Фото с сайта euroradio.fm

Белорусские нефтепереработка не сможет тянуть экономику и дальше.

Проблема поиска альтернативных России поставщиков нефти заботит белорусскую власть с начала 2020 года. Но парадокс и трагизм ситуации заключаются в том, что альтернативная нефть не спасет белорусскую экономику и искать нужно альтернативные пути развития.

Нефтяной вопрос в Беларуси с успехом затмил пресловутый коронавирус. Если посмотреть на ленты информационных агентств, то можно найти множество аналогий со сводками из районов боевых действий: постоянно создаются некие штабы, проводятся оперативные совещания, за которыми следуют победные реляции. Сообщается об успешных операциях по доставке нефти танкерами по Балтийским и Черным морям, железнодорожным и трубопроводным транспортом. Для полной аналогии не хватает только фраз типа «под огнем противника» и «в условиях вражеского превосходства в воздухе»…

Аналогию усиливают и высказывания белорусского президента, прозрачно намекающего на Россию, которая крутит нефтяной вентиль и с помощью задвижки пытается принудить нашу страну к еще более глубокой интеграции. Но все ли так страшно, как изображает официальная пропаганда?

Напомним с чего начался нефтяной конфликт Беларуси и России. С 1 января 2020 года поставки нефти из России резко сократились. Причиной тому стало отсутствие белорусско-российского контракта на 2020 год. Президент Лукашенко потребовал найти альтернативных поставщиков нефти, чтобы покупать у восточного соседа не более 30-40 процентов «черного золота».

Но ведь Россия никогда не отказывалась поставлять нефть в Республику Беларусь. Проблема белорусско-российских нефтяных отношений заключается только в цене.

Ни для кого не секрет, что при помощи нефти, цен на нее, перераспределения таможенных пошлин Россия кормилась наша неэффективная экономика. В значительной степени секрет белоруской нефтепереработки заключался в том, что мы покупали в России дешевую нефть, перерабатывали и продавали нефтепродукты. Сырье брали дешево, а конечный товар (автомобильное топливо) продавали по хорошим ценам. Если мы будем брать сырье по мировой цене или даже дороже, у нас таких прибылей не будет, поскольку, белорусская нефтепереработка не может быть настолько эффективной, как в развитых государствах. Прибыль будет меньше, возможно, мы будем работать себе в убыток. Ведь кому мы сможем продавать топливо по ценам выше мировых?

К чему приводят попытки найти нефтяную альтернативу? Мы покупаем нефть по мировой цене (а Россия нам предлагает нефть все равно дешевле, даже с учетом всех своих «хотелок», например, премий пресловутых), при этом еще закладываем туда высокие транспортные, логистические издержки (перевозка танкерами по Балтийскому морю, перевозка цистернами по железной дороге). И все только для того, чтобы показать, что можем обойтись без российской нефти? Это нерациональное поведение. Россия ведь не отказывает Беларуси в нефти, более того, она предлагает самые выгодные условия по нефти – и по цене, и по транспортировке, и по технологической увязке наших и российских систем. И белорусская нефтепереработка заточена под российскую нефть, процесс отлажен и партнер проверенный.

Возникает резонный вопрос: с какой стати соседу делиться с нами своими природными ресурсами, своей рентой? Раньше Россия действовала по принципу «нефть в обмен на поцелуи», но дальше Россия платить не готова, тем более без перспектив дальнейшей интеграции. В Минске же интегрироваться не хотят, но деньги взять готовы. Получается чисто паразитическая схема: Россия дает – Беларусь потребляет. Как любой паразит, Беларусь показывала, что дает что-то организму-носителю, имитировала движение навстречу, при этом потребляя конкретные материальные ресурсы.

Отметим, что если экспорт нефтепродуктов в новых условиях окажется не выгоден или не так уж и выгоден, то для внутреннего потребления Беларуси достаточно примерно трети той нефти, которую она рассчитывает приобрести. И обозначим еще одну проблему. Дело в том, что белорусские НПЗ недавно подверглись модернизации в расчете на сверхприбыли от переработки российской нефти. Модернизация, как водится, проводилась за счет кредитов. И если надежды на сверхприбыли окажутся несостоятельными, то за модернизацию НПЗ придется платить из других источников.

Следует также упомянуть о падении цен на нефть, резко снижающем эффективность белорусской нефтепереработки. Это может показаться парадоксальным на первый взгляд, но парадокса здесь нет. Ведь получая дорогую нефть со скидками мы имеем большую в абсолютных цифрах маржу, нежели при поставках дешевой нефти. Кроме того, дешевая нефть позволяет нашим конкурентам снижать цены на нефтепродукты и вытеснять белорусских производителей с рынков.

Сложившаяся ситуация наглядно показывает порочность подхода, при котором ставка была сделана на российские природные ресурсы. Безотносительно вопроса политической интеграции с Россией, Беларуси нужно стремиться создать эффективную экономику, не делающую основную ставку на условия договора с Россией. То есть не надеяться на альтернативных поставщиков нефти, а искать альтернативу нефтепереработке и новые ниши на рынках.

Для этого нам нужно создавать новые и модернизировать действующие предприятия. Причем не руками чиновников и не за кредиты, а привлекая частные инвестиции, проводя приватизацию и внедряя новые технологии. Понятно, что нужны еще новые рынки, модернизация системы управления предприятиями, создание товаропроводящей сети и много другое. Все это называется просто – рыночные реформы. Но пока к таким реформам действующая власть, похоже, не готова.