Фото https://m.news.yandex.com

На что могут рассчитывать белорусские власти.

Министерство финансов Беларуси прорабатывает вопрос о привлечении макрофинансовой помощи со стороны Европейского союза, сообщили в пресс-службе ведомства по итогам переговоров министра финансов Максима Ермоловича с комиссаром ЕС по вопросам соседства и расширения Оливером Вархели.

Какие деньги могут быть выделены в рамках «инструментов быстрого финансирования»?

Беларусь остро нуждалась в международной экономической помощи и без пандемии, отмечает доктор экономических наук, профессор Борис Желиба.

— Ведь Россия отказала в кредите для рефинансирования, в последнем транше в 200 миллионов долларов евразийского кредита, в компенсации налогового маневра. А тут надвинулась вторая беда – пандемия, с которой бороться нужно всем, — говорит эксперт.

По его оценкам, сейчас шансы получить экстра-кредит от МВФ на случай чрезвычайных обстоятельств «стали реальными, и Минфин правильно делает, что ведет переговоры на всех направлениях».

— Шансы получить помощь и от Евросоюза, и от МВФ, а это где-то 900 миллионов долларов, у нас сейчас становятся более или менее реальными, и эту помощь нужно получать как можно скорее, — считает Борис Желиба.

— Это будет условная или безусловная помощь?

— Думаю, безусловная. Просто будут выделены средства на борьбу с пандемией, на укрепление устойчивости экономики, чтобы не пошли ко дну. Ведь у нас, в отличие от России, где только ЗВР составляют 550 миллиардов долларов, никакой финансовой подушки нет. Нам нужно получать поддержку, откуда только возможно. Конечно, она не будет в таком объеме, в каком мы просили от МВФ еще до пандемии: порядка 3 миллиардов долларов кредита стенд-бай, который МВФ обуславливал проведением реформ в экономике, на что власть не решалась. Сейчас это будет уже по другой линии. Наша доля в МВФ позволяет взять около миллиарда долларов, хоть это и не та сумма, но нужно брать то, что дадут.

— Останется ли у белорусских властей желание заполучить от МВФ и кредит в 3 миллиарда долларов, о котором уже не раз говорилось?

— В планах останется, но власти давно знают, чего от нас требует МВФ, какого рода должны быть экономические реформы – прежде всего, реформировать управление госпредприятиями, провести приватизацию. Это то, что прописано в дорожной карте, которую подготовил Всемирный банк с нашим правительством.

Сейчас ситуация иная, меняются и отношения с Россией, в том числе и финансовые. Вроде бы она наш союзник и должна бы оказать помощь, не обставляя ее условиями еще более глубокой интеграции. Европа нам помогает, а о помощи от России пока не слышно.

— С другой стороны, Беларусь тоже ведет себя по отношению к России не совсем сдержанно, выставляя настойчивые требования поставлять нефть по 4 доллара за баррель, снизить втрое цену на газ и так далее. Не вызовет ли такая настойчивость официального Минска отторжения у Кремля?

— Согласен, что все должно быть в меру. Раньше по нефти спорили из-за небольшой премии, а сейчас, когда цены упали до 30 и меньше долларов за баррель, не нужно требовать почти бесплатной нефти, равно как и газа. Надо не требовать, а простить, потому что Россия все-таки является хозяйкой этих природных ресурсов, чтобы цена была сообразна тем ценам, которые существуют в настоящее время в Европе по газу и в мире по нефти. Пока они не могут договориться обстоятельно и конкретно: то ли там слишком много поставщиков, то ли что-то еще, а нам сейчас до зарезу нужно на полную мощность загрузить наши НПЗ. Валюты в стране катастрофически не хватает, что видно по курсу нашего рубля.

— На этой неделе должна пройти министерская встреча в рамках ОПЕК+, к которой может присоединиться Канада, с целью решить проблему с рынком нефти. Будет ли эта встреча иметь успех, и если произойдет рост цен на нефть из-за сокращения ее добычи, какие последствия это может иметь для Беларуси?

— Если ОПЕК+ возобновит свою деятельность, результат будет положительным, так как такие низкие цены на нефть не нужны никому.

Нам это будет на руку, как и России, потому что будут выше цены на нефтепродукты. А уже какие будут цены на сырую российскую нефть, об этом должны договариваться обе стороны, поскольку мировая ситуация меняется настолько резко, что необходимо вести переговоры.

И не надо оставлять в стороне альтернативные поставки нефти. Пускай основная нефть будет российская и мы не готовы пока обеспечить наши НПЗ более сложной логистикой, но мы сделали ошибку, когда доставляли нефть через Балтийское и Черное моря, а потом, договорившись с Россией, отказались от этого. Должны быть альтернативные источники поставки нефти.

Что касается перспектив, то в первые два квартала нам уже обеспечена и стагнация, и рецессия, потому что пандемия и в России, и в Беларуси набирает силу. Ее пик еще впереди, и нашим властям придется пойти на жесткий карантин. Есть опыт соседних стран, которые переживают эту пандемию, и это сильно вредит экономике.