В правосудии отказано

22

Толчок следствию дают только независимые журналистские расследования. Одно из них было написано американским журналистом Кристофером Миллером под названием «В правосудии отказано: Украина не продвинулась в расследовании убийства Павла Шеремета» по просьбе “Комитета по защите журналистов». Доклад был опубликован 12 июля 2017 года.

Мы поговорили с автором доклада, чтобы подробнее узнать о ходе следствия и причинах его тормозящих.

О цели доклада

Цель доклада заключалась не в том, чтобы раскрыть убийство Павла. Для этого надо было начинать расследование сразу после его смерти. В докладе я сделал аутопсию самого расследования, которое проводится украинскими органами, чтобы понять, почему до сих пор нет результатов, что было сделано правильно, а что нет. Мы проводили расследование самого следствия, пытались понять, кто им руководит, какие органы им занимаются, каких результатов им удалось добиться. В результате мы узнали, что многие вопросы остались без ответа, некоторые вещи в ходе расследования были выполнены отвратительно.

Кто руководит следствием?

Даже трудно было определить человека, который фактически руководит расследованием. После убийства было понятно, что Хатия Деканоидзе как глава Национальной полиции Украины в то время руководит ходом расследования. После того, как она ушла в отставку в ноябре 2016 года, её преемник Сергей Князев должен был возглавить следствие. И он вроде бы как это и делал, но были и другие люди, которые управляли следствием. Князев в разговоре со мной отмечал, что фактически процессом руководят два человека: он и глава следственного департамента при МВД.

После публикации доклада в июле 2017 мы вместе с матерью Павла Людмилой Станиславовной, дочерью Елизаветой и Алёной Притулой встречались с Петром Порошенко. Тогда он сказал, что всем руководит заместитель генерального прокурора Дмитрий Сторожук. Эту фамилию в тот день я услышал впервые. И я встретился с ним. Но он также отрицал, что находится в самом верху этой пирамиды. Каждый кивал на другого, все старались дистанцироваться от ответственности. Когда дело так широко освещается в СМИ, имеет такой резонанс, то надо хотя бы выстроить эту вертикаль, но у них даже это не получилось. И это вызывает вопросы. Кто перед кем отчитывается? Кто даёт задания? В конце концов, кто отвечает за результат? Можно сказать, что в самом верху цепи должен быть президент. Но Порошенко сказал, что он как президент не может быть вовлечён в расследование, что он может только оказывать давление на людей, если прогресса не будет.

Луценко: «Почему убийство Шеремета не раскрыли? Не повезло»

Юрий Луценко, генеральный прокурор Украины, недавно заявил, что они раскрыли убийство Дениса Вороненкова, чем очень гордятся. Тогда украинский журналист поинтересовался, почему это дело раскрыли относительно быстро, а дело Шеремета стоит на месте. Луценко ответил: «Не повезло». Понимаю, что, может, доля везения в таких делах должна быть. Но благодаря моему докладу и той прекрасной работе, которую провели ребята из Slidstvo.Info и «Центра по исследованию коррупции и организованной преступности» (фильм-расследование «Убийство Павла – прим.), мы знаем, что дело не только в отсутствии везения. Некоторые свидетели не были допрошены, бывший сотрудник СБУ, который находился в непосредственной близости от места закладки бомбы, был попросту не замечен следствием. На эти и другие моменты следствие должно было обратить внимание намного раньше. Усердная работа и настойчивость могли способствовать прогрессу. Я думаю, власти действительно хотели найти виновных и сделать это быстро. Но, возможно, в ходе следствия могли всплыть неприятные факты, которые и не позволили делу двигаться дальше. Я не хочу заниматься инсинуациями и говорить, что кто-то из правительства в этом замешан, но во многих похожих делах, как правило, кто-то кого-то покрывает. И обычно это люди, которые каким-то образом связаны с властью.

Бывший сотрудник СБУ был возле дома Шеремета в ночь перед убийством

Возможно, правительство тут ни при чём. Допустим, выяснилось, что в убийстве замешан не российский, а украинский гражданин. Властям стало очень удобно во всех бедах винить Кремль или ФСБ. Да, факт, что Россия аннексировала Крым, факт, что Россия поддерживает ЛНР и ДНР. Факт и в том, что русские солдаты воевали в восточной Украине. Всё это факты. И не для кого не будет сюрпризом, если Россия и дальше будет дестабилизировать обстановку в Украине разными способами, в том числе, возможно, и посредством убийств. Но это не значит, что все убийства заказаны Кремлём или российскими спецслужбами. Только в некоторых делах есть такие доказательства. К примеру, в деле Дениса Вороненкова есть определённое количество фактов (хоть и не в полном объёме), которые указывают на причастность России. Что касается убийства Шеремета, таких доказательств тут нет. Как и нет доказательств причастности какой-либо другой страны или человека. Помимо одного. В ночь убийства в непосредственной близости от места, где закладывалась бомба, находился бывший сотрудник СБУ Игорь Устименко. Я думаю, этот факт вызывает определённый дискомфорт у украинских властей. Они сделали всё возможное, чтобы дистанцироваться от этого человека. Но, думаю, это одна из причин, почему дело застопорилось. Ведь полиция не любит, когда дела остаются открытыми. Тем более, когда это освещается мировой прессой, Европейские политики за этим следят. Никто не хочет уходить на пенсию с клеймом следователя, который провалил такое дело.

