Фото с сайта belrynok.by

Начало текущего года ознаменовалось изменением подходов государственного контроля к работе с лжепредпринимателями. По крайней мере, об этом говорят белорусские чиновники и свидетельствуют новации экономического законодательства, вступающие в силу в 2019 году. Насколько существенны данные изменения и почувствует ли бизнес реальную либерализацию государственного контроля? Попробуем разобраться.

Указ 488 в силе?

С начала года прошел уже месяц, а указ президента от 23.10.2012 года № 488 «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств» (далее – Указ № 488) до сих пор не отменен. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что у органов власти нет единого мнения о том, обязательна ли отмена указа № 488 для полной либерализации государственного контроля в Беларуси или нет. И это вполне объяснимо.

Для либеральной части правительства и субъектов предпринимательства Беларуси указ № 488 является символом несправедливого и однобокого трактования норм налогового законодательства в пользу контролеров. Поэтому отмена указа № 488 для них является значимым показателем реальной либерализации законодательства.

В свою очередь для белорусских контролеров и силовых органов указ № 488 это наиболее эффективный и простой инструмент наказания белорусского бизнеса, доначисления дополнительных поступлений в бюджет в форме налогов и штрафных санкций. За последние годы сложилась такая благоприятная для белорусских контролеров правоприменительная практика, при которой нормы указа № 488 всегда трактуются в пользу контролеров, а действие указа № 488 применяется даже к правоотношениям, возникшим до момента вступления в силу указа № 488. То есть фактически указ № 488 действует задним числом вопреки всем существующим нормам законодательства.

В этой связи возможная отмена указа № 488 сразу же ставит перед контролирующими органами ряд сложных вопросов. Во-первых, как поступать с возбужденными по указу № 488 уголовными делами, в которых налоги и штрафные санкции дополнительно начислены по хозяйственным операциям, проведенным до 1 января 2013 года, то есть до момента вступления в силу указа № 488? Прекращать ли в данном случае уголовное преследование бизнеса в связи с отменой указа № 488 или нет?

Во-вторых, каким образом начислять штрафные санкции по хозяйственным операциям с лжепредпринимателями, если отменить указ № 488? Указ № 488 содержит простой и эффективный механизм дополнительного начисления НДС и налога на прибыль по хозяйственным операциям с лжепредпринимателями, которого нет больше ни в одном нормативном документе. В этой связи более вероятным видится ситуация принятия новой редакции указа № 488 или принятие нового указа, в который будут перенесены наиболее важные для контролирующих органов положения из указа № 488.

В этой связи интересными выглядят противоречия между указом № 488 и новой редакцией Налогового кодекса. Так, указом № 488 предполагается дополнительное начисление налога на прибыль по выручке, полученной при реализации товаров (работ, услуг) лжепредпринимателям. Данная выручка, согласно указу № 488, дополнительно облагается налогом на прибыль в качестве внереализационных доходов.

В результате получается, что выручка предприятия, полученная от реализации товар (работ, услуг) лжепредпринимателям является объектом налогообложения дважды. В первом случае — в общеустановленном порядке. Во втором — в качестве внереализационных доходов по указу № 488.

То есть, по сути, нарушается пункт 1.5 статьи 2 Налогового кодекса о справедливости налогообложения, в котором говорится, что один и тот же объект налогообложения у одного и того же налогоплательщика может облагаться одним и тем же налогом только один раз. По белорусскому законодательству нормативные документы президента имеют большую юридическую силу, чем Налоговый кодекс, а поэтому на практике действует указ № 488, а не справедливое налогообложение, прописанное в Налоговом кодексе.

Либеральный Налоговый кодекс?

