Фото с сайта 24smi.org

Ответить на этот вопрос невозможно, не зная ответа на еще один вопрос: а по какой цене? Так что сейчас оба вопроса звучат риторически. Но уже очевидно, что в этом году белорусским НПЗ придется забыть о переработке 24 млн.тонн нефти, на что «заточены» их модернизированные мощности. Более того, проблематичной окажется для них загрузка даже 18 млн. тонн, если позиция Москвы останется непреклонной.

Белорусские НПЗ второй месяц работают на технологическом минимуме, профильные чиновники в течение этого времени усердно ищут альтернативу «дорогой» российской нефти, а потери несет вся экономика.

В январе ВВП Беларуси снизился на 1,9% в сравнении с январем 2019 года до 10,39 млрд. рублей (в сопоставимых ценах). Основной причиной сжатия ВВП премьер-министр Беларуси Сергей Румас назвал резкое снижение объемов нефтепереработки и нефтехимического производства из-за отсутствия поставок от основных российских нефтяных компаний. В январе объем производства кокса и продуктов нефтепереработки упал на 41,2% в сравнении с январем 2019 года до 0,935 млрд. рублей.

Затянувшийся нефтяной спор с российскими поставщиками, а также сложные поиски постфактум альтернативной нефти на старте года говорят о том, что белорусские власти рассчитывали на политические договоренности с Москвой по условиям поставки нефти и абсолютно не были готовы к негативному исходу переговоров.

Минск пошел ва-банк

Еще недавно белорусские чиновники уверенно заявляли, что после завершения модернизации «Нафан» и Мозырский НПЗ выйдут по глубине переработки нефти на мировой уровень и смогут эффективно перерабатывать не 18 млн.тонн нефти, как это было в последние три года, а 24 млн.тонн. Именно такой объем импорта российской нефти как раз и предусмотрен в этом году индикативным балансом Беларуси и России. Причем, как утверждали профильные чиновники, такой объем будет по силам белорусским НПЗ даже с учетом мировой цены нефти.

А вот ситуация начала 2020 года: средняя цена импортируемой российской нефти составила в 2019 году для Беларуси около 370 долларов за тонну, что, по оценке концерна «Белнефтехим», в среднем на 20% ниже мировой цены. В 2020 году, как предполагается, этот дисконт составит 15-17%.

То есть, российская нефть до мировой цены еще не выросла. Тем не менее, белорусская сторона добровольно отказалась от контрактов с пятеркой ведущих поставщиков российской нефти в Беларусь — «Газпромнефть», «Роснефть», «Сургутнефтегаз», «Лукойл», «Татнефть», не желая платить им премию к цене в размере около 10 долларов за тонну.

«Премия с 2012 года по 2015 год существовала юридически в соглашении между «Белнефтехимом», двумя нашими НПЗ и российскими компаниями из числа «большой пятерки» Когда мы платили всего лишь половину мировой цены, она (премия поставщикам нефти – ред.) имела какой-то экономический смысл. Теперь, когда для нас мировая цена уже сжалась, платить эту премию – сумасшествие», — заявил первый вице-премьер Беларуси Дмитрий Крутой недавно в интервью агентству Белта.

Не имея контрактов с белорусскими НПЗ, российские компании перенаправили сырье на другие рынки. По данным Argus Media, в январе 2020 года поставки российской нефти в Беларусь снизились на 70% по сравнению с декабрем 2019 года — до 509,3 тыс. тонн (по железной дороге они выросли с 10,1 тыс. тонн до 102,3 тыс. тонн, по нефтепроводу «Дружба» снизились с 1,7 млн. тонн до 407 тыс. тонн).

Российские эксперты отмечают, что если Минск и Москва не договорятся об условиях возобновления полноценного импорта нефти в Беларусь, российские компании перенаправят сырье на экспорт через альтернативные маршруты. По оценкам российского Института развития технологий ТЭК, в обход Беларуси по морю ежегодно можно экспортировать около 42 млн. тон нефти, это почти в два раза превышает согласованный на 2020 год баланс поставок в Беларусь (24 млн. тонн).

Позиция Минска пока также остается непреклонной: белорусский рынок остается выгодным для российских нефтяных компаний даже в условиях отсутствия премии к цене.
Но пока только компании группы «Сафмар» российского бизнесмена Михаила Гуцериева согласовали поставку нефти в Беларусь в первом квартале в объеме 750 тыс. тонн.

Белорусская сторона утверждает, что эта нефть поставляется без премии. Переговоры о поставках на аналогичных условиях белорусская сторона продолжает в том числе с малыми и средними нефтяными компаниями РФ, которым в этом году Москва разрешила поставлять нефть в Беларусь через систему экспортных трубопроводов «Транснефти».
Белорусское правительство ждет заявок от независимых российских компаний

Белорусская сторона рассчитывает, что после снятия ограничений на доступ к трубе малые и средние российские нефтяные компании заинтересуются поставками нефти в Беларусь. Зачем им везти нефть на экспорт цистернами, если можно поставит в Беларусь по «трубе»?. С 15 по 23 февраля «Транснефть» принимает заявки на мартовский транзит. «И вот это, по сути, окно, на горизонте которого мы должны достичь договоренности, чтобы компании-поставщики обратились с соответствующими заявками в министерство энергетики России, а Минэнерго уже дало «Транснефти» указания пустить в «трубу», — отметил ранее Д. Крутой.

Время покажет, оправдаются ли эти надежды. А пока белорусские НПЗ с 11 февраля вынуждены были для оптимизации загрузки начать забор технологической нефти на участках, которые не задействованы в транзите российской нефти (российскую сторону об этом заблаговременно уведомили). Поясним, технологическая нефть – это, по сути, остатки нефти и нефтепродуктов, нефтесодержащей жидкости в трубопроводной системе, которые нужны для поддержания давления в системе, и обеспечения эффективность ее работы. Сколько ее находится в Беларуси, в «Белнефтехиме» не сообщают. Но подчеркивают, что забор технологической нефти — мера временная, и при восстановлении объемов поставок нефти «ситуация вернется в прежнее состояние».

Российские эксперты в этой связи заявили, что пока эта мера не угрожает транзитным поставкам российской нефти в страны Евросоюза, «но если ситуация выйдет из-под контроля, дело может дойти до судебных разбирательств».

Дойдет ли до этого дело, сказать сложно. Но также очевидно, что если в ближайшее время ситуацию не удастся разрешить, конфликт может перерасти в очень серьезную проблему.
14 февраля президент Беларуси Александр Лукашенко пригрозил «добирать» нефть из транзитного трубопровода «Дружба», если Россия не поставит утвержденный балансом объем нефти — 24 млн. тонн. В январе, заявил он, график был сорван — поставлено всего 500 тыс. тонн вместо 2 млн. тонн. «Если не поставят в феврале, будем до 2 млн. тонн добирать», — предупредил Лукашенко.

По словам официального представителя «Транснефти», пока транзит через Беларусь идет в плановом порядке.

В стремлении загрузить мощности НПЗ до оптимально возможного уровня в Беларуси приняли решение переориентировать поставки нефти российской «дочки» «Белоруснефти» — ОАО «НК «Янгпур». «Белоруснефть» купила «Янгпур» в 2013 году за 112 млн. долларов. В 2019 году «Янгпур» увеличила добычу нефти в РФ на 15,5% к уровню 2018 года до 222,93 тыс. тонн. Реализация добытой нефти ведется через систему ПАО «Транснефть».. Каким образом будет осуществлена поставки нефти компанией «Янгпур», на белорусские НПЗ и в каком объеме, в концерне «Белнефтехим» не сообщают.

Альтернатива быстро не появится

21 января 2020 года в ходе совещания по вопросам повышения эффективности реализации нефтепродуктов на экспорт президент Беларуси Александр Лукашенко поручил правительству диверсифицировать импорт нефти в Беларусь: 30-40% покупать в РФ, 30% — через балтийские порты, 30% — через Украину.

Но пока поставки же альтернативной нефти ограничились одним танкером норвежской в объеме 86 тыс. тонн (примерно на трое суток полноценной работы одному НПЗ).
11 февраля Д. Крутой отмечал, что пока какой-либо конкретики в отношении альтернативных поставщиков нефти в Беларусь нет, как и подписанных контрактов. «Это все может появиться, работа идет в режиме онлайн. Что-то появляется, что-то отваливается. Такой интерес возник у всех к нашей стране. Но это неплохо», — подчеркнул он.

Это лишь в очередной раз говорит о том, что альтернативные каналы поставок нефти в одночасье возникнуть не могут. На это могут потребоваться месяцы напряженной работы. И опять же, принципиально важно понимать: какой объем нефти нужен белорусским НПЗ для их эффективной работы.

Похоже, белорусская сторона начинает понимать: в новых условиях загрузить мощности НПЗ по максимуму — по 12 млн. тонн каждый — это иллюзии. «Понятно, что, может, не те объемы уже будут, как раньше, но это объемы, которые обеспечат внутренний рынок, какие-то минимальные экспортные контракты», — отметил в начале февраля Д. Крутой.

Правда, нельзя исключить, что в стремлении загрузить мощности НПЗ по полной президент Беларуси может попытаться реализовать угрозу – добирать недостающую нефть в с транзитной «трубы». Но исход этого «поединка» не гарантирует Минску нужного результата, — есть риск потерять гораздо больше. В российских СМИ уже появилась информация, что при первом случае несанкционированного отбора. транзит всей нефти через Беларусь будет остановлен.

Белорусским НПЗ придется снижать загрузку и диверсифицировать импорт нефти

Таким образом, время «Ч» для белорусской «нефтянки» началось раньше срока завершения налогового маневра в нефтяной отрасли РФ (он завершится к 2024 году, когда российская нефть по цене сравняется с мировой), а также еще до завершения ключевых проектов по модернизации НПЗ.

Согласно поручению президента Беларуси, строительно-монтажные работы по двум крупным инвестпроектам на НПЗ должны быть завершены к 7 ноября 2019 года. Но сделать это не удалось. Теперь эти работы на «Нафтане» должны быть завершены в апреле 2020 года с выходом на получение нового продукта — кокса в августе 2020 года, а на комплексе гидрокрекинга тяжелых нефтяных остатков в ОАО «Мозырский НПЗ» — в сентябре 2020 года.

При этом очевидно, что импорт нефти по мировым ценам заставит НПЗ пересмотреть стратегии своего развития и перейти к гибкой политике загрузки своих мощностей. Это означает, что поставки нефти на НПЗ будут определяться потребностями внутреннего рынка, а также емкостью ближайших премиальных экспортных рынков.

«Год для нас начинается всегда непросто. Я ни в коем случае не буду говорить, что дальше будет проще. Налоговый маневр находится в активной фазе, останавливаться он не будет, это уже очевидно. И каждый год приближает нас к работе в рыночных условиях. К этому мы уже готовы. И не должны позволять обстоятельствам застать нас врасплох», — отметил генеральный директор ОАО «Нафтан» Александр Демидов в интервью изданию «Вестник Нафтана».

«Подчеркну, ситуация действительно непростая, — продолжил он. — Но мы должны хорошо понимать, что в поставках нефти очень важна альтернатива. Нельзя замыкаться на единственном варианте. К тому же, через пару лет цена на сырье со стороны России будет мировой. И с точки зрения стоимости нефти, не будет разницы, у кого ее брать. Гораздо важнее уже сегодня приспособиться к новым условиям, и часть нефти, пусть и не основополагающую, поставлять из альтернативных источников».

Если Беларуси придется покупать нефть по мировым ценам, ситуация для ее НПЗ кардинально поменяется. Все мировые НПЗ, покупающие нефть по мировым ценам, поставляют нефтепродукты преимущественно на внутренний рынок, а не на экспорт. В условиях мировых цен на сырье белорусским НПЗ, придется также работать по этим правилам.
Председатель концерна «Белнефтехим» Андрей Рыбаков на совещании 21 января отметил, что для обеспечения внутреннего рынка Беларуси хватило бы 80%-й загрузки одного нефтеперерабатывающего завода.

Белорусским НПЗ пришлось скорректировать стратегии своего развития

В концерне «Белнефтехим» уже признали, что развитие двух белорусских НПЗ по топливному варианту сопряжено с риском для них как по сбыту продукции, так и эффективности их работы в целом. «Это обусловлено усилением конкуренции на потенциальных рынках сбыта моторных топлив, а также отсутствием свободной емкости близлежащих региональных рынков для обеспечения эффективной реализации нефтепродуктов», — отметили в концерне.

В частности, ранее на «Нафтане» после завершения модернизации планировали построить вторую установку замедленного коксования, а также вторую установку гидроочистки и еще один гидрокрекинг, чтобы увеличить производства дизельного топлива. Однако изучив ситуацию в России, руководство пришло к выводу, что дальнейшее развитие по топливному варианту, неприемлемо, ибо завод не сможет конкурировать с российскими компаниям на своих основных экспортных рынках — Украины, стран Балтии, Польши.

Поэтому для «Нафтана», работающего в технологической связке с «Полимиром», выбрана дальнейшая модель развития в качестве нефтехимического комплекса. В перспективе этот НПЗ будет ориентироваться на выпуск нефтехимической продукции, А это – новый вызов для завода, не менее сложный, чем налоговый маневр. При этом цена сырья останется одной из важнейших составляющих его конкурентоспособности, но уже не ключевой.

Для справки. По данным Белстата, в 2019 году экспорт белорусских товаров снизился на 2,9% по сравнению с 2018 годом до 32,9 млрд. долларов. Беларусь экспортировала продуктов питания и сельскохозяйственной продукции на 5,5 млрд. долларов (+4,5% к 2018 году). Экспорт услуг составил 9,6 млрд. долларов. В то же время экспорт нефтепродуктов снизился на 25% в сравнении с 2018 годом до 4,8 млрд. долларов.