Фото https://zautra.by/

Пандемия COVID-19 – тяжелое испытание, в том числе и для казны. Есть ли у государства ресурс для масштабной противовирусной операции?

Последствия самой болезни, а также связанных с ней карантинов и самоизоляций, с одной стороны, влекут за собой сокращение бюджетных поступлений на фоне кризиса в экономике, с другой – требуют роста государственных расходов на здравоохранение, поддержку предпринимательства и крупного бизнеса, социальную защиту.

Оценить масштабы необходимых дополнительных трат затруднительно. По сути, они могут быть любыми: государство может как ограничиться скромной суммой на закупку медицинских масок, так и влить миллиарды в спасение экономики, граждан и строительство новых больниц.

Несмотря на дефицитный бюджет, некоторые возможности у правительства Беларуси есть. Ну а если затянуть пояса потуже, можно найти деньги — и немалые! — даже в бюджете. Однако к текущему моменту из казны правительство выделило на борьбу с эпидемией лишь 2,3 млн рублей – в среднем по 25 копеек из расчета на каждого жителя страны или 0,005% консолидированного бюджета.

Давайте посмотрим, что лежит в заначке.

Золотовалютные резервы

По состоянию на 1 апреля золотовалютные резервы Беларуси составили 7,8 млрд долларов. За первые три месяца года запас уже сократился на 1,6 млрд или на 17%. И связано это отнюдь не с борьбой с эпидемией: деньги ушли на погашение долгов и поддержку курса рубля – Нацбанк в последнем релизе прямо заявил о продаже валюты на бирже.

7,8 млрд долларов – для Беларуси серьезная сумма. Это примерно 40% от годового консолидированного бюджета страны. Хватит, чтобы в 4 раза увеличить расходы на здравоохранение на 2020 год или, к примеру, раздать по 830 долларов каждому жителю страны, включая и детей, и стариков. Или даже ощутимо поддержать одновременно и больницы, и людей, и реальный сектор.

Однако полностью потратить ЗВР на борьбу с эпидемией ни в коем случае нельзя. Эти резервы являются одним из источников погашения долгов, а их у правительства немало. Ежегодно страна тратит на долг и проценты по нему 3,5-4 млрд долларов, при этом в бюджет традиционно закладывают лишь проценты плюс-минус на 1 миллиард. Остальное власти получают за счет новых кредитов или берут из ЗВР.

Так, Минфин оценивает выплаты по долгам в 2020 году в 3,9 млрд долларов, из которых в бюджет заложено 2,8 млрд рублей или 1,1 млрд долларов по актуальному курсу. А значит, порядка 2,8 млрд долларов придется брать из ЗВР и привлекать в виде новых кредитов.

Если полностью потратить все резервы на COVID – Беларуси, во-первых, будет очень сложно получить новые займы, поскольку кредитные рейтинги тут же рухнут до дефолтных, а во-вторых, не останется запаса на погашение валютных долгов. Соответственно, дефолт может случиться уже в этом году, а это принесет катастрофические последствия и для финансового рынка страны, и для экономики, и для благосостояния граждан.

С учетом высокого долга, расходовать ЗВР на борьбу с вирусом крайне нежелательно. Пожалуй, максимум, который правительство может себе позволить в самом крайнем случае – в пределах 1-2 млрд долларов. И даже такие траты в будущем могут аукнуться проблемами с долгами.

На фоне многих стран мира золотовалютные резервы Беларуси невелики: по итогам 2019 года, по оценке МВФ, Беларусь по объемам резервов заняла 77-е место среди 100 стран, уступив большинству европейских государств. По уровню резервов из расчета на одного жителя Беларусь тоже отнюдь не в мировых лидерах.
Затянуть пояса и бороться с COVID-19. Какие резервы есть у Беларуси на «черный» день?

Тайные запасы Минфина?

На самом деле, не такие уж и тайные – о наличии резервов Минфина было публично заявлено в 2019 году. Однако внятных данных об этих резервах не обнародуют, информацию можно собрать лишь по обрывкам заявлений чиновников, а загадка заключается в том, идет речь о каких-то отдельных особых резервах, или Минфин все же имеет в виду ЗВР.

Так, выступая в рамках нулевого чтения бюджета-2020 в парламенте, Министр финансов заявил, что Минфин направит на погашение внешнего долга в следующем году 500 млн долларов из своего резерва. По его словам, ранее Минфин накапливал профицит бюджета, сформированный в валюте. А теперь – готов потратить 500 млн долларов, и это примерно 10% от общего объема сформированных за счет профицита резервов.

Через несколько недель на семинаре «Политика для роста» от лица Минфина выступил глава управления госдолга Михаил Прищепа, который сообщил, что валютные остатки, накопленные Министерством финансов, составляют более 4,5 млрд долларов. Это полностью сходится со словами Ермоловича о резервах, но далее от Прищепа сказал примерно следующее: накопленные резервы позволяют нам быстрее сокращать госдолг, но это повлияет на ЗВР, поэтому мы с Нацбанком договорились, что будем погашать своими силами только 25% долга, а остальное – рефинансировать за счет новых займов.

