Елена Молочко

Можете забросать меня камнями, но в конфликте гомельского педагога из школы №15 и ученика из 4-го класса я была за учительницу сразу. Ее увольнение напоминало слишком скорую расправу: администрация школы собралась – и через час человек с 35-летним педагогическим стажем оказался на улице, пинаемый толпой. Справедливость восстановлена.

Восстановлена?

Напомню в общих чертах ситуацию тем, кто не знает подробностей скандала, хотя трудно представить, что до чьих-то ушей не дошли хотя бы отголоски конфликта, который за несколько дней разросся до государственного масштаба. Точку (от которой аж брызги и головы во все стороны полетели) позавчера поставил Александр Лукашенко, но об этом чуть позже.

Итак, учительница выругалась на четвероклассника, употребив нецензурное слово. А другой ребенок снял это на видео. Его родители (видимо, проверяя телефон ребенка, что совершенно естественно), увидели «картинку» – а она прямо-таки безобразная, потому что вырвана из контекста всего урока, – и отослали «сюжет» на местный информационный портал. И… общество взорвалось. «Оскорбила ребенка? Распни ее! – закричали люди. – Увольнение? Да это еще слабое наказание!»

А что, учительницу надо было сослать в Сибирь? Но в Беларуси нет рудников и тайги.

Ладно, шутки в сторону. Толпа всегда жестока, иначе не распяли бы Христа.

У меня другой вопрос: а что творилось в том четвертом классе, что учительница взорвалась, вышла из себя, нагрубила ребенку? Дети срывали урок. Думаете, это не под силу десятилетним ангелам? Но когда их целый класс, взвинченных своими заводилами? В любом классе есть такие «клоуны», для которых не существует авторитета учителя, которые не знают слова «нет», не подчиняются правилам. И они в какой-то момент легко подчиняют себе сверстников. Тем более кто из детей в душе не хочет выйти из-под контроля взрослого? Праздник непослушания – да он у нас в крови до конца жизни. Но с годами мы его худо-бедно научаемся контролировать. А в десятилетнем возрасте у детей начинается предподростковый период, все рефлексы, весь негатив наружу – ох, непростое время для воспитателей.

Конечно, точно восстановить течение конфликта уже не удастся никогда. Учителя камера зафиксировала, а вот безобразное поведение мальчиков – нет. Учительница говорит, что двое мальчишек взорвали дисциплину в классе, урок остановился, она попыталась утихомирить шалунов, шла с партой для другого, чтобы его отсадить, и снова услышала издевательский смех, нагнулась к ученику (парта на плече) и… Сказанула. Вырвалось непотребное слово.

Между прочим, ученику – как с гуся вода. Он не стал никому жаловаться. Да и что бы он сказал своим родителям? Я, мама, срывал сегодня урок, и, представляешь, учительница так рассердилась, что меня оскорбила за это? Конечно нет: знает кошка, чье мясо съела. Но в классе был один умненький «зритель», подозреваю, что тихоня, – тот, который включил телефон, чтобы потом посмеяться и над учителем, и над своим товарищем. Летописец, будущий блогер, наверное. Кстати, это еще один штрих к атмосфере урока – там уже шло, похоже, настоящее светопреставление, каждый делал, что хотел. И учительница не справлялась с коллективом. Профессиональный стаж за плечами огромный, но вдруг наступает момент, когда от бессилия опускаются руки. Потому и сказала: «Я пойду под суд… А тебе сейчас … будет». Ну, пусть бы прозвучало «капец»! Русский язык так богат на синонимы!.. Но в отчаянные минуты и слова слетают с языка отчаянные. Наверное, сработало подсознание, она уже чувствовала свою вину – потерю контроля над классом. И своим низким словом, конечно, сама подписала себе приговор.

И суд, который она будто накликала, состоялся. Понятно, администрация испугалась огласки. Потому что социальные сети – чудовищное оружие массового поражения – стали заходиться в экстазе: «Распни ее!» Сами-то мы, конечно, без единого греха, «чистейшей прелести чистейший образец», ни низких слов, ни подлых мыслей никогда не знали, не ведали. Но правды ради надо сказать, что половина людей стала все-таки на более взвешенную позицию – ведь конфликт был спровоцирован. И дети – цветы и радость нашей жизни – не всегда правы. С академической точки зрения учитель совершил педагогическую ошибку. Но есть еще правда жизни. И она учит, что стерильных ситуаций не бывает. Тем более справедливости не найти, когда гудит толпа и площадь. Справедливый суд – это тонкий скальпель и шелковая нить, а здесь над головой провинившегося человека уже занесли чуть ли не ледорубы.

Я думаю, что те родители, которые из лучших побуждений отослали видео куда-то в Сети, поступили необдуманно, эмоционально. Эти кадры прежде всего должны были оказаться в компьютере у директора школы, у начальника районного или городского отдела образования, а не в массовом употреблении. Этот скандал, ставший достоянием общественности, нанес огромный урон авторитету всех учителей. И детям не помог – у них теперь, думаю, вообще в головах полная сумятица. Исподтишка снимать конфликты взрослых? Ну что ж, дорогие родители, готовьтесь, что однажды вы можете увидеть свои семейные ссоры в свободном доступе в интернете. «Это же чистая правда!» – ответит вам чадо. Как говорится, новые Павлики Морозовы наготове.

В общем, нет здесь правых. Нет. Рана нанесена всему обществу, потому что мы все учителя нашим детям. И только время могло заставить нас в тишине наедине с собой глубоко обдумать эту ситуацию.

И вдруг в конфликт вмешался президент. Ну, небеса разверзлись… И опять суд топором! Своей властью он приказал восстановить учителя Людмилу Ивановну Четверткову на работе. При этом наказал выговорами всю вертикаль от Румаса, Кочановой и Карпенко до чиновников гомельского горисполкома, а директора гомельской школы №15 вообще приказал перевести на другую работу – власть-то у президента Беларуси неограниченная. Слушайте, ну разве так делается? Всё эмоционально, всё с плеча, всё единолично! Как будто у нас не государство со всеми полагающимися институциями и законами, а единоличное хозяйство. Наверное, правильнее было бы дать поручение министру образования глубоко разобраться в конфликте. Для чего такая должность существует в правительстве? И еще нюанс: как такую высочайшую защиту теперь перенесет сам провинившийся учитель? Это ведь может просто поломать человеку нравственный хребет – ведь часть педагогов, конечно, не простит ей этого скандала, да просто возненавидит за всё случившееся.

Не знаю, как закончить свои заметки… Наверное, просто стоном: это мы, Господи! Ох, люди…

Газета «Народная Воля» №74 (4429)