Третья существенная составляющая указа № 488, которая характеризует порядок и методику признания хозяйственной операции с лжепредпринимателями незаконной, успешно перекочевала в новую редакцию Налогового кодекса, а именно в статью 33. Так, в пункте 4 статьи 33 Налогового кодекса определены следующие три случая (метода налогового контроля), при которых контролирующие органы смогут дополнительно доначислять налоги в ходе проверок:

1) установление искажения сведений о фактах (совокупности фактов) совершения хозяйственных операций, об объектах налогообложения, подлежащих отражению плательщиком в бухгалтерском и (или) налоговом учете, налоговых декларациях (расчетах), а также в других документах и (или) информации, необходимых для исчисления и уплаты налогов (сборов);

2) основной целью совершения хозяйственной операции являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет, возврат суммы налога (сбора);

3) отсутствие реальности совершения хозяйственной операции (включая случаи, когда фактически не поступил товар (нематериальные активы), не выполнены работы, не оказаны услуги, не переданы имущественные права).

Третий случай практически дословно копирует порядок наказания субъектов предпринимательства, прописанный в указе № 488, а значит, данное положение будет действовать даже в случае возможной его отмены. Первый же и второй случаи являются ранее забытыми новациями в налоговом контроле, которые расширяют возможности наказания белорусского бизнеса.

В первом случае налоговая статья может трактоваться широко, как наказание бизнеса в случае расхождения между данными налогового учета и данными налоговой декларации, что понятно и обоснованно. С другой стороны, данный случай можно рассматривать и как наказание бизнеса за факт исправлений в первичных бухгалтерских документах или налоговом учете, что сомнительно и не всегда законно. Хотя на практике вполне может быть реализовано.

Также широко и неоднозначно может трактоваться и второй случай. По аналогии с правоприменительной практикой указа № 488 экономическую обоснованность любой хозяйственной операции субъекта хозяйствования можно подвергнуть сомнению. Так, например, зачем предприятию второй или третий служебный автомобиль, если уже есть один? Не является ли основной целью использования служебных автомобилей уход от налогообложения (неуплата налога на прибыль), а не экономические потребности предприятия? Как это доказать, проверить и оценить на практике?

По сути, данный случай возвращает нас в докодексовый период до 2010 года, когда существовал перечень затрат, которые можно учитывать при исчислении налога на прибыль. Фактически государство опять отдает на усмотрение контролеров вопрос определения того, какие расходы и хозяйственные операции необходимы для экономической деятельности бизнеса, а какие не нужны. Последнее является однозначным шагом назад в либерализации налогового законодательства в Республике Беларусь.

При этом уверения Министерства по налогам и сборам о том, что статья 33 не является инструментом наказания бизнеса и будет использоваться либерально и избирательно, вызывает следующие обоснованные сомнения. Во-первых, если государственные органы хотят реально либерализовать налоговый контроль, то зачем вводить в Налоговый кодекс оценочные и размытые понятия, которые могут однозначно трактоваться в пользу контролеров? Что это, непрофессионализм составителей Налогового кодекса или осознанное желание оставить возможности контролерам для простого и эффективного наказания бизнеса? Каждый может ответить на этот вопрос сам.

Во-вторых, как простой налоговый инспектор сможет за 30 дней проверки реально понять и оценить несколько лет работы предприятия на предмет экономической обоснованности, правомерности и необходимости тех или иных затрат и хозяйственных операций? Сможет ли это объективно сделать тот чиновник, который вносил данные «либеральные новации» в Налоговый кодекс? Зачем, зная опыт реализации указа № 488, перекладывать на плечи рядовых контролеров такие сложные оценочные вопросы, если нет уверенности в том, что они будут правильно применены на практике? Вопросы риторические.

Уголовные послабления

Если с правоприменительной практикой указа № 488 и новой редакцией Налогового кодекса перспективы 2019 года пока туманные, то с новой редакцией Уголовного кодекса, вступающего в силу с 19 июля 2019 года, ситуация более понятна. Похоже, государство решило реально декриминализировать некоторые экономические статьи уголовного законодательства. Что вполне понятно. Зачем наказывать бизнес реальными сроками заключения, если более выгодным для государства является наказание бизнеса рублём.

Во-первых, изменения Уголовного кодекса связаны с отменой некоторых статей, устанавливающих уголовную ответственность за ряд экономических преступлений. Так, с июля 2019 года не будет являться уголовным наказанием нарушение порядка открытия счетов за пределами Республики Беларусь, лжепредпринимательство, нарушение антимонопольного законодательства, дискредитация деловой репутации конкурента.

Под лжепредпринимательством в данном случае понималась деятельность по регистрации индивидуального предпринимательства или юридического лица без намерения осуществлять легальную экономическую деятельность с уплатой налогов. На практике это выражалось в регистрации субъекта предпринимательства на подставное лицо с последующей официальной работой (выпиской накладных, составлением договоров, выполнения работ или оказания услуг), но без уплаты налогов. Ключевым фактором в данном случае была именно неуплата налогов.

Во-вторых, ряд изменений в Уголовном кодексе связан с уменьшением ответственности. Так, изменен общий размер крупного и особо крупного размера для экономических преступлений. С июля 2019 года крупным будет считаться ущерб в размере 1 000 базовых величин (сейчас 250 базовых величин), а особо крупный 2 000 базовых величин (сейчас 1 000 базовых величин).

В связи с увеличением общей планки ущерба изменились и шкалы нарушений по некоторым другим статьям. Так, с двух до четырех тысяч базовых величин увеличен лимит возбуждения уголовного дела при невозврате валютной выручки в Беларусь. При этом по статьям контрабанда и незаконный экспорт исключено наказание в виде конфискации товара, а оставлен только штраф.

В-третьих, в Уголовном кодекса изменена редакция ряда статей. При этом с точки зрения государственного налогового контроля наиболее важными являются изменения в статьях по незаконной предпринимательской деятельности и уклонению от уплаты налогов.

Так, под незаконной предпринимательской деятельностью теперь будет пониматься только деятельность без специального разрешения (лицензии). При этом не будет считаться незаконной предпринимательской деятельностью, подпадающей под уголовное преследование, деятельность без государственной регистрации. В этой связи даже внесено изменение в статью 19 новой редакции Налогового кодекса, согласно которой физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без регистрации индивидуального предпринимателя, обязано уплачивать такие же налоги, которые законодательством возложены на индивидуального предпринимателя. Фактически государственный контроль теперь будет акцентировать внимание не на факт регистрации белорусского бизнеса, а на факт уплаты или неуплаты налогов, что является общим цивилизованным подходом.

В статье 243 «Уклонение от уплаты налога» Уголовного кодекса увеличен размер ущерба, который признается крупным и особо крупным. Так, крупной суммой неуплаты налога с июля 2019 года будет считаться сумма, превышающая 2 000 базовых величин на дату совершения преступления (сейчас более 1 000 базовых величин). Особо крупной будет считаться сумма неуплаты налогов в размере более 3 500 базовых величин на дату совершения правонарушения (сейчас более 2 500 базовых величин).

Все вышеперечисленные изменения в Уголовном кодексе свидетельствуют о реальной декриминализации ряда экономических статей уголовного законодательства. Поручения Президента в данном вопросе в целом можно считать выполненным.

В заключении отметим, что перечисленные выше новации экономического законодательства свидетельствует о том, что в 2019 году, скорее всего, сохранятся существующие у контролирующих органов методы проведения проверок и дополнительного начисления налогов и штрафных санкций по договорным отношениям с лжепредпринимателями и не только. Даже полная отмена указа № 488 не гарантирует изменения подходов контролирующих органов к проверкам и дополнительному доначислению налогов. Как не гарантирует отмена указа № 488 и возможности принятия нового нормативного документа президента, в который перекочуют все выгодные для контролеров положения.

Что реально изменится в 2019 году, так это перечень уголовных статей, по которым будут наказывать белорусский бизнес. Так, теперь не будут наказывать бизнес за сам факт лжепредпринимательства либо отсутствия государственной регистрации, а лишь за факт неуплаты налогов.

С формальной точки зрения подход к уголовному наказанию бизнеса будет либерализирован и станет более цивилизованным. Останется лишь либерализировать подходы к порядку и методам дополнительного начисления налогов по проверкам, чтобы и применение статьи 243 Уголовного кодекса «Уклонение от уплаты налогов» стало тоже цивилизованным, то есть по факту реальной неуплаты налогов, а не по внешним формальным признакам, как это происходит с указом № 488.