Почему у Минкульта грамоты – непочетные?
Фото: http://www.artmuseum.by

Вы умеете достойно принимать подарки? Причем очень дорогие   подарки. Не каждый ответит на этот вопрос, потому что у нас с вами, людей небогатых, даже такого опыта нет, и, может, за всю жизнь он не появится – и я здесь не про колечко с бриллиантом поведу речь. А про настоящие историко-культурные ценности.

Например, недавно Национальный художественный музей принимал в подарок от частного дарителя картину художника Михаила Кикоина, принадлежащего к плеяде живописцев Парижской школы. Творчество этих еврейских художников-эмигрантов начала XX века в последнее время поднялось у нас в цене в прямом и переносном смысле с легкой руки «Белгазпромбанка». Банк стал собирать картины этих выходцев из наших краев в свою корпоративную коллекцию, выставлять их с большим размахом и помпой и таким образом пропагандировать великую ценность произведений.

Не сказать, что то же самое (я про ценность) происходит на международных аукционах – кроме Шагала и Сутина, естественно. В картины Шагала и Сутина финансовыми корпорациями вкладываются миллионы, как в банк на хранение. Но творчество Михаила Кикоина, конечно, до таких материальных высот не поднималось никогда. Он и при жизни богатым не был, и потом его картины продавались не очень уж дорого. В Париже ему часто приходилось одалживаться на жизнь у более успешных товарищей. Кстати, те ему не всегда давали взаймы, сытый голодного не разумеет. А когда однажды Кикоин спросил у Сутина, что ж он не навещает свои родные пенаты – «Улей» на Монпарнасе, с которого они все начинали, – последний ответил, что парижские таксисты не знают такого адреса. Впрочем, повторю, к плеяде художников Парижской школы Михаил Кикоин причислен, а значит, по умолчанию теперь ценится.

И вот Национальный художественный музей принимал в подарок «Натюрморт» Кикоина, камерную, небольшую работу. Его преподносил стране почетный консул Беларуси в Лозанне (Швейцарская Конфедерация) Андрей Нажескин.  Он выкупил эту картину из частной коллекции в США, привез ее в Швейцарию и благодаря помощи наших дипломатов передал в Беларусь. На этой церемонии присутствовало много официальных лиц – отечественных чиновников, зарубежных гостей, и, в принципе, атмосфера сложилась торжественная. Под звуки старинной музыки в исполнении фольклорного ансамбля БГУ стороны обменивались благодарностями и заверениями в дальнейшем тесном сотрудничестве – все по протоколу.

Дошла очередь до Министерства культуры – его представлял Олег Александрович Скарина, не рядовой чиновник этого учреждения, а заместитель начальника управления. Он тоже поблагодарил дарителя – консула Андрея Нажескина: сначала на словах, а потом от своего ведомства стал вручать консулу почетную грамоту в рамочке. Но при этом Скарина так печально вздохнул и почти жалостно скривился: «Ну, что имеем…» И это прозвучало, доложу я вам, так «па-жабрацку», с каким-то нелепым жалостным подтекстом… И стало очевидно, что ценность этой грамоты почти нулевая прежде всего для самих представителей Министерства культуры. Как говорится, другой благодарности у нас нет, уж не обессудьте незадачливых белорусов, господин консул.

Но у консула между тем, подозреваю, совсем другие расчеты. Человек серьезный, он ведет (или собирается вести) с нашей страной бизнес, поэтому картина музею в подарок, если честно, это как «входной билет» в белорусскую экономическую зону. Грамота для него вполне приятна, хотя и достаточно условна, не будем, естественно, преувеличивать. Но чиновник от министерства вообще смазал ее значение, что хоть в руки не бери эту «бумажку государеву». Ну нельзя же так, право слово! У каждой страны есть подобные поощрительные документы. Или мы ценим только звон монет? Кстати, в зале, моментально уловив эти нищенские интонации, кто-то коротко хохотнул: «Что имеем, тем и можем!» Впору было свалиться от смеха… Хотя я и постаралась быстро подавить в себе приступ несвоевременного веселья.

В общем, одна неверная интонация – и пафос официального момента испарился, как летняя лужа.  И все наше культурное ведомство предстало какой-то несостоятельной структурой, у которой даже почетная грамота – непочетная.

Вот что значит слово, фальшиво произнесенное. И поделом. Пора чиновникам научиться в хорошем смысле государственному апломбу и дипломатическому артистизму. А то сплошной провинциализм: посыпать голову пеплом, поплевать на свое… Благо бы хоть с выгодой, как при высоких торгах о цене на нефтепродукты. А так ведь просто от извечной нашей привычки прибедняться по всякому поводу.

Статья вышла в газете «Народная Воля», № 103 за 28 декабря 2018 года.