В уходящем 2016 году журналисты Naviny.by, как и ранее, писали о людях и проблемах, с которыми они столкнулись. Кто-то остался без пенсии из-за ловушки в законе. Кому-то не выплатили компенсацию за снесенный дом. А некоторые 50 лет живут, как на болоте, и не могут добиться ремонта во дворе. Но есть истории и со счастливым концом. Они показывают, что бороться за свои права все-таки стоит.

Жители отстояли свой «дом с растяжкой» на проспекте Независимости

Пять историй о борьбе. Со счастливым концом!

Дому № 109 по проспекту Независимости в Минске в этом году исполнилось 64 года. За это время здесь ни разу не проводили капитальный ремонт. Внешне постройка выглядит довольно прилично — все-таки центральная улица города. Но стоит зайти за угол, чтобы понять, что здание разрушается просто на глазах. В некоторых квартирах ситуация катастрофическая — огромные трещины на стенах и потолке, постоянно прорывает трубы. Жители говорят, что дом сыплется на глазах.

Последние 15 лет в доме шла настоящая война — между его жителями, ЖРЭО и инвесторами, которые хотели надстроить еще три этажа. Условие было такое: либо владельцы квартир соглашаются на то, что дом вырастет, либо капитального ремонта им не видать.

Мнения в доме разделились. Одна группа была согласна на всё, лишь бы скорее дом привели в порядок. Другая группа (более активная) заявила, что в таком старом доме настраивать три этаже небезопасно, поэтому они пойдут до конца, но не позволят, чтобы началась глобальная стройка.

Жители дома прошли несколько затяжных судов. В декабре 2015 года суд постановил, что правда на стороне ЖРЭО и инвестора — надстройке быть.

Однако несогласные продолжили забрасывать жалобами чиновников, и в июле 2016 года из Мингорисполкома пришел ответ, что решение о мансардном строительстве отменено. Капремонт по проспекту Независимости, 109 проведут и без надстройки.

После этого ЖРЭО Первомайского района попыталось расторгнуть договор с инвестором. Компания «ТерраИнжиниринг» не сдавалась, но суд занял сторону коммунальщиков. В ноябре 2016 года договор был расторгнут.

«Мы победили! — говорит одна из инициативных жительниц дома Наталья Ермолович. — По плану, в мае 2017 года должен начаться капитальный ремонт. Мы еще раньше узнавали, что средства на это есть».

Однако жители дома держат ситуацию под контролем и продолжают встречаться с чиновниками. «В соседних домах ведь уже сделали надстройки. Наш дом входит в единый архитектурный комплекс. Получается, нужно менять архитектурную концепцию», — говорит Ермолович.

В отстаивании своих прав жители этого дома действовали слаженно и принципиально. Сначала объединились единомышленники. Дальше между ними были распределены обязанности. Инициативная группа детально изучила законы, привлекали юристов. Вместе ходили на приемы к чиновникам и постоянно отправляли им запросы. Наконец, не побоялись пойти в суд.

«Самый тяжелый момент — это суд, — говорит Наталья Ермолович. — Но это и самый ценный опыт. Да, эмоционально и финансово это было очень затратно. Но мы стали юридически грамотнее. Мы почувствовали, что можем реально влиять на свое будущее».

При этом жители дома, не согласные с надстройкой, постоянно подвергались психологическому давлению: получали анонимные письма с угрозами, а их детей под надуманным предлогом хотели признать находящимися в социально опасном положении.

«Общая проблема нас объединила. Наша хата не с краю, это наш дом, — отмечает Наталья. —После того, как про нас начали писать, нам звонили люди, в домах которых тоже хотели сделать надстройку. И многие от этого отказывались, когда узнали, что на момент ремонта их отселять не будут, а безопасность строительства вызывает большие вопросы».

Во время ожесточенной борьбы (когда жителям сказали, что их насильно выведут из квартиры, чтобы начать надстройку) они повесили растяжку «Дому 63 года! Требуем капитальный ремонт без надстройки». И растяжку эту видели все, кто проезжал по проспекту Независимости.

«Больше десяти лет мы боролись,— говорит Наталья Ермолович. — Было сложно, но это стоило того».

