Фото с сайта ej.by

Для компаний-резидентов Парка высоких технологий в Беларуси предусмотрен существенный перечень льгот. Тем не менее, многие сегодня задаются вопросом, насколько оправданны эти льготы и в целом эффективен ли ПВТ?

На пресс-завтраке, организованном Исследовательский центр ИПМ в предверии «Кастрычніцкага эканамічнага форума», гендиректор VP Capital Николай Морковник предложил оценить эффект от ПВТ с помощью вклада ВВП.

«Так, исходя из предварительных данных, которые обнародовал ПВТ, за первое полугодие текущего года уже около 1млрд валовой выручки. По итогам года ожидается 2 млрд долларов. Рост почти в 2,5 раза, чем до дискуссии о ПВТ 2.0», – заметил он.

Морковник также упомянул исследование ИПМ, в котором оценивались налоговые эффекты для бюджета от компаний ПВТ и их работников, и согласно данным исследования – показатель составляет – 17,7% от суммы выручки.

«Если мы возьмем 2 млрд и применим этот коэффициент, то получится порядка 350 млн долларов – это налоговый эффект от ПВТ. И это, по его словам, объективные критерии оценки деятельности ПВТ», – добавил Николай Морковник.

«Если бы не было этой валовой выручки в размере 2 млрд долларов, у нас ВВП бы падал. То есть половина роста ВВП обеспечила ИТ-сфера, – отметил он. – Тот рост, который сейчас демонстрирует ПВТ, он превосходит те прогнозы, которые были даны при экономическом обосновании принятии этого декрета».

Насколько это масштабируемо?

Масштабируемость ПВТ зависит от количества людей, которые вовлечены в эту сферу. На сегодня самый большой ограничитель для роста парка – это количество квалифицированных сотрудников, считает Морковник.

Между тем, экономист Сергей Чалый уверен, что нехватка специалистов в ПВТ – это признак экстенсивного, а не интенсивного роста в парке. Он обратил внимание на то, что количество рабочей силы и есть один фактор производства. Иными словами, рост достигается не за счет увеличения производительности, а за счет увеличения числа работников.

Чем обусловлен рост компаний в ПВТ?

Напомним, что Наблюдательный совет ПВТ зарегистрировал недавно 129 новых компаний. Об этом сообщала пресс-служба парка. В текущем году это уже третий набор – и самый масштабный. С учетом же последнего набора всего в этом году ПВТ принял 246 компаний. Это немало. За счет чего произошел такой рост?

Рост компаний произошел за счет стартапов, пояснил Николай Морковник.

«Декрет №8 расширил перечень видов деятельности, с которыми компании могут входить в ПВТ, – уточил он. – Самый большой рост происходит за счет маленьких компаний-стартапов, каждая из которых заходит с несколькими продуктовыми проектами. Это, к примеру, может быть приложение, которое решает какую-то задачу и с которым компания видит возможность выхода на глобальный рынок».

На взгляд управляющего компанией VP Capital, это позитивный процесс: чем больше компаний, тем больше моделей, тем больше будет нахождения тех ниш, в которых Беларусь до этого не участвовала.

Директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик, комментируя рост компаний в ПВТ, отметил: «Сколько бы мы не говорили про то, что надо всем дать равные условия, нужно понимать, что если так будет, ИТ-сектор останется в тени. Мне кажется, половина роста парка обусловлена тем, что многие компании просто вышли из тени. Ну и плюс стартапы».

В свою очередь, говоря о налоговых льготах для ПВТ, экономист Сергей Чалый заметил, что льготы, а в особенности налоговые – это всегда перераспределительный механизм, и поэтому они касаются не только тех, в чью пользу они принимаются.

На что ему возразил Морковник, что 90% выручки резидентов ПВТ – это экспорт.

«По мере роста выручки растет и экспорт. Соответственно перераспределение происходит не внутри страны, а на внешних рынках», – считает он.

Главное – не деньги

В заключение дискуссии об эффекте ПВТ и в целом об ИТ-отрасли, Александр Чубрик заметил, что мы привыкли мерить все деньгами.

«На мой взгляд, в данном случае мы также забываем о том, как появление ИТ-сектора меняет структуру рынка труда, влияет на образование, – подчеркнул он. – Если мы видим что этот сектор живой и работает, у нас появляется стимул остаться здесь и что-то делать. Поэтому, мне кажется, рассматривать изменения в этом контексте гораздо важнее, чем с точки зрения денег».