Анлайн-дадатак да газеты
"Народная Воля"

Если в стране нет политики, то у тех, кто находится или рвется к власти, не может быть морали.
10:26 8 жніўня 2016
536
Памер шрыфта

Политолог Павел Усов назвал участие беларусскойоппозиции в парламентской кампании-2016 аморальным. «Выборы – это обратная сторона лжи, которой власть отравляет сознание белорусского общества, и участвовать в выборах — значит позволять этой лжи укореняться», — написал политолог, чем вызвал на себя огонь коллег по политологическому цеху Валерия Карбалевича и Юрия Дракохруста.

 n-europe.eu

Валерий Карбалевич заметил в высказываниях коллеги «категоричность и моральную ригидность», потому что он «обрушился на оппозицию, которая участвует в выборах, со всей статью религиозного проповедника». Особо возмутила эксперта следующая фраза: «Я думаю, что эта задача каждого журналиста, публициста и аналитика – бороться с ложью, какой бы правдой она не стремилась казаться. Только так можно создать условия для реальных политических изменений в стране». Валерий Карбалевич замечает: «Когда профессиональный политолог требует подменить политику моралью, то здесь можно только развести руками».

Юрий Дракохруств дискуссии ссылается на концепт Макса Вебера об этике убеждения и этике ответственности. Принцип этики убеждения: делай, что должно, и пусть будет, что будет. Принцип этики ответственности: делай так, чтобы последствия твоего поступка не ухудшали ситуацию, ты несешь ответственность за ухудшение.Суть в том, что в политике временами приходится принимать аморальные решения.

В чем суть дискуссии? На вопросы Службы информации «ЕвроБеларуси» ответил методолог и философ Владимир Мацкевич.

— В разговоре о морали и политике наименее уместно морализаторство. Оппоненты Усова ведь и ему выдвигают моральный упрёк, правда, очень завуалированный.

В самом начале установления диктатуры Лукашенко шли разговоры, что режим непрагматичен, неэффективен. Мне неоднократно приходилось говорить, что мои главные претензии к режиму Лукашенко носят морально-этический характер. Все, что делает режим, — аморально. Я обосновывал свой тезис тем, что политика самым тесным образом соприкасается со сферой морали. Если мы вспомним философскую классику, то Кант рассматривал,  кроме критики чистого разума, и критику практического разума. Рассматривая практический разум, он относил политику к нравственно-практическойсфере. Основной критерий практической эффективности имеет этическую природу, оценивая эффекты политической практики, мы говорим о благе, об общественном благе, в первую очередь. При этом в каждой предметности благо может описываться по-разному: в экономике – одним образом, в технике – другим, в педагогике – третьим. Но вся практическая деятельность так или иначе заточена на благо. А благо – категория этическая, поэтому невозможно оторвать политику от этики, от морали.

Более того, если мы посмотрим на практику развитых демократий, то  чаще всего кандидаты на выборные должности оцениваются электоратом по морально-нравственным критериям. Именно поэтому в США очень долгое время нравственно-моральные характеристики кандидатов (в судьи, в шерифы, в конгрессмены, в президенты)   подвергались тщательному анализу и критике. Простому избирателю морально-нравственная сторона понятнее, чем сложные предложения, тактические и стратегические соображения, идеологические расхождения между кандидатами. Если претендент давал повод усомниться в своих морально-этических качествах, то существенно снижал свои шансы выиграть выборы.

Карбалевич, возражая Усову, предложил рассматривать политику и мораль как совершенно отдельные понятия. Утверждая, что эффективность практической деятельности имеет свои критерии, которые ничего общего с критериями морали не имеют. Это очень глубокое методологическое и философское заблуждение в силу причин, названных выше. Хуже того, в беларусской ситуации, когда мы указываем на непрагматичность, на неэффективность политической деятельности, способов борьбы за власть, которые избирают оппозиционные партии, мы постоянно подчеркиваем отсутствие результата: функционирование есть, результата нет, а если нет результата, то это суета, а не деятельность и не практика. Никто из оппозиционных политиков не может попасть ни в  местные Советы, ни в парламент, не говоря уже о победе на президентских выборах. Когда мы указываем на эти обстоятельства, в ответ слышим: мы не смогли победить, но одержали моральную победу. Слышите? Моральную! Долгое время это смешное выражение «одержали моральную победу» воспринималось без критики и без анализа.

Что означает моральная победа? Политики объясняют: Мы уличили власть во лжи! Мы показали, что власть фальсифицирует выборы,  что игра ведется нечисто. Но даже самый неопытный, самый несведущий избиратель давным-давно знает, что выборы фальсифицируются, что власти лишают независимых, не говоря уже об оппозиционных, кандидатов доступа к СМИ, к избирателю, и не дают даже самому хорошему человеку добиться поддержки электората.

Так в чем же состоит моральная победа? И Карбалевич, и Дракохруст, и те, кто оправдывал политиков в их совершенно неэффективной деятельности, признавали аргумент «мы одержали моральную победу» за чистую монету. Усов попытался уличить в аморальности тех, кто участвует в «выборах»  — я говорил об аморальности в 2010 году. Они участвуют в обмане; не только власть обманывает избирателей, гражданское общество, международное сообщество, но и все те, кто участвует в фальсификациях, инспирированных властью, являются соучастниками фальсификаций. Соучастие и является аморальным – именно на это указывает Усов, с чем невозможно не согласиться.

— Значит, вы солидарны с тезисом Усова о том, что выборы и ложь в беларусских реалиях – две стороны одной медали?

— Да, я тоже считаю, что участие в выборах (начиная с парламентских выборов 2004 года) является аморальными. В определенном смысле выборы 2006 года еще могли рассматриваться как имеющие хоть слабую прагматическую основу, а все после 2006 года – без всяких сомнений можно квалифицировать как аморальное соучастие и подыгрывание власти.

Моральная оценка не исключает анализа прагматичного, анализа эффективности. Но неэффективность оппозиционной политики видна невооруженным глазом.

 Если учитывать морально-нравственную сторону практической деятельности – политической деятельности, то сегодняшняя оппозиция является соучастником преступлений властей.

— Какая деятельность оппозиции в нынешних политических условиях могла бы считаться моральной?

—  Абсентеизм — неучастие, пассивное сопротивление избирателей политической системе. Не принимать участие в заведомо аморальных действиях властей: для избирателей – игнорирование выборов, но и для политиков – тоже неучастие. Когда возражают против неучастия в выборах, пытаются отождествить данное действие с бойкотом. Но бойкот более трудоемкий процесс, чем участие в выборах. Никто не говорит, что сегодняшняя оппозиция хотя бы отдаленно способна организовать бойкот. Речь идет о занятии нравственной позиции и критики властей с нравственной позиции– неучастие в преступлении. В Индии это делал Ганди, в Чехии – Вацлав Гавел, можно проследить морально-нравственную линию деятельности польской «Солидарности». Вацлав Гавел не принимал никакого участия в квазивыборах в социалистической Чехословакии; неучастие в квазивыборах позволило ему сохранить авторитет в глазах избирателей, и когда изменилась ситуация, когда власти вынуждены были пойти на демократические выборы, Вацлав Гавел оказался вне конкуренции.

Давайте представим себе,что давление мирового сообщества, экономический кризис вынудят беларусский режим пойти на некие компромиссы. Но при нормальных выборах все соучастники обмана со стороны оппозиции не получат ни единого шанса. Нравственно-моральные характеристики прошлого сделают их совершенно непривлекательными и при нормальных выборах. Поэтому в нашем случае нужно брать пример с Вацлава Гавела и его манифеста, выраженного в статье «Сила бессильных».

То же самое пытался говорить в Советском Союзе и Солженцин в своем эссе«Жить не по лжи!»То есть не лгать, ни словом, ни делом. Шансы при  нормальном политическом процессе есть только у тех, кто может открыто, честно сказать, глядя избирателям в глаза: я при режиме Лукашенко жил не по лжи, и после него могу сохранять морально-нравственную позицию. 

— Но долгие годы, как считалось, именно моральность отличала оппозицию от власти…

— Давайте подойдем к проблеме с другой стороны.

Я могу понять основания Карбалевича и Дракохруста в их критике тезисов Павла Усова. Мораль нельзя рассматривать как нечто трансцендентальное, не имеющее прагматических корней; мораль базируется и основывается на деятельностных основаниях. Можно говорить, что собственность побуждает к морали, чувство собственности, ответственности. Оторванность от деятельности, что свойственно пролетариату по Марксу: лишает , в том числе, и морали, и нравственности. Раз ему нечего терять – значит, нет и ценностей, которые он готов защищать. Нет ценностей – нет и морали.

Гораздо лучше, поэтически, эту мысль выразил Бертольд Брехт: в «Трехгрошовой опере» люмпен-пролетариат поет, что сначала хлеб, а нравственность – потом. Так же в морали не нуждался Альфред Дулиттл, отец главной героини в пьесе Бернарда Шоу, выражавший идеологию лондонских низов. Люди, лишенные нормальных условий существования, любой целесообразной деятельности становятся оторваны от нравственности. Не обязательно он превращаются в преступников – они утрачивают нравственные ориентиры и не могут по-человечески оценивать, что является моральным и неморальным. Они находятся в подвешенном состоянии.

Именно это происходит и с беларусской оппозицией. На протяжении двух десятилетий, будучи оторванными от целесообразной, целенаправленной деятельности, будучи допущены только к имитации деятельности, которая никогда не может достигнуть заявленных целей, она утрачивает нравственные ориентиры. Нравственность и этика перемешиваются, становятся хаотичными, неупорядоченными. Это произошло из-за отрыва от политической деятельности.

Политика является не только средством достижения целей разных социальных групп, политика в стране должна быть целью гражданского общества. Только в ней устанавливаются общественные ценности, определяется, что есть общественное благо, и кому общество доверяет его реализацию.Если в стране нет политики, то у тех, кто находится у власти, и у тех, кто рвется к власти, не может быть морали. Пока в стране не будет политики, нами будут править мошенники, или аморальные, пусть и безобидные и беззлобные, личности. От того, что творят беларусские чиновники не со зла, а просто бездумно, их действия и поступки не становятся менее аморальными.

Фото: journalby.com

Каб мець магчымасць прачытаць цікавыя і актуальныя артыкулы, купляйце PDF-версію газеты!
Хуткая аплата праз смс-сервіс

Чытайце таксама

19 кастрычнiка 2017

Амерыка ўжо не такая страшная?

На мінулым тыдні ЗША абвесцілі, што рыхтуюцца зрабіць два радыкальныя крокі. Гэта выклікала ў свеце гучны рэзананс, але не з боку нашае краіны.
17 кастрычнiка 2017

Прейскурант ненормальности

В День матери прозвучало много хороших слов о материнстве и детстве. Но что такое слова, пусть даже самые раскрасивые? Ничто! Они не могут скрыть то негативное, что происходит в нашей жизни.
17 кастрычнiка 2017

Побочный эффект разгосударствления

Что происходит с госсобственностью