Чеченская семья, которой не давали жизни на родине, все-таки попала в Польшу

Пять историй о борьбе. Со счастливым концом!

Во всем мире остро стоит проблема с беженцами. Но нам, в Беларуси, казалось, что это не про нас. Пока в Бресте не появилось три тысячи чеченцев, которые на протяжении нескольких месяцев пытались пробиться в Польшу.

Беларусь для них была только транзитной точкой, но именно сюда они возвращались каждый раз, когда в Польше отказывались слышать их аргументы. У большинства беженцев (именно так себя называли чеченцы) было несколько десятков попыток — большими семьями, с большими сумками и, конечно, с большими надеждами. А пропускали зачастую одну-две семьи в день, причем по какому принципу их выбирали, самим беженцам было непонятно.

В поезде Брест — Тересполь мы познакомились с одной чеченской семьей. Папа, мама и четверо детей. Пятый ребенок должен был вот-вот родиться.

По дороге Ахмед (имя изменено из соображений безопасности — ред.)рассказал, что у него высшее образование, в Чечне он работал на руководящей должности. Все было спокойно, пока его родственника не обвинили в связи с правозащитниками. Дома провели обыск и нашли формальные причины, чтобы увязать это дело с ним.

«В Чечне силовикам хорошо платят, дают квартиры и машины, чтобы они постоянно находили врагов, — рассказывал наш новый знакомый. — За мной приехали ночью. На две недели забрали в изолятор. Избивали, требовали, чтобы я признался в преступлении, которое не совершал. Выбора не было, они бы меня просто убили. Так меня посадили на несколько лет».

По возвращению на свободу Ахмед надеялся, что его оставят в покое. Но визиты правоохранителей продолжились, а вместе с ними обыски и угрозы.

«Я уехал из Чечни, в другой регион, — продолжает он свой рассказ. — Но они и там меня нашли. После этого я решился бежать с семьей. В России границ нет, там мне жизни не будет».

Супруга Ахмеда приняла его решение. Быстро собрали детей и уехали.

«У нас есть документы, доказательства, что со мной было в Чечне, но поляки даже не хотят нас слушать»,— говорил Ахмед по дороге в Тересполь.

Эта была его тринадцатая попытка попасть в Польшу. Неудачная — пограничники развернули семью и даже не стали узнавать подробности.

Однако, как нам удалось выяснить, Ахмед все-таки пересек границу. Его супруга начала рожать прямо в пункте оформления. Семья осталась в Польше.

Нам, к сожалению, неизвестно, как сложилась их судьба дальше. Но мы надеемся, что когда дети Ахмеда вырастут, они забудут все плохое, что связано с поездом Брест — Тересполь. И будут вспоминать об этом как о приключении.

 Минчане отстояли свер Котовка

Пять историй о борьбе. Со счастливым концом!

«Католическая община решила рубить деревья в единственном парке района Сельхозпосёлок», — такое сообщение минчанин в мае 2016-го разместил в интернете. Речь идет о сквере Котовка на пересечении улиц Измайловской, Крыловича и Мелиоративной. Здесь хотели построить костел, и власти дали на это разрешение.

Представители общины уверяли, что не собираются уничтожить весь сквер. «Всего» 50 деревьев. Обещали благоустроить территорию. Но местные жители стояли на своем — решение костел получил незаконно, деревья нужнее.

К проблеме подключились экологи и небезразличные минчане. Вместе с местными жителями они буквально дежурили в сквере, окружали деревья и вступали в схватку с коммунальщиками. Параллельно отправляли жалобы во все возможные инстанции.

Мало кто верил, что эти ребята чего-то добьются. Но сначала им удалось приостановить вырубку деревьев. А потом председатель Мингорисполкома заявил, что сквер Котовка решено сохранить. Католической церкви предложат другой участок для возведения храма.

Семья, пострадавшая в ДТП, добилась отмены решения суда не в их пользу

Пять историй о борьбе. Со счастливым концом!

Супруги Елена и Олег Загурские попали в аварию в августе 2013-го, но разбирательство по делу затянулось на долгие три года. Первый суд вынес решение, согласно которому Елена, сама потерпевшая в аварии, должна была выплатить 120 млн рублей матери погибшего пассажира из другой машины, при этом виновник ДТП не должен был пострадавшим ни копейки.

Поздно вечером 4 августа 2013 года супруги ехали на своем Peugeot-307 по трассе в Берестовицком районе. За рулем была Елена. Внезапно в них врезался Volkswagen Passat. За рулем был 23-летний Игорь Мармыш. Он не уступил дорогу Peugeot, хотя по правилам дорожного движения должен был. 

После столкновения автомобили вылетели в поле за пределы проезжей части. В результате ДТП погиб пассажир Volkswagen Юрий Рукавишников. Супруги Загурские получили серьезные травмы.

И хотя они проходили по делу потерпевшими, суд постановил взыскать с Елены серьезную сумму — 120 млн рублей в пользу матери погибшего пассажира.

«Решение суда для нас было шоком. Я ехала по правилам и не виновата, что в меня врезался Volkswagen. Мы чудом выжили, а с нас хотят взыскать такую огромную сумму»,— возмущалась Загурская.

Гродненский областной суд оставил в силе решение суда Берестовицкого района. Но супруги решили добиваться справедливости в Верховном суде. «Это был принципиальный вопрос»,— подчеркивает Олег Загурский.

Верховный суд первое решение отменил и направил дело на новое рассмотрение. На этот раз в суд Волковысского района.

«Мать погибшего пассажира три раза не являлась на заседания. Она живет за границей, — рассказала Елена Загурская. — В итоге суд оставил дело без рассмотрения. То есть мы ничего не должны той потерпевшей. А владелец Volkswagen продолжает выплачивать нам компенсацию».

Срока давности по делам, связанным с компенсацией морального вреда, нет. Теоретически мать погибшего парня даже через 20 лет может обратиться в суд.

«На данном этапе мы разрешением вопроса довольны, хотя это и бомба замедленного действия. В любом случае будем доказывать свою невиновность. Мы потерпевшие в данной ситуации»,— говорят супруги.

ИП добилась отмены решения, по которому с нее хотели взыскать более 500 тысяч долларов

Пять историй о борьбе. Со счастливым концом!

Эта история произошла в Пинске. Предприниматель Татьяна Тибец занимается продажей стройматериалов и сначала работала как индивидуальный предприниматель, а в 2008 году, когда ИП запретили нанимать работников (кроме близких родственников), открыла ЧТУП «ТТТ-Строй».

Поскольку все договоры с заводами-производителями у нее были оформлены на ИП, женщина покупала материалы как индивидуальный предприниматель, а затем продавала их своему же ЧТУП, чтобы распространять товар с помощью наемных работников.

В 2015 году к Татьяне с проверкой пришли налоговики. Выяснилось, что в документах ее предприятия отсутствует договор с ИП Тибец, заключенный в 2008 году. Налоговый инспектор посоветовала женщине сделать этот документ задним числом, что та и сделала. Позже выяснилось, что этот документ противозаконный, поскольку обе стороны в нем представляла Тибец (в первом варианте договора, составленном в 2008 году, ЧТУП представляла главный бухгалтер предприятия). Позже предпринимательница нашла настоящий договор от 2008 года, но суд его не признал.

В марте 2016 года Экономический суд Брестской области признал ничтожной сделку между ИП Тибец и ЧТУП «ТТТ-Строй» и постановил взыскать с обеих сторон более 530 тысяч долларов. Сумма для пинской предпринимательницы просто неподъемная. У нее четверо детей, причем самый младший ребенок родился недавно.

История вызвала большой резонанс. Татьяна решила дойти до Верховного суда. И коллегия встала на ее сторону.

«Шансов было очень мало, буквально доли процента, что мы все-таки сможем выиграть», — рассказал журналистам муж предпринимательницы. Сама Татьяна не смогла приехать в суд.

По мнению мужа, большую роль в решении суда сыграл общественный резонанс, вызванный публикациями истории в СМИ.

«Мы были уверены, что средства массовой информации сыграют свою роль в этом решении. До того, как история была освещена в СМИ, вообще не было никаких шансов. Когда она прогремела, мы видели хорошие, сочувствующие отзывы на форумах, это нас тоже морально поддержало,— сказал он. — Справедливость восторжествовала».

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»