Почему в Беларуси не принимают жестких мер в борьбе с коронавирусом

669

По официальным данным, на 30 марта в Беларуси было выявлено 152 инфицированных COVID-19, летальных исходов нет. При этом в стране, в отличие от всех ее соседей, не введено практически никаких ограничений в связи с распространением коронавируса – карантина нет, границы открыты. А президент Александр Лукашенко называет пандемию “не иначе как психозом” и советует лечиться “баней, водкой и трактором”.

На фоне тревожных новостей из европейских стран некоторые белорусы решили добровольно самоизолироваться, многие компании перевели сотрудников на работу из дома, а небольшие магазины и кафе приостановили работу. Однако власти, похоже, свои планы корректировать не собираются и даже намерены провести парад в День победы 9 мая. Более того, Беларусь – единственное европейское государство, которое пока так и не остановило проведение национального футбольного первенства. В чем причина такого поведения властей – у DW.

У Беларуси своя стратегия борьбы с коронавирусом

И если Швеция объяснила, почему выбрала сценарий борьбы с коронавирусом, предусматривающий отсутствие жестких мер, то белорусские власти ограничиваются лишь общими заявлениями о том, что у них все под контролем. Министр здравоохранения Владимир Караник отметил в этой связи, что каждое государство избирает свою стратегию. “Мы применяем точечный подход за счет четкого контроля по периметру нашей страны и при выявлении коронавирусной инфекции берем под наблюдение контакты первого уровня”, – рассказал министр на брифинге 25 марта.

По официальным данным, на 30 марта в Беларуси выявлено 152 случая заражения COVID-19. В соседних Польше и России количество инфицированных приближается к отметке в 2000 человек. Разницу в цифрах в белорусском Миндраве объясняют сохранившейся еще с советских времен системы эпидемнадзора, которая начала работать еще до первых случаев заражения в стране.

“Это подразделение, которое на протяжении многих лет занимается вопросами организации профилактики на случай чрезвычайной ситуации, связанной с инфекционными заболеваниями”, – пояснила главный санитарный врач министерства Наталья Жукова. По словам представителей Минздрава, с конца января в Беларуси было проведено свыше 30 тысяч тестов на коронавирус – исследуют граждан, прибывших из стран со вспышками коронавируса, а также всех пациентов с пневмонией. Умерших от коронавируса в Беларуси на 30 марта не зафиксировано.

Экономика Беларуси может не выдержать карантина

Но, несмотря на то, что президент Лукашенко в угрозу пандемии не верит, власти все же начали делать небольшие шаги для борьбы с COVID-19. Белорусские граждане, прибывшие из стран с эпидемией коронавируса, обязаны соблюдать двухнедельный карантин. МВД Беларуси ввело ограничение на перемещение сотрудников милиции по стране, а правительство выделит около миллиона долларов на мероприятия по предупреждению завоза и распространения инфекции, вызванной COVID-19. Но жестких мер белорусские власти пока принимать не планируют.

Исходя из заявлений официальных представителей, можно сделать вывод, что самые большие опасения у них вызывают экономические последствия карантина (если таковой будет объявлен). Помимо негативного влияния непосредственно коронавируса, которое испытают на себе все страны, ситуация в Беларуси осложняется продолжительным нефтяным кризисом в отношениях с Россией, из-за чего уже, как сообщил Национальный статистический комитет, в январе белорусский ВВП упал на 1,9% по сравнению с аналогичным периодом 2019 года.

Обсуждая возможное закрытие предприятий на карантин, президент Александр Лукашенко сослался на слова американского коллеги Дональда Трампа. “Он (Трамп. – Ред.) сказал так: если мы немедленно не вернемся на предприятия и не начнем работать, то от безработицы умрет значительно больше американцев, чем от коронавируса. Теперь вы поняли, почему я не закрываю предприятия?”, – заявил белорусский лидер.

“Народный карантин” и недоверие в отношении властей

Для оперативного информирования населения о ситуации с распространением коронавируса Минздрав даже создал телеграм-канал и регулярно в прямом эфире транслирует свои брифинги. Однако официальная информация убеждает не всех белорусов. Общественный активист Антон Мотолько написал на своей странице в Facebook, что не доверяет данным Минздрава, и он не единственный, кто в Беларуси придерживается такого мнения.

Не дожидаясь введения карантина в стране, белорусская оппозиция и лидеры гражданского общества призвали объявить в стране “народный карантин”. В своем обращении они утверждают, что власти “лишают людей достоверной информации”, и призывают не посещать учебные заведения, массовые мероприятия, а также и свести до минимума социальные контакты.

Некоторые белорусские врачи, присоединившись к мировому флешмобу своих коллег, также попросили сограждан оставаться дома. В свою очередь Белорусский союз журналистов (БАЖ) указал на то, что Минздрав не обновляет ежедневно данные о числе заразившихся, а также препятствует журналистам получать своевременную информацию. Широкую огласку в стране получил случай, когда издание “Наша Нива” сообщило о смерти жительницы Витебска от коронавируса, а власти позже опровергли эту информацию.

Наблюдатели констатируют, что выяснить, насколько реальны опасения скептиков и действительно ли власти скрывают данные о ситуации с коронавирусом, довольно трудно, потому что независимых источников информации об этом нет. В то же время Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) довольно позитивно высказывается об усилиях Минска по противодействию распространению COVID-19.

Лукашенко заложник созданной им “стабильности”

По мнению минского политолога Валерия Карбалевича, панические настроения части общества, находящие отражения в соцсетях, свидетельствует о недоверии его представителей к государству: “Власти уже много раз врали, например, о девальвации рубля и выборах, и белорусы это помнят”.

Причиной недоверия (его реальный уровень оценить сложно, так как в стране практически нет независимой социологии), а также отсутствия жестких мер в борьбе с коронавирусом Карбалевич называет авторитарный политический режим в стране: “При авторитарном режиме власть не избирается обществом и неподотчетна ему, поэтому Лукашенко не так сильно зависит от электората, как европейские политики”.

Карбалевич также считает, что Лукашенко стал заложником своих слов и своего концепта стабильности, ведь долгое время официальная пропаганда уверяла, что Беларусь – единственная тихая гавань на фоне мировых катаклизмов. “Раз Лукашенко сказал, что пандемия – это психоз, то отказаться от своих слов уже не может, даже если видит, что ситуация в других странах становится угрожающей”, – заключил политолог.


Няма запісаў для адлюстравання