Photo by TPG/Getty Images

Во время встречи с послом КНР в РБ Цуй Цимином Александр Лукашенко назвал предположительный срок прохождения пика заболеваемости короновирусом в Беларуси. Мол, если до православной Пасхи выдержим, следовательно, жить будем.

Да, любит белорусский руководитель художественное слово. Хотя высказанное им суждение, возможно, оказалась не совсем понятным для собеседника. Учитывая известные обстоятельства, китайский дипломат вполне мог оказаться простым атеистом, если его детство и юношество пришлись на годы культурной революции. Или приверженцем даосизма, конфуцианства, буддизма, в крайнем случае, христианства (католицизма или протестантизма), но не православия. По той простой причине, что православие в Китае признано как религия русского национального меньшинства и насчитывает менее 15 тыс. верующих.

Реплика электорату

То есть реплика Лукашенко предназначалась скорее не тов. Цуй Цимину, а белорусскому электорату – в большинстве православному и атеистическому, на статус пастыря которого претендует Лукашенко. Отметим, что «культурная революция», которая воплотилась в подрыве церкви и насаждении массового атеизма в нашем обществе была проведена на 30 лет раньше, чем это случилось в КНР. Вроде бы исключительно богословский вопрос, но какой глубокий политический смысл в него вкладывается. Например, Пасха символизирует, что «Христос воскрес и мы воскреснем», но важнее, что Христос своей искупительной смертью победил духовную смерть. Это когда из мертвых воскресает неверующий, который уверовал в Христа. Но телесно воскресающий из мертвых, остающийся безбожником, обрекается на вечные муки.

Иными словами, по интерпретации Лукашенко, переживший вспышку вируса должен уверовать в Христа и в него самого – президента, который всегда соседствует с Богом и общается с народом от его имени и действует во блага народа.

Тот, кто не верует, тому лучше всего не воскресать. По крайней мере, претендовать на достойное место в политической иерархии, сконструированной Лукашенко. У верующих в него нет повода для паники – конец света в очередной раз откладывается. Худо будет политическим противникам.

Что такое Хубэй

Лукашенко польстил и тов. Цуй Цимину, заявив, что белорусские власти в борьбе с пандемией использует опыт Китая, и таким образом поступают наилучшим образом. Тем более, что по официальной информации из Пекина распространение коронавирусной инфекции на территории Китая удалось остановить.

В китайской провинции Хубэй, с которой началось распространение этой заразы, с жителей уже снимаются жесткие карантинные ограничения. Они сохраняются только в провинциальном центре – Ухане. Его вернут к полноценной жизни только 8 апреля. Делается это для того, чтобы освобожденные от почти двухмесячной социальной изоляции жители не захлебнулись бы свежим воздухом. Как это бывает с водолазами, когда они слишком быстро поднимаются с морской глубины на поверхность.

Многие ли белорусы задумываются, что такое Хубэй и его административный центр Ухань? Какая у них экономика, какая в провинции вертикаль власти? Если очень коротко, Хубэй – это одна из главных промышленных провинций Китая, в которой проживает более 60 млн. человек. В ее состав входят 15 различных по своей численности и административному статусу городов. В Ухане, в провинциальной столице проживает более 11 млн. человек. Следующие по списку ниже 10 городов по численности населения (от 7 до 2,13 млн. человек) превышают Минск по населению. При том, Минск у нас числится по разряду мегаполисов. А в самом маленьком, последним из ТОП – 15, уездном городке Эньши проживает около 800 тыс. человек. Общая численность городского населения провинции превышает 56 млн. человек, которую по этой причине следует называть конгломерацией — «глобальным человейником», как это представлял Александр Зиновьев. Но не в связи с утверждением всеобщего экспорта «западнизма», а вопреки ему, поскольку китайские товарищи упорно борются с ним и, что очевидно, успешно.

Глобализация уже давно считается на половину «желтой». Шутка ли, численность населения Китая уже превысила 1 млрд 400 млн. человек. Когда «минские товарищи» всерьез называют Китай своим стратегическим партнером, они искренне шутят.

К слову, провинция Хубэй имеет территорию 185,9 тыс. кв. км, немного уступая по этому показателю Республике Беларусь, которая, имея население в 9.5 млн. человек, разлеглась на территории в 207,6 тыс. кв. км. Сравнивая плотность населения «там» и «тут» можно утверждать, что социальное дистанционирование против вируса в китайских конгломерациях в повседневной жизни невозможно. Оно создается искусственно — установлением полного и жесткого контроля и карантина над всей территорией.

Фильтруй базар!

В Беларуси, к счастью, это не требуется, поскольку контролировать ситуацию можно более дешевыми, более избирательными, более гуманными и, есть надежда, более точными методами. В 90-е годы бытовая лексика обогатилась устойчивым словосочетанием – фильтруй базар. Сегодня оно применимо к информации, получаемой из интернета – море мнений, оценок, претендующих на объективность, фейков. Пользователю нужно все это фильтровать. Например, я считаю достоверной информацию, которая поступает от министра здравоохранения Владимира Караника. Доверяю оценкам специалистов ВОЗ, которые считают, что Беларусь достигла успехов на ранних стадиях регистрации вспышки, что она не совершает очевидных ошибок, что дает надежду на хороший конечный результат.

И все это потому, что сказанное соответствует моим, конечно же, не профессиональным представлениям о происходящем. После того, как абсолютное большинство стран мира, среди которых оказались все европейцы, перешли на жесткий и даже жестокий карантин, Беларусь сама оказалась в полной социальной изоляции. Над теми немногими потенциальными вирусоносителями, которые прибывают «из-за железного занавеса», легко устанавливается санитарный контроль. Например, в воскресенье посетила хоккейный матч Арина Соболенко. Возможно, по приглашению Лукашенко, который уже фактически начала свою главную политическую кампанию.

Полезный «фейк»

Или взять для примера продолжение чемпионата по футболу, от чего отказались почти все страны. Но глупо сравнивать английскую премьер-лигу и белорусскую «вышку». В Англии стадионы почти всегда заполняются болельщиками, поэтому на 10 матчей одного из туров премьеры приходит от 370 до 400 тыс. болельщиков. В Беларуси мало того, что стадионы маленькие, но они практически никогда полностью не заполняются. В минувшее воскресенье в Гродно и в Минске на двух матчах болельщиков практически не было. Иными словами, футбол проходит при пустых трибунах. Видимо, болельщики не считают футбольные матчи зрелищем, ради которого можно рискнуть подцепить вирус в толпе своих единомышленников.

С другой стороны, футболисты ничем не рискуют, поскольку за ними постоянно наблюдают, в том числе и врачи, которые имеются в каждой команде.

А в итоге получается очень полезный для властей «фейк», который некритически воспринимается за рубежом. Там удивляются, как это при диктаторе болельщиков не ограничивают в желании болеть за любимые клубы, а в Англии они этого лишаются.

Но дело то в том, что болельщики сами отказались от этого сомнительного удовольствия.