Конечно, это подозрительно, что Устименко очень долго слонялся под камерой, поставил под ней и машину, вёл себя подозрительно. Когда «Центр по исследованию коррупции и организованной преступности» вышел на него, он относительно открыто с ними общался. Причём несколько раз. Да, может, он и не причастен к убийству никоим образом. А, может, он был там для отвлечения внимания. Или кто-то использовал его в этих целях. Тем не менее, всё это подозрительно. Я не думаю, что он на 100% непричастен. Он знает больше, чем сказал. Тем более, почему на него не вышло официальное следствие намного раньше?

Шеремет – цель киллеров, но не преступления

Конечно, Шеремет был влиятельным журналистом. Но в Украине он, скорее, был ведущим (как на радио, так и на телевидении). Он не вёл никаких расследований. Я думаю, что он был целью киллеров, но не был целью преступления. Возможно, таким образом кто-то хотел добраться до Алёны Притулы. «Украинская правда» раздражала власти. Это просто моя теория, но, думаю, что Герогий Гонгадзе был убит по схожим причинам. Притула как главный редактор имела влияние. Все эти годы «Украинская правда» испытывала давление и при Кучме, и при Ющенко, хоть и в меньшей степени, чем при Януковиче,  и, конечно, при Порошенко. Когда началась война, атмосфера, в которой работали журналисты, была противоречивой. Людей разделили на два лагеря: либо ты патриот, либо нет. И твоя работа как журналиста должна это отражать. Те журналисты, которые работали в восточной Украине, в частности в ДНР и ЛНР, подвергались критике за то, что получали аккредитации на этих территориях. Даже не смотря на то, что этот патриотический лагерь использовал информацию, обнародованную журналистами из восточной Украины, в качестве доказательства того, что российские военные участвуют в боевых действиях.

За шесть недель до убийства Паши мы были на пресс-конференции в администрации президента. Святослав Цеголко, пресс-секретарь Порошенко, подошёл к нам и в шутливой форме пристал к Шеремету, что тот задавал вопросы на русском, а не на белорусском для разнообразия. Мы шутили, смеялись. И тут подходит журналист hromadske.tv с камерой и заявляет, что ничего смешного тут нет. Дескать, мы серьёзные журналисты и хватит веселиться. Это был символический момент. В той атмосфере беспокойства и страха нам оставалось только смеяться над этим. Через шесть недель Шеремета не стало. С тех пор расстояние между двумя лагерями только увеличивалось, нарастало напряжение, никто не знает ни виновных, ни мотива преступления. Это нервирует особенно тех журналистов, которые критикуют власть. И пока дело не закроют, никаких улучшений в этом плане не будет.

За «Украинской правдой» следили

Я не хочу строить предположений, а опираюсь на факты. Но мы можем быть практически уверены в том, что журналисты «Украинской правды», в том числе Алёна Притула, Павел Шеремет и Севгиль Мусаева (главный редактор-прим.), были под наблюдением.  Вопрос в том, кто за ними следил. Основываясь на том, что я видел и слышал, думаю, что следили СБУ и некоторые группы в МВД и Национальной полиции. Возможно, это были люди, которые не напрямую сотрудничали с этими органами, но действовали по их поручению.

Женщину, которая заложила бомбу, идентифицировали

У полиции есть видео, где чётко видно лицо женщины, которая заложила бомбу. Они опубликовали часть того видео, но специально сделали очертания лица размытыми, чтобы та не испугалась и не уехала из страны. Но если вы убили человека, да ещё сделали это на виду у всех, надолго вы останетесь с этой стране? Я думаю, что их уже нет в Украине. Но очень подозрительно, что полиция не обнародовала больше никакой информации о подозреваемых. После публикации моего доклада некоторые следователи сообщили, что они идентифицировали эту женщину. Не в том плане, что определили её ФИО, гражданство и т.д., но нашли ещё фотографию, на которой та же женщина. Но никакая информация касательно этого не была предана огласке. Мы не знаем, откуда взялась вторая фотография. Из социальных сетей? Из газеты? Откуда? Это могло бы дать ответы на многие вопросы. Одно дело, когда вы скрываете какие-то факты в первые недели расследования. Это понятно. Но через 1,5 года лучшее, что можно сделать, это попросить общественность помочь.

О роли Александра Клименко, бывшего министра доходов и сборов Украины

Что касается роли в этой истории бывшего соратника Януковича Александра Клименко, который сбежал в Россию, насколько я знаю, следователи не рассматривают эту версию.  Они знают, что незадолго до гибели Шеремет встречался с Клименко в Москве. Они вроде даже пытались связаться с Клименко. Не знаю, получилось у них или нет. Но они мало говорят о том, что Клименко может быть связан с делом. У меня нет доказательств, подтверждающих эту идею. Я общался с Клименко через его пресс-службу и людей, имена которых я не могу назвать. И знаю наверняка, что он предлагал Шеремету должность главного редактора и надеялся, что с помощью такого известного и уважаемого человека сможет восстановить свою репутацию в Украине, подготовить почву для возвращения. Павел отказался. Более того, он говорил, что не чувствовал себя в безопасности во время той поездки. Его дочь Лиза рассказывала, что Павел нервничал перед встречей с Клименко.

Может, кто-то и не хотел, чтобы бывший министр вернулся в Украину. Я не знаю, является ли это причиной для убийства. Я не знаю, подозревала ли полиция Клименко. Но я знаю, что работа, которую они проделали, была недостаточно хорошей.

Когда мы встречались с Порошенко в последний раз, он пообещал пригласить в Украину независимого иностранного следователя.  И вот в сентябре этого года я снова встречался с Порошенко. И спросил его, почему до сих пор никого не привлекли. Он посмотрел на меня и сказал: «А вы предложите кого-нибудь». Это ещё один пример того, что власти не относятся к делу серьёзно.

 

Поделиться ссылкой: