Линас Линкявичюс: Никто не снимал требований с режима в Беларуси

3

По его словам, это шанс для Беларуси, однако если будут лишь разговоры о реформах и не будет результата, то тоже будут сделаны соответствующие выводы

Он также отметил, что Островецкая АЭС – это не двусторонняя проблема в отношениях Литвы и Беларуси, а проблема более широкого масштаба.

– Санкции сняты, как мы знаем Александр Лукашенко на этой неделе посетил Италию, встретился с Папой Римским. Не является ли это признанием диктатуры? Как ЕС сейчас смотрит на Беларусь? И какой позиции придерживается Литва по этому вопросу?

– Никто не говорит ни о каких признаниях или непризнаниях. Есть отношения и определенные меры воздействия, которые применялись. В Беларуси не осталось политических заключенных, поэтому санкции были сняты. Но никто не снял ни ожиданий, ни требований, ни критериев и такой политики мы должны придерживаться в отношении других стран, например, России. Стандарты схожие.

По поводу всего остального не раз говорилось, что для Беларуси – это шанс, возможность воспользоваться этим периодом для конструктивных отношений, выгодных Беларуси и всему региону, чтобы продвинуться вперед и по тем темам, по которым раньше не работали. Я бы заметил, что после саммита ЕС в ходе председательства Литвы в Совете ЕС началась более конкретная работа, если говорить об облегчении визового режима, диалога по модернизации, которого раньше не было.

Мы хотели бы, чтобы изменения были положительными и хотя результаты, возможно, не до конца те, как мы бы хотели, но направление такое, и мы точно не хотим вернуться обратно.

Я бы еще упомянул, что весной были попытки реализовать некоторые меры. В Минске прошла конференция Беларуси и ООН по проблематике смертной казни, в апреле прошла первая до сих пор встреча координационной рабочей группы Беларуси и ЕС, в июне пройдет диалог по правам человека и т.д. Но вместе с тем есть и острые проблемы, некоторые из них, возможно, являются двусторонними проблемами Литвы и Беларуси, но я уверен, что они региональные, более широкого масштаба. Например, это связано со строительством Белорусской АЭС. И здесь мы пока не видим прогресса, а видим разговоры и намерения, но мы хотим видеть результат и никаких скидок и компромиссов не будет.

– Один из вопросов к Беларуси – проведение реформ. Можно ли на ваш взгляд действия белорусских властей назвать реформами?

– Реформами мы можем это назвать, когда увидим результат. А то, что об этом говорят, это еще не реформы. Признание проблемы тоже не реформа. Должен быть результат, если он будет, то будет видно, что есть искреннее желание что-то менять. И наоборот, если будут лишь разговоры и не будет результата, то тоже будут сделаны соответствующие выводы.

– Что больше всего беспокоит Литву в строительстве Островецкой АЭС?

– Начнем с того, что ее строительство началось с нарушения международных норм. Строительство фактически началось семь лет назад и строительная площадка была выбрана по неясным критериям. Для этого тоже есть технологии, определенные механизмы. Та же МАГАТЭ имеет специальную команду экспертов, которая обследует критерии выбора площадки. Так что само начало уже было таким.

Совсем не исследовано воздействие на окружающую среду по международной методике, и начинать строительство в таком случае это в принципе порочно. Поэтому мы и утверждаем, что этого строительства не должно быть вообще, но если оно происходит, то должно идти без всяких компромиссов и соответствовать международным стандартам. И о некоторых из них мы напоминаем. Еще раз могу напомнить.

В своей ноте после инцидента на строительстве АЭС мы писали, что будем требовать, чтобы Беларусь изменила свою позицию и согласилась с рекомендациями комитета ООН по созданию международной экспертной группы, которая расследовала бы действия, связанные со строительством. Другой момент – подготовка площадки, эти критерии должны рассматриваться с комиссией МАГАТЭ. По европейским стандартам, должны быть проведены стресс-тесты с участием европейских экспертов. Если не будет участия, то трудно будет доверять таким результатам.

