Как в Беларуси производят кобылье молоко

93

У третьей столицы

Открытое акционерное общество «Белкумыспром» расположено в экологически чистом Логойском районе. Но добраться из Минска до единственной в стране молочной конефермы оказалось непросто. Как известно, «в Беларуси три столицы: Минск, Бобруйск и Плещеницы». Так вот предприятие находится в десятке километров от третьей.

Логойщина знаменита своими крутыми и не очень холмами. Окрестные совсем не равнинные (но от этого не менее пасторальные) виды с пасущимися лошадьми впечатляют. Но куда больше меня поразила чистота на предприятии, которое после визита и фермой-то назвать язык не поворачивается. Потому как в общем представлении ферма – это грязь. А тут поражающая (можно сказать, хирургическая) чистота и идеальный порядок в конюшнях и даже на улице! Причем это не напускное: никто журналисту пускать пыль в глаза не собирался, и это было заметно по мелочам.

Как в Беларуси производят кобылье молоко

Но я прибыл не любоваться живописными видами, а собственными глазами увидеть, как из ничего делается что-то. Ведь еще 5 лет назад здесь, у деревни Громницы, было чистое поле. Теперь стоят многочисленные корпуса, на предприятии в общей сложности работает 80 человек, содержится более 300 лошадей.

«Сколько было вложено в инфраструктуру?» – интересуюсь у Дениса Харченко, возглавившего «Белкумыспром» 1 июля. Оказывается, несколько миллионов долларов.

«Нашего инвестора увлекла эта идея. Его отец занимался коневодством в небольших масштабах. Также он знал о полезных свойствах кобыльего молока и кумыса: был знаком с известным ученым-коневодом Наркевичем-Йодко и считал эту идею интересной. Почему в нашей стране этого нет? Ведь в той же Германии это распространенный бизнес, в Европе более 50 конеферм», – говорит молодой руководитель, который работает на фирме не первый год.

Выяснилось, что подавляющее число специалистов трудится на конеферме давно, многие с самого начала производства, а стройка в чистом поле началась 4 года тому.

Дороже иномарки

Лошади здесь содержатся не абы какие. Все отборные, чистокровные представители двух пород: литовские и русские тяжеловозы. Когда они закупались (привезли более 200 голов), то за каждую пришлось выложить за рубежом от 2,5 до 10 тысяч долларов! Но они того стоили – двухметровые красавцы-жеребцы поражают воображение – таких гигантов не увидишь в других хозяйствах или в парках катающими зевак. Ведь стандартный вес обычной белорусской лошадки – 400–500 килограммов, а жеребцы-производители меньше тонны не весят.

Так как специалистов по коневодству в стране практически нет, то их пришлось «воспитывать в своем коллективе». Для этого людей отправляли на стажировку в Россию (в республику Марий Эл, Рязанскую и Тульскую области) и Германию.

Сама конеферма занимает чуть более четырех гектаров, но немалые средства были вложены в бывшие неудобицы – 350 гектаров, взятые в аренду на 99 лет. Они стали пастбищами и сенокосами: были проведены мелиоративные работы (при помощи руководства района), убраны камни, внесены удобрения, посеяны травы специальных сортов.

«Денег вложено немало, а как с окупаемостью?» – прямо спрашиваю у Харченко.

«Пока деньги не «достаем», продолжаем вкладывать. На проектную мощность еще не вышли, самоокупаемыми не стали. Все идет достаточно тяжело, потому что продукт ценный (в Европе используется в косметических и терапевтических целях) и дорогой. Стоит кобылье молоко в 10 раз дороже коровьего. Если проводить аналогию с козьим, все равно дороже. При этом кобылье молоко по всем параметрам заметно превосходит козье», – развивает тему директор.

От себя добавлю: оно еще и не имеет специфического запаха, как козье, и заметно слаще коровьего.

Полезный почти крафт

Почему же кобылье молоко такое дорогое? Не потому ли, что инвестор решил побыстрее «отбить» многомиллионные затраты? Оказалось, нет: «Если бы речь шла о прибыли, то он занялся бы другим бизнесом. Конеферма – отнюдь не единственное его предприятие».

Себестоимость кобыльего молока значительно выше коровьего по многим причинам. Первая – высокая цена племенных лошадей. Вторая – в отличие от коровы кобыла начинает доиться в 4 года, а не в два с половиной. Третья – корм для лошадей дороже. Четвертая – хоть на «Белкумыспроме» лошади и дают рекордные удои, по 10–11 литров в день, но с коровой (до 30–35 литров) не сравнить. Пятая – на молочных комплексах содержатся тысячи голов КРС, на конеферме же около 200 дойных кобыл. Шестая – для того чтобы у кобыл было молоко, жеребят содержат вместе с ними, а это куда затратнее. Седьмая – в отличие от осеменяемых искусственно коров кобыл кроют естественным путем (полтора десятка жеребцов содержат отдельно). Восьмая – дойное стадо содержится не на выпасе, а в конюшне, что дороже. И девятая – упаковка.

Она почти крафтовая: по 6 стеклянных бутылочек объемом 250 мл вручную упаковываются в бумажный пакет и затем в картонную коробку. Делается это для того, чтобы по максимуму сохранить полезные свойства кобыльего молока.

Кобылье молоко максимально приближено к грудному по составу и легче усваивается. В 250 мл содержится дневная норма белков, жиров, витаминов и микроэлементов. Молоко укрепляет иммунитет, нормализует обмен веществ, лечит расстройства ЖКТ и даже кожные заболевания. Полезные свойства кобыльего молока доказаны клиническими исследованиями.

«Кобыльим молоком можно заменять грудное. Во Франции провели исследования и доказали, что перешедшие на кобылье молоко дети не отставали в развитии от сверстников, которых продолжали кормить матери. В отличие от перешедших на смеси. Есть у нас еще один продукт – молоко кобылье безлактозное. Оно является гипоаллергенным, – с жаром рассказывает Денис Харченко. – Кобылье молоко куда полезнее коровьего: в нем намного больше лактозы и намного меньше жира. Кроме того, в этом молоке содержится альбумин, а не казеин, и нет мочевины, содержащейся в цельном коровьем молоке, которая вообще может отравлять. И если его грудным детям вообще нельзя, то кобылье можно».

Горечь сладкого молока

Это – о цене, которая могла бы быть ниже: «Дело в том, что производство кобыльего молока (в отличие от коровьего) не дотируется государством, к тому же объем выпуска несравним, а следовательно, и затраты на литр продукта», – поясняет директор конефермы.

Именно высокая цена тормозит выход этого инновационного для Беларуси продукта на широкую публику. И сделать ее ниже очень и очень сложно (по причинам, указанным выше). Кроме того, затянувшийся кризис заставил экономить даже тех, кто раньше этого не делал и с легкостью мог потратить деньги на покупку нескольких упаковок. Но «Белкумыспром» прилагает усилия к тому, чтобы о полезном для здоровья молоке узнало как можно больше людей. Согласитесь: лучше же тратить деньги на укрепляющий организм продукт, чем на поддерживающие здоровье лекарства?

«Работаем со всеми крупными гипермаркетами. Пока реализация хоть и растет, но далека от того, на что мы рассчитываем. Сейчас заказали мини-книжки и будем рассказывать о нашем продукте прямо на коробках, поместили информацию в магазинах, на ярмарках устраиваем дегустации», – рассказывает Харченко.

Налажена и адресная доставка: фирма развозит продукцию по Минску и Минскому району, заказы принимаются через сайт «Авторские продукты». Он очень умело и красиво сделан, и хорошо рассказывает о продукте. На нем можно заказать молоко, узнать о нем буквально все.

«Собираемся делать еще один, уже не «Авторские продукты», а «Белкумыспрома». На нем будет и каталог лошадей, и рассказ о производстве молока, и органические удобрения. Очень хотим найти партнера, чтобы перерабатывать органические удобрения в биогумус или жидкие удобрения», – делится планами директор.

На переработанных удобрениях даже грибы можно выращивать, но пока о молоке: удастся ли приучить небогатых белорусов к полезнейшему продукту? Тяжелая задача. Может, есть «обходной путь»? К примеру, экспортный.

«Сотрудничаем с Россией. Есть интерес из Литвы, Польши, даже ОАЭ и США. Эмираты хотели покупать замороженное молоко. Но мы провели эксперименты – оно хуже становится. А на это мы пойти не можем!» – категорично заявляет директор предприятия.

Но есть другой путь.

Санаторная карта

Именно ее намерен разыграть «Белкумыспром».

«Хотели бы сделать свой продукт терапевтическим в санаториях, поликлиниках, больницах для людей с проблемами желудочно-кишечного тракта, дыхательных путей. Если все получится, то в ближайшее время начнем сотрудничество с Логойской районной больницей. Будем делать им максимально возможную скидку и продавать практически по себестоимости», – делится намерениями Харченко.

Пока дело идет туго. Но энтузиасты коневодства не опускают руки: «Узнаём, какие исследования необходимо провести, чтобы наше молоко начали принимать в санаториях. Потому что европейских исследований предостаточно, но они почему-то не принимаются у нас в расчет», – удрученно говорит Денис. В Минске заинтересованный врач провел свое исследование – в военном госпитале. В итоге полезность кобыльего молока еще раз подтвердилась показателями крови пациентов.

«Наша цель – включить в санаториях в программу диетического питания кобылье молоко. В санаториях ведь есть врачи и диетологи, которые могут не только оценить полезность этого продукта, но и доходчиво рассказать о нем пациентам», – говорит директор конефермы.

«Очень хотим получить заключение Министерства здравоохранения, это благоприятно повлияет на продвижение продукта», – откровенничает Денис. Но его слова удивляют: ведь в БССР были молочные конефермы! Одна из декларированных целей «Белкумыспрома» – возродить молочное коневодство в стране. И не поверю, что ранее не проводились исследования о его полезности и целебных свойствах кобыльего молока.

Харченко подтверждает: в Брестской области был огромный конезавод, но после распада СССР он развалился. Были и другие предприятия, поменьше. Зачем же дополнительные исследования? Не проще ли поднять старые документы?

На этот вопрос у директора ответа нет.

Не «купи-продайка»

Отвечая на вопрос, который порой ставит руководителей сельхозпредприятий в тупик, – каковы на фирме зарплаты? – Денис Харченко не юлит.

«Если вы думаете, что они серьезно влияют на себестоимость, то это не так. Могу сказать, что основная масса работников получает на руки около 700 рублей. К примеру, коневоды – от 600 до 750 (те, кто работает с жеребцами), водители тоже где-то 700, как и операторы доильного зала. Меньше всех получают охранники, работающие сутки через трое, – по 400 на руки. Но они обычно на двух работах трудятся», – без обиняков говорит руководитель фирмы.

Да, зарплаты не заоблачные, но для сельской местности весьма достойные, и, что немаловажно, нет абсолютно никаких задержек. А это сейчас серьезная проблема, с которой сталкиваются работники агропромышленного сектора экономики по всей стране.

Но это не все затраты: фирма доставляет сотрудников к месту работы, кроме того люди получают молоко за вредность. «Мы организовали производство в сельской местности, и дали работу почти полусотне местных жителей. Это можно назвать и социальным проектом, и то, что мы ценим каждого сотрудника, – это не лозунг, а факт», – без ложной скромности заявляет директор.

В подтверждение этого Харченко рассказывает о том, что на предприятии осуществляются выплаты ко дню рождения, а к 1 сентября всем работникам, у которых есть дети-школьники, выплатили по 50 рублей. «Ко всем праздникам, свадьбам тоже есть выплаты. Помогаем тем, кто попал в тяжелую ситуацию», – добавляет Харченко.

Говоря о коллективе, Денис Анатольевич подчеркивает: уникальное для Беларуси предприятие отличается еще и тем, что для руководства слова «наша сила в командном духе» – не лозунг, почерпнутый на бизнес-тренинге.

«Белкумыспром» как белая ворона. Выделяемся не только уникальными технологиями, тщательным и научным подходом к работе, но и тем, что люди действительно вкладывают душу во все, что делают. Нет случайных людей: все хотят работать и любят этот проект. Потому что это не только бизнес, он имеет под собой и социальную направленность. Но главное – это производство, а не «купи-продайка», к тому же продукт полезный, уникальный. У нас есть решения, которые вы нигде в Беларуси не увидите: мы получаем молоко в том же месте, где и перерабатываем, пастеризуем. Пойдемте, покажу наше хозяйство», – приглашает директор на экскурсию по предприятию.

Кто умнее – “литовцы” или “русские”?

На лестнице интересуюсь у «гида»: почему «Белкумыспром» не производит кумыс? Оказалось, что в лабораторных условиях его уже изготавливали, но в бутылки не разливали. «В ближайшее время собираемся это делать», – заверяет Денис.

Выйдя из административного корпуса, мы отправились к шпрингартену (лошадиному манежу), откуда открываются живописные виды.

«Эта дорожка, – указывает Харченко на ведущую за территорию колею, – для будущего туристического маршрута, по которому будет ездить повозка. Сотрудничаем с несколькими агентствами, которые разрабатывают программу тура. Намерены делать два варианта. Первый – приезд, экскурсия и дегустация продукта. Второй – то же самое плюс бутылочка молока и мыло на основе кобыльего молока. Мы сейчас сделали пробную партию – в нем только натуральные компоненты».

Это планы, но очень уж хотелось поглядеть на производство.

«В первой конюшне содержится дойное стадо, во второй – жеребцы, тут случной манеж, стойло для «ремонтного молодняк». Это тот, который со временем идет на замену. Далее родильное отделение и ветеринарный блок», – подробно объясняет директор.

Кстати, по всей конеферме размещено более 70 видеокамер. Благодаря им легко отслеживать все: и лошадей, и людей.

Удалось понаблюдать за всем технологическим процессом: дойкой, изготовлением и упаковкой молока. От всего увиденного остались только приятные впечатления. Ну а лошади – это просто чудо! Хотя когда вороной красавец Верас, единственный ревнивец среди жеребцов, стал гулко колотить в стенку денника (обидевшись на внимание к другим лошадям), стало страшновато… Ведь весит он почти тонну двести – втрое больше, чем рядовая белорусская упряжная.

На ферме 60% лошадей – литовские тяжеловозы, 40% – русские. «Вам какие больше нравятся?» – спросил я у Алисы Смок, прошлогодней выпускницы Витебской академии ветеринарной медицины. «Русские, – не задумываясь ответила главный зоотехник. – Они умнее».

Как в Беларуси производят кобылье молоко

У девушки есть своя лошадь, она участвует в конных турнирах. Алиса увлекается наполеоникой. По ее словам, оказалась она на фирме благодаря научному руководителю. «Он посоветовал, где можно написать научную работу по лошадям. Так попала сюда и осталась. Очень рада этому», – улыбается хрупкая барышня, не боящаяся огромных красавцев.

Алиса рассказала, что основа рациона лошади – сено и сенаж. Но для того, чтобы она росла и давала молоко, только ими не обойтись: «Без концентратов никуда, овес в основном. Сенаж, конечно, смешиваем с соломой для поддержания кислотного баланса. Даем сочные корма: морковочку добавляем, всякие вкусняшки. Микро-, макроэлементы, соль-лизунец», – поглаживая красавца Аспирина, рассказала Алиса.

Для отдачи молока – стройся!

А в соседнем помещении кобылы с жеребятами. «Кобылы содержатся вместе, формируются удойные группы, от 10 до 20 голов. И в каждой группе есть четкая иерархия. Спустя некоторое время они начинают заходить в доильный зал строго в определенной последовательности, и она никогда не меняется. Есть главная кобыла, которой все подчиняются: по чипам отслеживаем их передвижение», – делится Денис Харченко интересным фактом.

За следующей дверью – доильный зал. Чистота удивляет. Перед лошадьми в него запускают подсосного жеребенка. Он «начинает доение», следом оператор подключает аппарат. Его пришлось переделать из «коровьего», так как специальной техники для кобыл нет.

