Нет, ничего не мироточило. Бюста последнего помазанника Божия на территории суверенной Республики Беларусь нет, а мемориальной доске в память о ставке Верховного главнокомандующего мироточить и вовсе не пристало.

Чудо в том, что впервые за многие годы правления Александра Григорьевича слегка открутило назад. Он сгоряча в прошлом году подписал Декрет № 3 (у нас просто, кроме законов и указов, есть также декреты и директивы, черт в них голову сломит). Документ сей получил в просторечии название «декрет о тунеядцах»: лиц, не имеющих постоянного места работы и не уплачивающих налоги, обязали таки их платить. Причем под действие оного декрета подпали официальные безработные, домохозяйки, лица, ухаживающие за хронически и неизлечимо больными и т.д.

Народ возмутился. Возмутился настолько, что, когда сообразил — то есть когда начали приходить «письма счастья» из соответствующих налоговых инспекций, — вышел на площади городов с такой скоростью, что не то что власть, даже оппозиция не всегда успевала сообразить, что к чему.

Одно дело – когда записной «бездельник»-оппозиционер, под страхом закрытия фирмы не имеющий возможности трудоустроиться, вещает через мегафон на площади. Такое к нему и отношение: мол, меня это не касается. Но на сей раз на площадь поперли пенсионеры и лица предпенсионного возраста, матери детей-инвалидов, домохозяйки, чьи мужья находятся на заработках в России и Польше, ну, и прочие, до сих пор вполне индифферентные к власти лица. И местным чиновникам пришлось наслушаться всякого.

Но главное — впервые не от записной оппозиции начал звучать краткий и внятный лозунг на белорусском языке:

— Сыходзь!

Что в переводе звучит не менее внятно:

— Пошел…

Кому? Есть такой человек. И белорусы его хорошо знают.

Возможно, именно потому, что протесты задели совершенно не традиционную часть избирателей, Лукашенко решился приостановить действие своего декрета. Не отменить (как же отменишь, когда свыше пятидесяти тысяч человек — 10% от попавших под его действие — налог успели заплатить?). Приостановить. В надежде на то, что до конца года о злополучном декрете успеют позабыть, а там — как Бог на душу положит.

Но так совпало, что «открутило» Александра Григорьевича не только в этом.

Самое известное место в Республике Беларусь для постсоветского человека, конечно, Хатынь. А после нее — Куропаты. То есть сожженная гитлеровскими карателями деревня и урочище близ Минска, в котором каратели из НКВД осуществляли массовые расстрелы мирных белорусов. Куропаты стали известны всему СССР после публикации историка Евгения Шмыгалева и политика Зенона Позняка в «Московских новостях», а там выяснилось, что подобные места были практически в каждом столичном городе советской республики.

После памятного митинга 1988 года, который советская милиция разгоняла с применением слезоточивых газов, все-таки было принято решение об охранной зоне вокруг Куропат. Приезжал сюда поклониться памяти жертв сталинизма президент США Билл Клинтон. Но после избрания первого президента Белоруссии власти вдруг усомнились: а вдруг таки не было там расстрелов? Или не те расстреливали? Или не тех расстреливали? Это в рассказе Андрея Платонова усомнился какой-то там Макар — в нашем случае усомнился совсем даже президент Лукашенко. И шаг за шагом начали охранную зону сокращать, пытаясь поставить там то жилой дом (рядом с кладбищем), то торгово-развлекательный (на костях!) центр…

На сей раз молодежь разогнать от Куропат не удалось. Дневали, ночевали, а один даже приковал сам себя наручниками к какому-то экскаватору. Лидер защитников Куропат, Змицер Дашкевич, транслировал все это чуть ли не круглосуточно в Фейсбуке, отчего вполне не политизированные минчане бросились привозить туда дрова, пищу, спальные мешки и прочие необходимые зимой вещи. И застройщик попался сообразительный и, в общем-то, сентиментальный до некоторой степени — стройку прекратил, сказав:

— Если люди приковывают себя наручниками к машинам, строить здесь нельзя.

И технику вывел.

И власть вдруг прозрела. Как же! В суверенной стране нет места, где можно поклониться памяти жертв сталинских репрессий! Не лукашенковских — сталинских! Как же так?!

И пока в телевизоре эксперты обсуждали, строить ли на этом месте каплицу или подобие Стены Плача, защитников Куропат начали отлавливать по Минску, штрафовать и отправлять «на сутки» в ШИЗО. Но стройку все-таки открутили назад.

С чего бы это?

Может быть, власть — это такая ипостась радикулита: сначала скрутит всю страну, а потом когда-нибудь все-таки отпустит?

Хорошо бы, чтобы наконец отпустило. И уже навсегда…

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»