Также мы получили ответ, в котором обещают до конца года обследовать площадку и провести эти тесты. Так что будем внимательно наблюдать за ситуацией и будем это делать не только мы сами, это один из важнейших вопросов в масштабе Европы, Еврокомиссия тоже этим занимается и следит за ситуацией. Так это не проблема нас двоих, не региональная проблема, это проблема более широкого масштаба, поскольку объект этот чувствительный и может быть очень опасным. И строительство должно осуществляться без всяких сомнений и точно без всяких нарушений.

– Островецкую АЭС можно причислить к вопросам безопасности. Но есть и другие аспекты безопасности, например, военное сотрудничество Беларуси и России. Как Литва смотрит на это сотрудничество?

– Страны могут сами выбирать своих партнеров по сотрудничеству, интеграции, ее глубине и масштабу. Вопрос какие ставятся цели? Без сомнения, когда мы слышим, что некоторые вещи происходят в качестве ответа на «агрессивное» поведение НАТО, то с трудом можем это понять.

Недавно слышались заявления, что в качестве ответа на элементы ПРО в Румынии будут предприняты соответствующие действия. Эти элементы – оборонительные и направлены на защиту от ракет, которые могут посылаться, скажем, нестабильными, неконтролируемыми силами. И такие ответные действия против НАТО выглядят довольно странно, тогда и сотрудничество приобретает определенный оттенок.

Мы всегда надеемся, что конфронтации не будет, поскольку Альянс – оборонительный, а не наступательный. Альянс не намерен на кого-то нападать, но точно сделает все необходимое для обеспечения безопасности своей территории и граждан. Это не должно вызывать ни у кого сомнений.

– Как вы вообще оцениваете безопасность в регионе в данный момент?

– Она должна быть в достаточной степени обеспечена согласно договору НАТО. И это должны делать штабы НАТО, правительства и государства, выделяя на это средства. Мы всегда довольно открыто обсуждаем эти вопросы, известны и проблемы, и слабые стороны. И, я думаю, мы успешно готовимся к саммиту НАТО в Варшаве, большое число позиций и параметров будут улучшены. Можно сказать, что пределов совершенства нет, с другой стороны, зная, где слабые места, проблемы, решается и ситуация. Альянс не только декларирует, но реально взял на себя обязательство по гарантии безопасности на своей территории. И он будет осуществлять свои обязательства.

– Какова ситуация сейчас с Сувалкским коридором?

– Это одно из слабых мест. Недавно было проведено исследование, в котором обратили внимание, что у стран Балтии 1400 километров границы с Россией и Беларусью, которые довольно интегрированы, особенно в области безопасности. И у нас есть скажем так ворота в 65 километров для связи с союзниками. Это узкое место и одно из мест, на которое мы должны обратить практическое внимание, и об этом в НАТО говорят, знают эту проблему и намерены соответствующим образом на нее реагировать.

– Как вы смотрите на перспективы Беларуси в Восточном партнерстве сейчас?

– Все шесть стран Восточного партнерства довольно разные. Разные не только по ситуации, но и по поставленным целям. Три из них не скрывают своего желания сблизиться с ЕС – Грузия, Украина. Молдова. Если Азербайджан с Арменией ведут иногда военные действия друг с другом, это специфическая ситуация. Но Армения не скрывает своего направления в сторону Евразийского союза, как и Беларусь.

Страны очень разные и разные ситуации, но каждая из них имеет свой определенный интерес в диалоге с ЕС, и ЕС с уважением на это смотрит, и соответствующим образом выстраивает свою политику. Так что, перспективы есть, интенсивность и глубина сотрудничества зависят от выбора этих стран. И страны-партнеры выберут, насколько интенсивно и глубоко они хотят сотрудничать с ЕС. ЕС примет это во внимание.

– И последний вопрос, сколько все же литовских товаров попало через Беларусь в Россию?

– У меня нет такой статистики, ответить не могу. Наверное, могли попасть, и наверное попали, но мне сложно об этом говорить.

Поделиться ссылкой: