Фото http://www.belmarket.by

Почему происходит трансформация белорусского общества? Из-­за чего ускорилось доформирование белорусской нации? Какая символика в будущем будет у Беларуси? Может ли еще быть пролита кровь и стоит ли пребывать в эйфории?

Писатель и историк Владимир ОРЛОВ объяснил газете «Белорусы и рынок», почему, невзирая на жесткую реакцию властей, сотни тысяч белорусов вышли на улицы городов с мирным протестом.

— После «кровавого воскресенья» 2010 года белорусов хватило только на локальные акции протеста, акции солидарности с арестованными и репрессированными. 16 августа на улицы Минска вышли, по разным оценкам, до 400 тыс. горожан. Что же изменилось в характере белорусов?

— Национальный характер не то явление, которое может измениться за десять лет. Одна из черт нашего национального характера — очень высокий порог терпения. Вспоминаю слова известного белорусского сооте­чественника Адама Мицкевича о «молчании литвина» (мы знаем, что литвинами называли себя наши предки). О «молчании литвина», которое таит в себе опасность, угрозу мощного взрыва, о терпении белорусов в свое время сказали прекрасные слова Янка Купала и Якуб Колас.

Сегодня порог этого терпения перейден. Ставка на фальсификации на последних президентских выборах, огромная ложь, которую избирательные комиссии задокументировали (или пытались задокументировать) под вооруженной охраной, — все это привело к взрыву народного гнева, который тем не менее выплеснулся в форме мирных протестов. Волна гнева невероятно усилилась после кровавой вакханалии, в которой Беларусь оказалась в первые пять дней после выборов, — таких издевательств над человеческим и национальным достоинством белорусы не переживали со времен Сталина и Гитлера.

Мы еще не знаем, какие страшные тайны откроют нам больницы и тюрьмы, мы не знаем о судьбах десятков тех, кто пропал без вести. Именно поэтому в прошлое воскресенье на улицы Минска вышли, я думаю, не менее полумиллиона белорусских граждан (количество собравшихся в районе стелы оценивается в сотни тысяч человек). Почему десятки тысяч белорусов вышли на площади и улицы других городов? Потому что события последних месяцев, по моему мнению, наконец завершили формирование белорусской нации. Власть пыталась замедлить этот процесс, но своей политикой, в конце концов, наверное, неожиданно для себя самой ускорила его.

Белорусы своими протестами засвидетельствовали, что они — европейская нация. Иначе и быть не могло: столетиями наши предки принадлежали к европейской цивилизации, из лона которой белорусы были вырваны в конце XVIII века в результате российской оккупации.

Что еще очень важно? В воскресенье мы увидели не только сотни тысяч, а по всей Беларуси — более миллиона белорусов, мы увидели десятки тысяч бело-красно-белых флагов, бесконечное множество гербов «Пагоня» в самых разных воплощениях. Можно сказать, был проведен своеобразный референдум за возвращение нашей национальной символики, которая неизбежно снова должна стать — и станет! — государственной.

Предвестником того, что произошло 16 августа, мне кажется, стало прошлогоднее перезахоронение останков Кастуся Калиновского и его соратников в Вильне. В ноябре туда съехались тысячи белорусов, и перезахоронение нашего национального героя, первого национального политика, который начал борьбу за будущее Беларуси, стало не только незабываемым историческим событием, не только величественной мистерией, но и мощнейшей национальной манифестацией, манифестацией национального единства. В тот день я подумал: когда мы увидим столько флагов, столько воодушевленных лиц в Минске? Теперь мы увидели их, и есть глубокая неразрывная связь между паролем повстанцев 1863 года («Каго любіш?» «Люблю Беларусь!» «То ўзаемна») и современным лозунгом «Жыве Беларусь!», который в эти дни бесчисленное число раз звучит по всей Беларуси и который представляется мне самой короткой, самой емистой формой белорусской национальной идеи.

— Весь мир удивлен тем, что на кровавую расправу белорусы не ответили силой. О чем это свидетельствует?

— Я уже сказал: потому что мы, белорусы, европейская нация, потому нам свойственны прежде всего такие формы протеста. Когда народ на насилие отвечает мирными акциями, это свидетельствует о принадлежности к европейской нации. Вспомните хотя бы бархатную революцию в Чехословакии. Это проявление и нашего
национального характера: белорусы не только географически, но исторически, культурно, ментально принадлежат к Европе. В эти дни очень кстати будет вспомнить слова Вацлава Гавела, с которым мне приходилось встречаться и который не раз говорил не только нам, белорусам, но и на различных международных форумах:
конфигурация объединенной демократической Европы приобретет свою завершенность только тогда, когда в Европу вернется демократическая Беларусь.

— Народный гнев прорвался. Во что он может вылиться?

— Мы переживаем тот момент, когда трудно делать прогнозы на ближайшее будущее. Но, главное, общество уже другое, нация уже доформирована, и эта нация не хочет жить в условиях несвободы, в условиях пренебрежения ее национальными ценностями, ценностями общедемократическими. Поэтому перед Беларусью открывается европейское будущее.

Я не разделяю эйфорию тех, кто считает, что осталось несколько дней, несколько месяцев… Возможно, этот путь будет значительно более долгим. Я не исключаю новой крови. Но события последних дней засвидетельствовали: белорусы с этого пути не свернут. Это увидели наши соседи и на Западе, и, что очень важно, на Востоке. Возможно, на Востоке ждали, что здесь будут поднимать российские флаги, как это происходило на востоке Украины или в Крыму, но таких случаев просто не было. Белорусы сами хотят решать свою судьбу.

Это голос зрелой европейской нации.

Справка «БР»

Владимир Орлов окончил исторический факультет БГУ (1975). Работал в Новополоцке учителем истории, коррес­­пондентом, заведующим отделом, заместителем редактора городской газеты «Химик», после переезда в Минск — редактором издательства «Мастацкая літаратура» (1988–1997).

Дебютировал стихами в студенческом самиздатовском журнале «Блакітны ліхтар» (Новополоцк, 1973). Во время учебы в БГУ стал одним из инициаторов выпуска в Минске самиздатовского литературного альманаха «Мілавіца» (1974—1976), за что его вызывали в КГБ для «профилактических бесед». В 70—80­х принимал участие в копировании и распространении ряда запрещенных в то время белорусских изданий, среди которых был «Расейска­беларускі (крыўскі) слоўнік» Вацлава Ластовского.

Известность принесла проза, произведения исторической тематики, затем обратил на себя внимание как оригинальный эссеист и поэт.

Автор многочисленных книг прозы, поэзии, исторических очерков и эссе.

Произведения Владимира Орлова переводились на многие языки, в том числе на английский, немецкий, польский, шведский, чешский, украинский, венгерский, французский, румынский, русский, эстонский, литовский, латышский, словацкий, грузинский. Более чем на 25 языков переведено написанное в 1990 году эссе «Независимось — это…».

Автор сценариев научно­документальных фильмов «Евфросиния Полоцкая», «Полоцкие лабиринты», «Симеон Полоцкий» и др.

Поделиться: