Простое счастье Василия Шлындикова

64

Василий Михайлович выглядит моложе своего возраста.

Простое счастье Василия Шлындикова
Василий Шлындиков

Лучший спорт – огород!

– Я на свой возраст себя совершенно не ощущаю, – улыбается Шлындиков. – Мне кажется, лет с 50 вообще ничего не изменилось. Я остался таким же, каким и был. Прекрасно понимаю, что рано или поздно старость придет. Но чем позже наступит этот период, тем лучше.

– Сейчас многие стараются вести здоровый образ жизни. Не курят, занимаются спортом, правильно питаются. Как вы себя сохраняете?

– Я активно занимаюсь садом и огородом. Это и спорт, и правильное питание. И пока проблем нет (тьфу-тьфу-тьфу).

Думаю, запас прочности из детства остался. Я с ранних лет вынужден был работать физически –пилить, колоть дрова, косить, копать, возить…

Простое счастье Василия Шлындикова
У матери Юрия Захаренко Ульяны Григорьевны. Слева – старшая дочь Захаренко Елена.

– Вы как-то вспоминали, что в первый класс пошли босиком и с самотканой торбочкой: «Мы, дети, тогда не осознавали, что это признак бедности, потому что все были одинаковыми…»

– Да, было такое… Вот сейчас у моих внуков совершенно иное детство! А я думаю: ведь и у нас оно было хорошее! Мы бегали босиком чуть ли не круглый год – и по снегу, и по лужам. И ничего, нормально!

– Сколько у вас внуков?

– Четыре внучки и один внук. Младшей 10 лет, и внуку столько же. А самой старшей внучке 27 скоро будет. Она больна ДЦП. Но полностью самостоятельна, занимается домом, готовит еду. Трудно сказать, как ее судьба сложится. Если бы не болезнь, уже, наверное, давно замужем была бы…

– У вас две дочери. Успели заметить, как они выросли?

– Жена ими в основном занималась. Я, конечно, следил, чтобы учились хорошо. Но они, собственно, и без меня учились. Одна окончила Минский радиотехнический институт, работает программистом. Вторая – нархоз, занимается бизнесом.

Мне не всегда хватало времени на семью. Но я очень хотел, чтобы дети росли не в городе, а на земле. Поэтому за свою жизнь я построил три дачи. Первую построили с тестем вдвоем своими руками. Тестю тогда дали землю от подшипникового завода в 20 километрах от Минска недалеко от поселка Привольный. Бугры, свалка… Те, кто получил участок, сами расчищали, облагораживали землю. Как сейчас помню, тогда были ограничения для дачных участков по размерам и по высоте дома. Один начальник цеха построил дачу на полметра выше этих норм. И кто-то донес. Ему пришлось землю возить, подсыпать фундамент – хорошо, что высокий был!

Вторая дача у меня была в Вязынке – участок получил, когда на «Ударнике» работал. Было очень много желающих на эти дачи, поэтому решили выделять не по шесть соток, а лишь по четыре. Когда начал строить дом, понял, что допустил огромную ошибку, решив построиться там же, где и весь коллектив. Никакого спокойствия не было! Как только какая проблема – сразу ко мне идут! В конце концов я отдал тот дом, еще недостроенный, дочке. А сам уже в Ратомке построился.

– К юбилею своему как-то особенно готовитесь?

– Начну отмечать 1 сентября, к 10-му закончу (смеется). Просто решил в этом году не собирать всех в кучу, а с домашними отдельно посидеть, с политиками и заводчанами – отдельно. Кто его знает, будет следующий юбилей или нет… Жизнь – штука непредсказуемая в этом смысле. Поэтому гулять так гулять!..

Партийные кулуары

Простое счастье Василия Шлындикова
Выступление на сессии Верховного Совета Республики Беларусь 13 созыва.

– Василий Михайлович, вы в последнее время часто выступаете с комментариями, в том числе и на политические темы. А не жалеете, что в свое время бросили производство и пошли в политику?

– Я и не думал идти в политику! Занимался бы своими заводами и дальше. Считается, что человек не должен больше пяти-семи лет на одном месте работать. Потому что все приедается, глаз замыливается, и я понимал, что рано или поздно придется уходить. Но уходить тоже по-разному можно – например, создав свое дело. Тем более в начале девяностых годов прошлого века мне казалось, что либерализация уже наступила, директоров предприятий тогда никто особенно не контролировал. Но кто думал, что придет к власти человек, который решит, что нам нужны заводы, а не акционерные общества, не будет жаловать частный капитал, частную собственность?..

– Вас такой подход не мог не раздражать: вы же были реформатором, первым в Союзе провели акционирование предприятия…

– Сразу я думал, что это просто предвыборная риторика. Ну и потом, я хорошо знал Петра Капитулу, который был советником у Александра Лукашенко. Он хороший экономист. Поэтому не верилось, что будет такой откат в прошлое. А потом, когда волнами на завод пошли проверки, комиссия за комиссией, стало ясно, что ничего хорошего ждать не стоит. Как сейчас помню: горисполком обеспокоился, правильно ли мы цену назначили на коробку передач, которую делал наш завод для нас же! Ну не абсурд ли?

И тогда меня экономист Леонид Злотников и бывший ректор Бобруйского негосударственного института управления, народный депутат СССР Николай Бобрицкий уговорили создавать партию. Я не очень хотел этим заниматься, но в конце концов сдался…

– Кстати, а где сейчас Бобрицкий?

– Николай Григорьевич Бобрицкий живет в Германии, там у него дочери. Сюда приезжает раз в год, в основном летом.

– Василий Михайлович, а вам ведь тогда предлагали не только партию создать, но и в президенты пойти…

– Когда стало ясно, что Кебич проиграет выборы, было предложение срочно выдвинуть кого-то еще. Пойти на президентские выборы предлагали многим директорам предприятий. Я лично ходил уговаривать тогда экс-гендиректора «Атланта» Леонида Ивановича Калугина, под генерального директора «Горизонта» Александра Санчуковского, который был доверенным лицом Кебича, создали партию – Промышленно-национальный конгресс. Но он не захотел идти в большую политику, как и директор МАЗа Михаил Лавринович, другие…

– А Михаилу Леонову, который потом много лет руководил МТЗ, предлагали?

– Мы тогда считали его выдвиженцем от новой власти и настороженно к нему относились. Хотя время показало, что он оказался настоящим человеком.

– Так а вы почему не согласились в президенты пойти?

– А мне и сейчас кажется, что я не гожусь для такой работы. Хотя смотрю на тех, кто сегодня заявляет о своих президентских амбициях, и понимаю, что у них вообще никаких качеств для этого нет! Я считаю, что главой государства должен быть образованный человек, владеющий иностранными языками, интеллектуал…

– Но у вас тоже прекрасное образование, в том числе и зарубежное.

– Но немецкий я забыл. Да и язык у меня не так подвешен, как у Александра Григорьевича…

– В одном из своих интервью вы обмолвились, что нынешний глава «Приорбанка» Сергей Костюченко, оказывается, тоже стоял у истоков создания Объединенной гражданской партии…

– Когда прошел первый тур выборов, нас собрал Санчуковский как доверенное лицо Кебича и начал говорить, что все идет нормально, победа будет за нами. А я сидел рядом с Сергеем и спрашиваю у него: «Ты веришь в это?» «Нет», – отвечает он. Я говорю: давай будем создавать партию. И он, недолго думая, говорит: «Да, надо создавать. Ты организовывай, а я помогу». И он на самом деле помог. От него пришли очень толковые люди, которые и программу партийную помогали писать, и многое другое. Но сам он партийными делами не занимался и в состав партии не вошел.

– Костюченко и сегодня далек от политики.

– Он занимается развитием своего банка, успешен. Я думаю, вся его энергия сегодня направлена на сохранение банка. И он правильно делает. Полезет в политику – уничтожат. Тем более мы же видим реакцию нашего народа на все происходящее – полная индифферентность! Хотя ведь были времена, когда акции протеста собирали огромное количество людей, а сейчас уже смирились…

– Или запуганы?

– Некоторые запуганы. Но, мне кажется, люди с активной гражданской позицией уже просто нашли нишу в этой системе. И что происходит вокруг – их не сильно интересует, многие, как те же предприниматели, работают на себя.

Кто рискнет купить завод?

– Вы недавно резко высказались про подбор кадров в систему власти: «Серость заполонила буквально все посты». А почему? Разве власть не заинтересована в том, чтобы эффективно руководить страной?

– Мне кажется, у нас просто нет системы отбора кадров. Тянут своих, преданных, из ближнего круга.

Обратите внимание, что происходит: из провинциальных городов на столичные предприятия директоров привозят! Вы можете себе представить разницу в уровне периферийных предприятий и минских? А такая кадровая политика стала нормой. Ну и откуда здесь взяться сильным управленцам? На каком из барановичских, борисовских предприятий у нас сильные управленцы работают?

Но это не значит, что у нас нет грамотных специалистов. Есть! Если бы тот же частный бизнес сегодня мог выкупать заводы, если бы были гарантии, что потом эти предприятия не национализируют, то потихоньку бы навели порядок в промышленности…

– Ну вот бизнесмен Александр Муравьев купил «Мотовело». Сидеть ему еще лет 10…

– У государства есть сложившаяся система управления. И любые нестандартные шаги чиновники воспринимают настороженно. По большому счету чисто стратегически Муравьев все делал правильно. Он избавился от хлама, пытался раздать в аренду площади, потому что на содержание огромных корпусов требуются огромные средства. А чтобы там производство организовать – это ж сколько нужно денег вложить!

Кроме того, Муравьев не отказался от производства тех же велосипедов. Хотя не мог не понимать, что если китайцы делают их миллионами, то мы со своими сотнями не будем конкурентоспособны. Не тот масштаб. Он правильно сделал, что оставил под выпуск веломотопродукции небольшое предприятие. Конечно, были проблемы. Но это проблемы прежде всего нашей экономической системы. И я смотрю на статистику: по сравнению с некоторыми другими предприятиями на «Мотовело» не самое большое падение производства…

Он мог бы привлечь инвесторов и помимо мотоциклов и велосипедов на той площадке начал бы выпускать что-то еще. Огромный ведь завод! Другое дело, что его в свое время довели до ручки. Там оборудование еще немецкое трофейное стояло! Что-то обновлялось, но в основном – старье.

Муравьев, видимо, не очень хорошо представлял, за что берется. И если бы он спросил моего совета, я отговорил бы его от покупки. Но он со мной не посоветовался…

– Вы же тоже могли в свое время возглавить «Мотовело»…

– Мне предлагали. Но мне помог Костя Устымчук – он не захотел, чтобы я туда пришел, думал, буду его подсиживать… И меня судьба от этого завода отвела.

А если бы возглавил все-таки… Трудно сказать, как сложилась бы судьба этого предприятия, да и моя тоже. Совершенно точно, что я не надеялся бы только на велосипеды, а сделал бы завод многопрофильным. Столько у нас было разных возможностей!

– Нынешний гендиректор «Мотовело» Николай Ладутько подал заявление на банкротство «Мотовело»…

– Это единственный способ скинуть долги. А потом можно сдавать в аренду помещения, сохранять эти здания и площадку до тех пор, пока не появятся какие-то новые предложения. Можно продавать здания, если люди не побоятся их купить…

– Василий Михайлович, я от вас никогда не слышала дурного слова в адрес белорусских бизнесменов. У вас нашлись слова поддержки и для Александра Муравьева, и для Юрия Чижа. Сегодня такое отношение к людям – большая редкость…

– Муравьев – талантливый парень! Или тот же Чиж – да, он притулился к власти, уловил волну. Но он же не пропивал капитал, не вывозил его за границу. Он создавал все свои предприятия здесь, в Беларуси, на белорусской земле строил свою империю! А что касается неуплаты налогов…

Чиж и другие предприниматели его уровня бухгалтерию не считают, для этого бухгалтеры есть. Я вообще не представляю, как может руководитель предприятия пересчитывать за бухгалтером налоги! Вспоминаю, как я работал: при всех моих ежедневных заботах не хватало только еще за бухгалтерами девяноста предприятий перепроверять, как они налоги заплатили!

Мне просто больно наблюдать, как у нас уничтожают бизнес-элиту…

– Вы поддерживаете отношения с нынешним главой «Амкодора» Александром Шакутиным?

Сейчас нет. Но пару раз общались. В принципе, я считаю, что «Амкодору» с Шакутиным повезло. Он сегодня идет тем же путем, что и мы когда-то, только использует административный ресурс.

– На ваш взгляд, среди директоров госпредприятий сегодня есть яркие, инициативные личности?

– Пример того же Михаила Леонова показал, чем у нас любые инициативы заканчиваются…

Возможно, кто-то из нынешних директоров имеет и президентские амбиции, но сегодня таких людей не видно. И не только среди директорского корпуса. Может, конечно, еще появятся…

Я иногда думаю: ну вот уйдет Александр Григорьевич, а кто вместо него?

– Ага, к Лукашенко уже за 20 с лишним лет все привыкли. Но это на самом деле плохая привычка. Президент – не царь, он не может править пожизненно.

– Да, для нашей страны это было потерянное время. Вот та же Эстония в четыре раза меньше нас по численности, а ВВП на одного жителя – в три с половиной раза больше, чем у нас! Ну что это такое?..

Круче, чем доктор наук!

– Вы говорили: «Сегодня угрозу национальной безопасности представляет наш Белорусский государственный экономический университет. Он выпускает кадры, которые вообще не понимают, что такое экономика». Интересно, как на ваши слова отреагировал нынешний ректор БГЭУ Шимов?

– Никак. Мне позвонила лишь одна женщина – профессор, доктор наук, имеющая отношение к этому вузу, и сказала, что разделяет мое мнение.

– А если бы вам предложили возглавить экономический вуз?

– В моем возрасте уже поздно. Ни на какую государственную службу я уже не пойду.

Меня, кстати, в свое время звали в Россию, руководить местными заводами. Зарплату предлагали 7 тысяч долларов в месяц – по тем временам это были баснословные деньги!

– И почему не согласились?

– Не хотел работать на чужого дядю. Предлагали еще создать частный завод в России. Но для этого здесь все оставить надо было. И я отказался.

Затем бывшие амкодоровцы выступили с инициативой создать частный аналог «Амкодора» – помню, пришли конструкторы, целый корпус одного из заводов можно было забрать в аренду. Меня экс-премьер-министр Михаил Чигирь отговорил.

– Почему?

– Сказал: как только ты все создашь и запустишь, предприятие отберут, а тебя посадят…

Таких возможностей много было в то время, есть они и сейчас. Но какой смысл при нынешней экономической системе всем этим заниматься?..

– Василий Михайлович, а почему вы не защитились? Мне кажется, вы легко бы докторскую написали!

– Я понимал, что ученым не стану. Когда работал на «Амкодоре», мне предлагали заняться написанием научного труда. Но для меня статус никогда не был важен, я думал: зачем мне на это время тратить? Не захотел!

Ну и посмотрите: у нас много докторов экономических наук, а кто из них на слуху? Единицы высказывают свое мнение! Некоторые неостепененные экономисты, как, например, тот же Павел Данейко (умнейший человек!), любому доктору наук дадут фору!

– Вы много лет назад создали Ассоциацию содействия экономическому развитию, которая занималась экономическим просвещением, разработкой экономических законопроектов и программ развития страны…

– В свое время я передал ее Павлу Данейко, он года два еще работал, а потом организацию ликвидировали.

Кризис на пороге

– Если не секрет, какая у вас сегодня пенсия?

– 318 рублей.

Я не жалуюсь на жизнь, потому что еще работаю. Но вот разве справедливо, когда депутат Палаты представителей, который не имеет вообще никаких заслуг перед страной, имеет право на специальную депутатскую пенсию, которая в разы выше той, что получают простые смертные?

Проблема в том, что те, кто у власти, считают, что хорошие пенсии должны получать именно они.

Сегодня, кстати, у нас дырка в пенсионном фонде.

– Некоторые экономисты предсказывают очередной кризис к Новому году…

– Думаю, если новые кредиты не получим, в будущем году может произойти серьезный обвал рубля… У этой системы нет шансов, экономика будет только ухудшаться…

Что такое счастье

– Василий Михайлович, а расскажите, пожалуйста, про свою жену. Ведь в том числе и благодаря ей вы могли спокойно строить карьеру, заниматься бизнесом – тылы всегда были надежно прикрыты…

– Мы вместе учились в институте. Познакомились на картошке. Вот судьба и сложилась. Валентина работала на заводе имени Козлова инженером-конструктором, затем – в комитете внешнеэкономических связей, частной фирме.

Жена – стержень, основа нашей семьи. У меня характер не подарок. Я могу вспылить, если меня доведут. Правда, я отходчивый: вспыхнул – и тут же забыл. Эмоциональность – мой недостаток.

У нас с женой, как мне кажется, сейчас безграничное доверие друг к другу. И я уверен: случись что – меня не кинут. Мне кажется, это очень важно…

– У вас счастливый брак?

– Да нормальный… А вообще, чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать, что такое счастье.

– Вы знаете?

– Для меня счастье – это когда дома все спокойно, нет напряжения в отношениях, все здоровы.

Настоящее счастье из таких простых вещей складывается…

А ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО…

***

Приехав в Минск, студент Василий Шлындиков несколько месяцев жил на вокзале – общежитие ему дали не сразу.

***

Василий Шлындиков первым в Беларуси провел акционирование и переход на рыночную организационную структуру крупного машиностроительного объединения. Он в прямом смысле заставлял людей покупать акции предприятий! Говорил: сами увидите, как переменитесь и вы, и производство, когда станете собственниками!

***

Василий Шлындиков в пользу Геннадия Карпенко отказался от поста заместителя председателя Верховного Совета Республики Беларусь, считая его более перспективным политиком. В 1996 году подписал заявление об импичменте президента Республики Беларусь Александра Лукашенко.

Из личного дела

Родился 1 сентября 1947 года в деревне Мадора Рогачевского района Гомельской области.

Окончил Белорусский политехнический институт (1970), Институт персонала и управления (1991, Бонн, Германия).

Работал мастером, начальником смены, заместителем начальника цеха Минского подшипникового завода (1970–1978), заведующим промышленно-транспортным отделом Заводского райкома КПБ г.Минска, инструктором отраслевого отдела Минского обкома КПБ (1978–1986), директором Минского завода «Ударник» (1986–1990), генеральным директором Научно-производственного объединения «Дормаш», президентом концерна «Амкодор» (1990–1996).

Депутат Верховного Совета Республики Беларусь 13-го созыва, председатель Комиссии по экономической политике и реформам.

Автор статей по проблемам экономической политики.

Член Объединенной гражданской партии Беларуси.

Поделиться ссылкой: