку, и упал, уперевшись в землю руками и одним коленом.

После этого, говорил Баранов, на него упало еще несколько человек. Он перекинул через себя какого-то мужчину, это оказался обвиняемый Евстигнеев. Тогда Баранов поднялся и уехал вместе с другими силовиками на микроавтобусе.

Омоновец Яковенко подтвердил показания коллеги. На суде Яковенко рассказал, что не видел, кто схватил его за плечо, но когда развернулся, заметил, что его потянул «мужчина в возрасте в светлой рубашке». После этого Яковенко упал на колено, почувствовал, как его тянут «за обмундирование, за шею», и снова упал. В суде омоновец не стал утверждать, что его схватил именно Песков.

Один из свидетелей-омоновцев, Никита Шейко, на заседаниях несколько раз повторял, что не доставал пистолет из кобуры, а «только поправлял» его. Еще двое свидетелей из ОМОНа сказали, что не видели этого момента.

Адвокат Пескова Игорь Костюк обратил внимание, что ранее сотрудники ОМОНа рассказывали следователю Молодечненского РОСК по фамилии Ковалевич, что Шейко все же доставал пистолет. Кроме того, в суде омоновцы сказали, что Алейника везли в РОВД на пассажирском сиденье за спиной у водителя, а в их показаниях следователю говорится, что задержанный лежал на полу машины.

Защита

По словам обвиняемого Владислава Евстигнеева, 19 июня он вышел из дома, где живет вместе со страдающей шизофренией матерью, чтобы посмотреть на происходившее за окном — он услышал шум с улицы.

Дом Евстигнеева действительно находится недалеко от перекрестка, на котором позже произошла потасовка. На самом перекрестке неподалеку от продуктового магазина Евстигнеев увидел 30-40 человек, которые хлопали в ладони.

Проезжающие мимо автомобили сигналили. Там же в сопровождении двух омоновцев ходил милиционер с громкоговорителем и повторял, что «массовое мероприятие незаконно».

Евстигнеев подошел к собравшимся, сделал несколько фотоснимков и включил видеозапись, чтобы потом показать своему сводному брату и друзьям, что происходит в городе.

После этого часть людей пошла с перекрестка в сторону ближайшего парка, и Евстигнеев последовал за ними по противоположной стороне улицы, чтобы снять видео. Затем он вернулся к перекрестку.

Примерно в то же время Евстигнеев увидел Алейника. Вдвоем они прошлись до остановки, за это время Алейник не выкрикивал и не скандировал лозунгов. Позже Евстигнеев отошел к магазину.

Обвиняемый говорил, что не видел момент задержания Алейника, потому что был занят перепиской и смотрел в экран телефона. Евстигнеев услышал женский крик, на который отреагировал особенно остро из-за истории домашнего насилия в собственной семье — по утверждению Евстигнеева, его отец часто избивал мать.

На заседании Евстигнеев рассказал, что подбежал к Баранову и подхватил его под левую руку, пытаясь одновременно придержать правую. Из-за движения толпы Евстигнеев подвернул ногу и упал вместе с омоновцем, которого тянул на себя.

После этого обвиняемого оттащил другой сотрудник ОМОНа, а Баранов встал и приказал Евстигнееву: «Лежать!». Тогда молодечненец прикрыл голову от возможных ударов и отошел от микроавтобуса. Вскоре сотрудники уехали.

По словам Евстигнеева, его действия были мотивированы желанием помочь — он предполагал, что неизвестной женщине причиняют боль.

Павел Песков, в свою очередь, рассказал, что 19 июня направлялся к магазину «Рублевский», поскольку слышал, что там проходит пикет по сбору подписей. По пути, на перекрестке улиц Богдана Хмельницкого и Великий Гостинец, он также видел омоновцев и милиционера с громкоговорителем. По словам Пескова, у собравшихся на перекрестке не было символики и транспарантов.

На заседании Песков утверждал, что не видел, как приехал микроавтобус с омоновцами и как сотрудники задерживали Алейника, поскольку смотрел в другую сторону.

Когда Песков услышал потасовку, он обернулся и увидел, как сотрудник ОМОНа «надавливает на человека» в красно-белой кофте, который лежит на животе. При этом Песков на заседании признался, что не может утверждать наверняка, что омоновец придавливал человека коленом.

Обвиняемый рассказал, что взял омоновца за форму в районе груди и потянул в сторону, потому что хотел прекратить конфликт. На вопрос адвоката, хотел ли он причинить сотруднику вред, Песков ответил отрицательно — он хотел отодвинуть его, в том числе и потому, что за происходящим наблюдали дети.

На вопрос прокурора, был ли он пьян, Песков ответил, что не употреблял спиртное.

На суде Евстигнеев признал вину полностью, Песков — частично, поскольку посчитал, что своими действиями не мог причинить омоновцу травмы и повредить его одежду — он предположил, что тот получил травмы еще до вмешательства Пескова.

Материалы дела и заключение эксперта

Песков и Евстигнеев опознали себя на представленных в суде видео и изображениях, снятых во время стычки с ОМОНом. Адвокат Пескова Игорь Костюк обратил внимание, что в рапортах сотрудников ОМОНа указаны телесные повреждения силовиков, но при этом в материалах дела нет фотографий, которые их зафиксировали бы — в то же время в материалах есть фотография форменных штанов пострадавшего.

Судмедэксперт Михаил Скобей, приглашенный по ходатайству прокурора, ответил, что фотофиксация повреждений не проводилась, потому что это не предусмотрено внутренними распоряжениями.

Защитник Пескова также отметил, что скорость, с которой омоновцы задержали Алейника, говорит против версии потерпевших силовиков о представлении и демонстрации удостоверения Алейнику перед его задержанием.

Также, судя по представленным видео, собравшиеся не использовали символики и не выкрикивали лозунги, отметил адвокат Костюк, а происходящее не укладывается в законодательное определение митинга — потому предупреждения милиционера с громкоговорителем были необоснованны. Выкрики «Позор!» и «Ганьба!», которые записаны на видео, адвокат назвал реакцией на действия омоновцев.

Прения сторон

Прокурор Сергей Габрукович запросил для Павла Пескова три года и три месяца лишения свободы в исправительной колонии, а для Владислава Евстигнеева — три года ровно.

Адвокат Евстигнеева Владислав Филипович посчитал, что его подзащитный не понимал, что присутствует на несанкционированном мероприятии, поскольку милиционеры не разъяснили, по какой причине присутствие на перекрестке считалось незаконным.

Кроме того, на Евстигнеева повлияло пережитое в детстве домашнее насилие отца по отношению к матери — именно поэтому он побежал к омоновцам, как только услышал крик женщины.

Адвокат Пескова Игорь Костюк сказал, что акцию 19 июня в Молодечно следует считать стихийным собранием, а не митингом. Костюк также посчитал, что способ задержания Алейника послужил причиной реакции протестующих.

Последнее слово

Павел Песков воздержался от последнего слова. Владислав Евстигнеев сказал, что раскаивается в содеянном, а также поблагодарил своего адвоката Владислава Филиповича.

«Я понимаю, что совершил плохой поступок. Я каюсь в содеянном. С учетом того, что здесь было сказано, хочу поблагодарить своего защитника Владислава. Надеюсь, что высокий суд выберет то наказание, с которым я останусь со своей матерью», — сказал Евстигнеев.

Поделиться: