Литовский портал DELFI на минувшей неделе опубликовал историю 30-летнего белоруса, который проживает в Литве вместе с женой и дочерью, а его отец и брат находятся в тюрьме в Беларуси.

Молодой человек рассказал о том, почему так сложились обстоятельства, как пытался получить политическое убежище в Литве и какие сложности испытывает его семья на родине. Эта история оказалась очень похожей на ту, о которой ранее писали белорусские СМИ.

По утверждению мужчины, история началась в 2015 году, когда его отца, владельца компании, и брата задержали сотрудники КГБ по обвинениям в неуплате налогов на сумму 3 миллиона долларов. Отец из-за ухудшения состояния здоровья согласился возместить ущерб частично (750 тысяч долларов), и его освободили из-под стражи в марте 2016 года. Брат оставался под стражей до ноября 2017 года.

— Хотя было обещано, что оба они будут освобождены после вышеупомянутой суммы, — сказал сын владельца компании.

Позже обоих приговорили к лишению свободы.

Молодой человек с семьей уехал из Беларуси в Литву, опасаясь задержаний — об этом его отцу говорили следователи, требуя заплатить оставшуюся сумму ущерба.

В 2017 году белорус подал прошение о получении политического убежища в Литве, но получил отказ. Литовские миграционные власти заявили, что в деле его отца и брата нет политических мотивов, а ему самому не угрожает уголовное преследование.

В отцовской компании этот человек работал советником директора. Вместе со своей женой они являются акционерами компании, работающей в Литве.

В Беларуси дело расследовал КГБ. Ведомство обратилось в Литву с просьбой предоставить интересующую его информацию. Прокуратура Литвы удовлетворила запрос и предоставила, в том числе, банковскую информацию. Прокуратура Литвы объясняет, что делится информацией с зарубежными органами в соответствии с международными договорами.

— Мой дядя (…) — диссидент в Беларуси, и с 1998 года ему предоставили убежище в Польше, потому что правительство Лукашенко преследовало его, поэтому ему пришлось бежать из страны. Мы часто говорили о политической ситуации в Беларуси, управлении Лукашенко и ее последствиях для народа Беларуси. Проблема не в том, что в стране доминирует старая номенклатура, а в том, что у власти есть молодые люди, которые очень хорошо усвоили старые методы управления, — считает 30-летний белорус.

В беседе с DELFI он не стал раскрывать свои имя и фамилию, потому что его отец и брат все еще находятся в колонии. Брат должен выйти на свободу в декабре 2019 года. «Мы, как это возможно по закону, пишем жалобы, что состояние здоровья папы очень плохое. И это не очень нравится руководству колонии. Я не боюсь за себя, я просто волнуюсь за своих близких, — пояснил молодой человек.

«Меня судят за то, что помогал нашим предприятиям выпускать продукцию»

В 2018 году о похожей истории писал Белорусский партизан.

В декабре 2017 года в суде Фрунзенского района был оглашен приговор гендиректору и основателю компании «ФЭК» Николаю Фомину и его старшему сыну Олегу. Отец получил 5 лет колонии, сын — 4 года. Свою вину Фомины не признали.

А все началось в декабре 2015 года, когда силовики задержали Фоминых и еще некоторых сотрудников компании «ФЭК». Бизнесменов обвиняли в неуплате налогов в общей сложности на 3 млн долларов. «ФЭК» работал на рынке с 1993 года и являлся крупнейшим поставщиком электронных компонентов в Беларусь.

После задержания Николай Фомин провел в СИЗО КГБ несколько месяцев. Силовики предложили пойти на сделку: признаешь вину — компенсируешь ущерб — пишешь прошение о помиловании и дело до суда не доходит. Цена для Фомина составила 3 миллиона долларов.

— У меня таких денег не было, — рассказывал Николай Александрович «Белорусскому партизану» за пару недель до начала суда. — Я примерно подсчитал, сколько могу заплатить — выходило чуть меньше миллиона. Но эти деньги не лежали в тумбочке — их нужно было вывести из активов компании. А для этого необходимо было выйти из стен СИЗО. Мне изменили меру пресечения, а сына оставили фактически в заложниках. Пообещали, что как только деньги поступят на счет, ему изменят меру пресечения. Но он остался в СИЗО даже после того, как деньги были перечислены на депозит КГБ…

Выступая в суде с последним словом, Николай Фомин, который перенес несколько сложных операций, подробно рассказал о своем бизнесе.

— Я создал свою фирму в 1993 году, — говорил бизнесмен. — Тогда стоял перед выбором: жить на пенсию или создать свое дело. После перевода из Вооруженных сил России на должность начальника метрологической службы фанипольской бригады ПВО, я был уволен по сокращению штатов. У меня не было квартиры, но мне полагалась военная пенсия. По образованию я радиоинженер, поэтому решил создать фирму, которая поставляла бы электронные компоненты для нужд промышленности и ВПК Беларуси.

Санкции Запада в отношении Беларуси и экономические сложности внутри страны вынудили бизнесмена искать новые механизмы работы.

— Ко мне обращались предприятия ВПК с просьбой помочь привезти комплектующие для производства военной техники, так как из-за введенных в отношении Беларуси санкций они не могут их приобрести за границей (или из-за эмбарго, или потому, что они сами попали в список предприятий, на которые наложены ограничения). В эти списки попали Пеленг, МАЗ, Агат и другие… Кроме того, в 2008—2014 годах были ограничения по покупке валюты, множественности курсов, запреты по предварительной оплате за рубеж, за поставляемую продукцию. Я не мог сказать, что не могу поставить необходимые компоненты, и начал думать, как решить эту проблему. Однако сегодня меня судят за то, что я все делал для того, чтобы помочь нашим предприятиям выпускать продукцию.

Чтобы обойти эти ограничения, Фомин зарегистрировал компании в Великобритании и Литве.

— Я проверил легальность такой схемы работы во многих белорусских инстанциях — консультировался в министерствах по налогам и сборам и промышленности, Таможенном комитете и других государственных органах. Все ответили, что это легальные схемы работы! И только КГБ заявляет, что я не платил налогов… Не понимая даже и близко ни специфики работы, ни норм законодательства!..

Николай Фомин наряду с другими белорусскими бизнесменами угодил под действие указа № 488, который был направлен на борьбу с лжепредпринимательством, но на самом деле вызвал множество вопросов, из-за которых документ планировалось отменить.

Бизнесмен утверждал, что «ФЭК» ежегодно платила налоги в казну Беларуси до 1−1,5 млн долларов.

— В связи с уголовным делом и приходом на рынок Беларуси других продавцов цены для предприятий автопрома и военпрома выросли от 20 до 30 процентов, — пытался убедить следствие и суд Николай Фомин. — Участие иностранного юридического лица при поставках вышеуказанной продукции в Беларусь является не только вынужденным, но и необходимым с точки зрения экономической безопасности. Я описал весь путь развития моего бизнеса, от момента его создания. Указал на все объективные причины, способствовавшие принятию тех либо иных решений, в том числе по созданию предприятий в других странах. Целей сокрытия налогов я не преследовал, напротив, делал так, чтобы не нарушать законодательство: легально регистрировал фирмы, нанимал руководителей для осуществления финансово-хозяйственной деятельностью. Никакого умысла, а тем более никакого занижения налогооблагаемой базы не было. Наши цены в Беларуси были самыми низкими, а производители продукции известные мировые компании.

В Генпрокуратуре Беларуси подтвердили TUT.BY, что Фомин-младший к выдаче из Литвы не запрашивался. Получить комментарий в КГБ Беларуси не удалось.

Фомины находятся в родстве с известным в прошлом бизнесменом Александром Пупейко, который уже много лет живет не в Беларуси. Впрочем, бизнес Фомина и Пупейко никогда не пересекался, к холдингу «Пуше» владелец «ФЭК» не имел никакого отношения.