Молоко по трубам поступает в бак, молочный холодильник, где охлаждается до 4 градусов. Когда собирается определенное количество, оно по трубопроводу перекачивается в соседнее здание, с которым общая стена. Там в пастеризаторе молоко подогревается до 78 градусов, снова охлаждается до 4 и сразу поступает на автомат разлива.

На сербской линии бутылка обрабатывается озонированной водой, после разлива партии продукции система моется автоматически.

«Таким образом мы можем произвести максимально свежий продукт: без переливаний из емкости в емкость, перевозок и переливаний обратно. Все эти манипуляции на пользу продукту не идут», – рассказывает про максимальную заботу о свежести и полезности кобыльего молока директор.

Его в сутки за 8 доений производят в среднем около 500 литров. Могли бы и больше, но Денис произвел перерасчет бизнес-плана, и вышло, что расширяться и увеличивать объемы нет смысла. Компания намерена отказаться от части арендованных земель, находящихся в 20 километрах от «базы», и сократить поголовье: «Это затратно: приходится содержать арендный комплекс, логистику предусматривать. Раньше мы двигались в сторону увеличения поголовья и производства до 1000 литров в сутки. Я пересчитал и понял, что такое большое количество неэффективно. Так как у нас замкнутый цикл (производство кормов, выращивание лошадей и выпуск молока), то гораздо эффективнее снизить как поголовье, так и выпуск молока.

Когда выйдем на 270–290 лошадей, эффективность увеличится. Наладим племенную работу, каждый год сможем производить порядка 130 голов лошадей и либо продавать другим хозяйствам, либо использовать на другие нужды», – обрисовал перспективы Харченко.

Пустить на мясо?

Что за «нужды»? Неужели на мясо пускать? Оказалось, нет. Хотя предлагали. «Оршанский мясокомбинат хотел купить наших красавцев на убой, по 1,8 за кило. Но мы никогда наших лошадок на мясо не пустим!» – отрезал Денис.

Но ведь лошадей больше, чем надо. Куда они деваются? «Нас в стране знают. Тех, кому нужны тяжеловозы, по одной-две лошади покупают. Цыгане постоянно берут. Наши крупные лошади нравятся всем. Сейчас в месяц продаем три-четыре. Цена – от тысячи долларов», – успокоил директор.

Но с каждым годом количество лошадей в Беларуси сокращается. На 7–13%. Это породило еще одну проблему – тяжело найти квалифицированного конюха. Но, поскольку молочная промышленность в стране на подъеме, найти технолога оказалось несложно. И не рядового.

Ирина Мартынович, главный технолог ООО «Белкумыспром», – человек, который пришел на фирму, найдя интересную вакансию на сайте. «Когда я пришла в этот проект, здесь не было ничего. Поэтому пришлось заниматься и разработкой документов, и проработкой потенциальных продуктов из кобыльего молока. Планов было много, поэтому надо было определиться как с продуктами, так и с оборудованием, и с экспликацией помещений на производстве. В общем, со многими моментами приходилось разбираться, чтобы официально узаконить выпуск пищевого продукта «кобылье молоко» на территории Республики Беларусь», – рассказала Ирина.

По ее мнению, не поддерживаемому чиновниками Минсельхозпрода, молочная промышленность в Беларуси с точки зрения технологии далеко не на лучшем уровне. В том числе и поэтому Мартынович и пришла в «Белкумыспром»: «Хотя по качеству продукции мы на очень хорошем уровне, технологически далеко не впереди планеты всей. Наши молочные заводы очень сложно переориентировать на какие-то новые технологии или продукты. Очень крупные заводы, наверное, пытаются что-то сделать: разработать новые технологии и что-то попробовать, но даже там есть с этим проблемы. А работать на том, что изобрели 50 лет назад, мне не интересно. Я же молодая, хочется попробовать что-то новенькое, пока есть такие возможности, – задорно говорит Ирина. – Интереса ради произвели мыло с добавлением кобыльего молока. Нас увлекает то, что никто никогда не делал».

Поделиться ссылкой: