Фото с сайта Белсат

Глава государства распорядился вернуть на работу гомельскую учительницу, которая матом «воздействовала» на ученика.

Одновременно уволили директора школы. О том, ругалась ли матом директор в присутствии учеников, ничего не говорится.

Одновременно были строго предупреждены министр образования, глава Администрации президента и премьер-министр. Они матом не ругались в присутствии детей – по крайней мере, до сих пор не ругались. Это точно.

Правильно ли это?

С точки зрения предвыборной кампании 2020 года, которая уже началась, – бесспорно правильно. Вмешался, «восстановил справедливость», наказал тех, кто виновен. В чем виновен? В том, что учительница повела себя в полном противоречии с общепринятыми для педагога нормами поведения? Нет, в том, что «не разобрались».

Я был учителем тогда, когда эта работа еще была престижной и за нее даже платили. Учителя, работавшего на знания школьника, уважали и поддерживали. Администрация создавала ему все условия. И это была далеко не единственная школа в благословенную горбачевскую эпоху.

Сейчас учитель бесправен, нищ, лишен возможности реально совершенствоваться – потому что у него нет денег на покупку книг, система образования финансируется по остаточному принципу, государственное жилье выделяется в двадцатую очередь после бойцов ОМОНа. ОМОНу дом построили – покажите мне в Минске или в областном центре дом, построенный специально для учителей. Не знаю я о таких домах, не слышал.

А еще и дети. Не сахар они сегодня. У каждого в руках телефон, каждый норовит застукать тебя на чем-нибудь и снять ролик, который потом разместит в интернете.

Довели до соответствующего состояния

Это – правда. Воспитание – процесс обоюдоострый, как писал великий педагог-экспериментатор Лев Толстой, не при Анне Северинец будь помянут. Учитель воспитывает учеников, ученики воспитывают учителя. Чтобы учительница с тридцатипятилетним стажем позволила себе матюгаться в присутствии учеников – ее реально нужно довести до соответствующего состояния.

Но я понимаю, почему на ее сторону встали родители класса. Начало учебного года. Дети привыкли. Родители привыкли. Сейчас, если Людмилу Ивановну уволят, кто к ним придет? Новый учитель? Студентка, не имеющая опыта? Нет, верните нашу. Пусть даже она выматюгалась в присутствии наших детей.

Как там один из отцов выразился? «Я тоже сына могу выматюгать».

Но, простите, это ваш сын. Ваш – и только ваш. И то, как вы его воспитываете – это ваше дело. А здесь мат был в присутствии всего класса. Четвертого, повторюсь, а вовсе не выпускного, когда ученик может еще бывалого филолога удивить своими познаниями в матерщине.

Но и в случае с выпускным классом учитель не имеет права опускаться до мата.

Замкнутый круг получается?

Повторюсь: воспитание – процесс обоюдоострый. Восстановлением на работе явно нарушившей педагогический кодекс учительницы с наложением взысканий на людей, которые ни в чем этот кодекс – как, вероятно, и трудовой, но здесь пусть юристы выскажутся – не нарушили, высшая власть четко расставила акценты.

Мат, с ее точки зрения, допустим. Это притом, что норма, согласно которой мат в общественных местах карается согласно кодексу об административных правонарушениях, до сих пор не отменена. То есть, учительница заслуживала, как минимум, штрафа. Ибо школа – общественное место.

Заслуживала ли она большего – не знаю. Но тот факт, что ни один глава государства не имеет права отдавать приказы подобного рода, у меня сомнений не вызывает. Даже если они формально справедливы. Даже если родители об этом просят. Для этого в цивилизованных странах есть суд. Есть профсоюз, обязанный встать на сторону учителя – даже если этот учитель матюгался. И – только так.

В противоположном случае это называется произволом. И абсолютно безразлично, насколько этот произвол обоснован. Вся жизнь теперь превратилась в школу, где главным средством обучения становится мат. Можно ведь, да? И если учителям, то и ученикам? И профессорско-преподавательскому составу? И чиновникам Министерства образования? И всему правительству?

Можно, ребята, можно. Расслабьтесь. Главное – чтобы вас в этот момент не записали на телефон и ролик не выставили в интернет. Но и тогда госпожа Эйсмонт все разъяснит.