Данная фраза наводит на мысли о том, что Минфин, заявляя о резервах, накопленных за счет профицита бюджета, все же имеет в виду свой вклад в золотовалютные резервы, о которых мы говорили выше. Если так – то никаких дополнительных запасов, кроме ЗВР, у Беларуси все же нет.

Вместе с тем, в некоторых странах мира, наряду с ЗВР, существуют всевозможные фонды, аккумулирующие немалые средства. Часто их называют стабилизационными фондами или фондами будущих поколений. Самым известным таким фондом, безусловно, является Государственный нефтяной фонд Норвегии. Туда направляется около половины нефтяных доходов государства. В 2017 году объем фонда перевалил за астрономический порог в 1 трлн долларов (почти 200 тысяч долларов из расчета на каждого жителя страны).

В России есть Фонд национального благосостояния, в котором хранится более 120 млрд долларов, в Азербайджане – Государственный нефтяной фонд (более 40 млрд долларов). Иногда подобные фонды создаются даже на местном уровне (пример – Постоянный фонд Аляски, более 50 млрд долларов). В большинстве случаев фонды пополняются за счет добычи полезных ископаемых (необязательно нефти – в Чили, к примеру, аналогичный фонд формируется за счет меди), но в некоторых странах – например, Кувейте – в фонд направляется 10% госдоходов независимо от их источников. В случае форс-мажора такие фонды являются настоящим спасением. Однако официально в Беларуси подобных фондов не имеется.

Бюджет

В Беларуси государственные доходы аккумулируются в бюджете, а потом – через бюджет же и распределяются. В 2020 году бюджет запланирован с дефицитом почти в миллиард рублей, то есть лишних денег там вроде и нет. И все же средства на борьбу с COVID можно найти, если затянуть пояса потуже и банально сэкономить – хотя и не очень этого хочется в выборный год.

Главный вопрос – за счет чего именно ужать траты? Есть, к примеру, платежи по обслуживанию долга, и, как ни крути, заложенную в бюджет сумму на них придется потратить (в 2020 году это 2,8 млрд рублей).

Некоторые другие статьи расходов сократить проще. Например, расходы на международную деятельность – это про открытие и содержание консульств, международные связи и прочее. Ну какая международная деятельность в таких условиях? Если сократить расходы наполовину, освободится примерно 150 млн рублей.

Еще есть резервный фонд Президента – деньги оттуда обычно идут на поддержку талантов, международный обмен детей для оздоровления, строительство социальных объектов. Если в 2020 году полностью посвятить этот фонд борьбе с вирусом – получится 244 млн рублей.

Если отменить весенний призыв, парад, да и в целом немного переключиться с обороны от врагов на оборону от вирусов и сократить расходы на национальную оборону на 10% — сэкономим еще 130 млн рублей.

Десятипроцентная экономия на судах, милиции и прочей правоохранительной деятельности принесет 250 млн рублей. Сокращение расходов республиканского бюджета на спорт, культурные мероприятия и государственные СМИ в два раза «освободит» для борьбы с COVID 255 млн рублей.

В совокупности выходит уже 1030 млн рублей. Приличные деньги, однако к текущему моменту из бюджета правительство на борьбу с эпидемией выделило лишь 2,3 млн рублей – за счет денег, заложенных в бюджете на финансирование расходов, связанных со стихийными бедствиями, авариями и катастрофами.

Кредиты и благотворительность

С кредитами в этом году у Минфина не задалось. Правительство за 2020 год планировало разместить облигаций на 1,95 млрд долларов – в планах были и евробонды, и облигации для российского рынка, и бумаги для внутреннего. Но потенциальным кредиторам, похоже, не до инвестиций. За первый квартал удалось привлечь всего 160 млн долларов.

С другой стороны, открываются широкие возможности для всевозможных «антикризисных» кредитов. Известно, что Беларусь обсуждает возможность получения от МВФ кредита на 900 млн долларов – как раз на спасение экономики от вируса, и в этом случае МВФ не требует даже никаких реформ, что для белорусской стороны очень удобно. Еврокомиссия обещает выделить суммарно 840 миллионов евро шести странам, среди которых и Беларусь – и это даже не кредит, а просто поддержка. США обещают 1,3 млн долларов в качестве гуманитарной помощи. Но для этого нужно признать проблему.

Да и сами белорусы активно помогают больницам. Совместными усилиями – уж не пропадем. Но грустный факт, который нужно осознавать всем – у Беларуси, в отличие от многих других государств, по сути, нет никаких запасов на «черный» день. Если от скромных государственных сбережений отнять долги, окажется, что мы в минусе. Казна белорусского правительства похожа на казну многих белорусских семей: в целом хватает, чтобы сводить концы с концами, покупать все необходимое и иногда даже шикануть, но если серьезный форс-мажор – остается только бежать в банк за кредитом или открывать благотворительные счета.