Глава «Европейской Беларуси», экс-кандидат на пост президента и бывший политзаключенный Андрей Санников выступил со статьей относительно празднования 25 марта Дня Воли. Санников, как и «Хартия-97», выступал за проведение уличной акции на День Воли. Сейчас Андрей Санников живет за пределами Беларуси.

Прежде всего политик пишет, что после задержаний Статкевича, Некляева, Сивчика, у него болело сердце.

«А как же концерт? Ведь людям хочется хоть в такой форме отделить себя от этой серости. Нет, концерт должен быть. Это будет хорошо. Он будет не совсем настоящим, но пусть он будет. Пусть будут флаги, пусть будут семьи. Да, семьи — это важно», — отмечает Санников.

Что касается десятков задержанных людей на площади Якуба Коласа, то глава «Европейской Беларуси» называет это «молчаливой и отчаянной решимостью белорусов». Концерт посмотреть Санников признается, что не смог, так как, по-видимому, «включал в самые неудачные моменты, когда хотелось сразу выключить».

Андрей Санников перебрасывает мостик с 2018 на события 2010. По его мнению, тогда все стало очевидным. «Что ловкачам спрятаться не удастся. Что стукачи, которые засветились в особенности в первые дни декабрьского безумия диктатора, не имеют права на присутствие в политике на стороне белорусов. И все равно, как и когда случился момент слома или вербовки, они должны были просто уйти в небытие». Конкретных имен политик не называет.

Теперь же, по его мнению, это «группа непонятных лиц стала самой заметной командой в обслуживании Лукашенко в оппозиционной среде». «После небольшого перерыва они стали ньюсмейкерами в большинстве «независимых» СМИ. Здесь даже не нужно вдаваться в подробности. По-моему, совершенно очевидно, что они из себя представляют и что они работают как одна команда. Слаженно, иногда творчески обслуживают своих хозяев», — пишет Санников.

Что касается дискуссии относительно проведения Дня Воли, то Санников называет ее «драматургически интересной». «Но потом оказалось, что часть тех, кто спорил, была актерами и была в курсе сюжета, точно знала свои роли, а вторая плохо понимала, что происходит, нервничала и срывалась из-за этого непонимания. Все потому, что в какой-то момент Беларусь, как таковая, у поклонников концерта просто исчезла из обсуждения. Это, конечно, было сделано мастерски. Лица, которые непонятно откуда взялись на оргкомитете, стали главными героями и дали всем понять, что они уже договорились с режимом о концерте», — считает политик.

«А потом команда подтанцовки стала продавать всю эту шнягу как конфликт поколений. Я был за конфликт поколений. Если бы он имел место, он был бы очень кстати. Но ничего подобного нет. Есть «ментовская прокладка», как это называют на зоне», — категоричен в оценках Санников.

«Группа молодых людей, для меня непонятных, выполнила функции подрядной фирмы по организации массовых мероприятий разрешенного типа. Группа искусственно раскрученной подтанцовки обеспечила как бы политическое прикрытие этого мероприятия. Но причем тут оппозиция?»

«Все было бы неплохо, если бы через организаторов концерта был установлен хоть какой-то канал коммуникаций с режимом для обсуждения перемен. Но пока они служат только для ретрансляции распоряжений власти. Пока это всего лишь выпускной клапан», — подводит итог Санников.

Молодофронтовец Змитер Дашкевич во время онлайн на своей странице в Фейсбуке высказался о результатах проведения Дня Воли в Минске.

«Это невероятно. Такого в Беларуси не было», — считает Дашкевич.

Он несколькими словами прошелся по заявлениям Андрея Санникова, что концерт организовала «подтанцовка» и «ментовские прокладки».

«Не нужно обращать внимание на завистников, которые сами не знали, как и что делать, кроме накатанной годами схемы. Как сказала одна сестра по церкви: «Часть людей восприняла разрешение на акцию в центре Минска как благословение, а вторые — как яичницу». Грустно становится за людей, которые претендовали чуть ли не на мессианскую роль».

Змитер Дашкевич вспомнил 2006 год, когда он был арестован за несколько дней до «Большого джинсового фэста», который «Хартия» организовала на площади Бангалор.

«Тогда они это не считали загоном. Проводили концерт. Я в СИЗО читал об этом концерте, где и меня упоминали. Никакой проблемы нет», — сказал бывший политзаключенный.