Фото: Euroradio.fm

На смену печально известному указу № 488 о борьбе с лжепредпринимательством пришли нормы, заложенные в новый Налоговый кодекс. И бизнес, и юристы, увидели в нем новые риски, опасаясь, что правоприменительная практика может оказаться еще жестче.

Эти вопросы представители бизнеса и госорганов обсудили на круглом столе в среду.

Страхи живы

«Бизнес волнует характер правоприменительной практики статьи 33 Налогового кодекса, — сказал председатель Республиканского союза промышленников и предпринимателей Александр Швец. — Есть 151-й указ, письмо Верховного суда, была встреча с Коллегией адвокатов, мы солидарны с принципом разумности применения статьи и не оспариваем ее нормы.

Бороться с уклонениями и соблюдать законодательство надо. Тем более что тот, кто получает незаконные преференции, нарушает правила конкуренции на рынке. Но настораживает характер перекосов, которые были и при применении 488-го указа. Коллеги считают, что наши страхи надуманные и гипертрофированные. Дай бог!».

Швец напомнил, что уже пять месяцев действует новый кодекс, а страхи остаются, тем более что полученные от судов разъяснения пока не вполне четкие для бизнеса. Он считает, что госорганам следовало бы задекларировать методические подходы по типовым примерам.

Замминистра по налогам и сборам Элла Селицкая признала, что министерство беспокоит негативная реакция общества в отношении практики применения 488-го указа. «Так что мы тоже заинтересованы, чтобы до того, как пойдет практика по 33-й статье НК, этот вопрос обсудили все заинтересованные», — отметила она.

«Я все опасения бизнеса понимаю, но хочу, чтобы вы услышали и нашу позицию — мы не хотели выписать новые составы правонарушений в НК. Прописанные в статье 33 подходы не новы, они уже были в практике. Ничего расширительного в Налоговом кодексе нет», — подчеркнула Селицкая.

Она призвала не спешить с рекомендациями и не пытаться все нюансы хоздеятельности впихнуть в какие-то рамки. Замминистра отметила, что по решению МНС все акты проверок по 33 статье идут через Центральный аппарат МНС, все будут дополнительно оцениваться — как собраны доказательства и т.п.

«У плательщика должны быть возможности для того, чтоб исправить ошибки. Наша цель — не наказание, а предотвращение нарушения», — подчеркнула она.

«Элла Александровна права — каждый случай уникален, один нюанс — и действие становится из подозрительного вполне правомерным и наоборот», — признал Алесандр Швец.

Начальник управления МНС Андрей Сидорчук отметил, что принципы пункта 4 ст 33 НК на самом деле максимально просты:

— не искажай сведения,

— не преследуй цель неуплаты,

— все операции должны быть реальны.

Он рассказал, что с начала года в центральный аппарат поступило уже 13 материалов по 33 статье — 5 из них согласовано, по 5 отказано, 3 отправлены на доработку. При этом предотвращен необоснованный возврат более 1 млн рублей из бюджета. То есть по этим случаем доказано, что иных целей, кроме необоснованного возврата НДС из бюджета, у субъектов хозяйствования не было.

«Есть очевидные случаи, на которые не возможно не реагировать — вчера бухгалтер работал на предприятии и получал в 84 раза меньше, чем он же, став ИП и оказывая такие же услуги той же компании», — отметил Сидорчук.

«Практику мы перестраиваем»

Начальник управления ДФР Марина Дробышевская заверила, что ДФР абсолютно солидарен с позицией МНС и Верховного суда и активно участвует в выработке новых подходов. «Свою практику мы перестраиваем. 488 указ — это наш предыдущий опыт», — подчеркнула представитель КГК, отметив, что определяющим является принцип добросовестности плательщика, и контролеры намерены ему следовать и руководствоваться рекомендациями Верховного суда.

«В рамках проверок дается оценка каждой конкретной хозоперации, ее причины и последствия. Все проверки по статье 33 НК на особом контроле и нас информируют и о планах назначения таких проверок», — рассказала представитель ДФР. Распространенный пример: субъект хозяйствования намерено продавал и оформлял фиктивный вывоз в РФ, в адрес своей структуры. «Есть информация от коллег из РФ — товар не ввозился и не продавался, есть вся доказательная база. Будем вменять неправомерность применения нулевой ставки», — пояснила Дробышевская.

Александр Швец призвал представителей госорганов попробовать понять логику бизнеса, и работать не только с нарушениями, но и с институциональными причинами нарушений. «Если ты бизнесмен и тебе не платит, к примеру, сельхозпредприятие, у тебя нет законных способов вернуть свои деньги. Обанкротить его ты не можешь. В суд идти? Бесполезно, будешь там его 257-ым должником в очереди. Выход — откат, другого способа нет. С этим надо работать», — уверен глава бизнес-союза.

В резолюции отмечено, что неясность перспективы адаптации и применения пункта 4 статьи 33 Налогового кодекса — актуальная проблема для субъектов хозяйствования.

Наиболее приемлемым и разумным было бы:

— осуществление открытого мониторинга и разъяснений применения п. 4 ст.33 НК со стороны МНС, Минфина и КГК;

— упреждающее изложение позиции Верховного суда по пониманию нормы ст. 33 НК, обеспечение прозрачности и открытости судебного процесса в отношении возможных споров по применению этой статьи.

Кроме того бизнес говорит о целесообразности создания реестра, где можно было бы проверить контрагента. Замминистра по налогам и сборам признала, что единого реестра сейчас действительно нет, есть только отдельная информация на сайте МНС, но планируется создание общегосударственной информационной системы, которая даст широкий доступ к информации о контрагентах.