Ее взяли помощником сортировщика, а потом поставили на злополучный станок с четырьмя пилами. Тот самый, из-за которого больше недели назад она потеряла руку.

Устраиваться в одну из деревообрабатывающих компаний города, пишет Onliner.by, витебчанка пришла 17 декабря.

— Мне в этот же день сказали идти переодеваться и выходить на работу, — рассказала Onliner.by 34-летняя Ольга. — Изначально предложили должность ученика сортировщика материалов и изделий из древесины. Зарплата небольшая — 1,7 млн на руки. Но потом платить обещали больше. В общем, моя задача была сортировать палочки. Ну, знаете, хорошие, плохие, с корой, без коры. Потом посмотрели, что я соображающая, шустрая, не медлительная, и сказали встать за станок по сращиванию древесины. Это станок с четырьмя пилами. У них скорость вращения — 4000 оборотов в минуту.

По словам Ольги, за станок неопытного человека поставили спокойно, в первый день работы за два часа показав, как и что делать. А с 18 декабря она уже вовсю распиливала сосну и склеивала ее. Хотя, как говорит, официально даже не была оформлена.

— Это сейчас я понимаю, что должно было быть обучение, инструктажи по технике безопасности и так далее, — говорит витебчанка. — Меня с записью «ученик фасовщика» в трудовой книжке не должны были даже подпускать туда. Да еще без «корочек» станочника или каких-то курсов. Но тогда мне очень нужна была работа, вот и пошла. Так неофициально проработала до 11 января, пока меня не оформили.

Ольга говорит, что ни в первый день, ни в другие с техникой безопасности при работе на этом станке ее не ознакомили.

— Вы знаете, ко мне никто не подходил, — рассказывает она. — Изредка мастер мог глянуть — и все.

Витебчанка вспоминает, что 12 марта, как раз в субботу, ей позвонил начальник и вызвал на работу. По словам женщины, приказа о том, что ей нужно было выйти в свой выходной, она не видела.

— Может, сейчас он и появился, я ж не знаю, — говорит она. — Но тогда мне его никто не показал. В общем, пришла. Вы знаете, на станке, на котором я работала, вот уже где-то две недели не было защиты. Ее сняли, чтобы заточить ножи. Снять-то сняли, а вот обратно не поставили.

По словам Ольги, все случилось в промежутке между 13:00 и 13:30. Причем случилось очень быстро: она потянулась за клеем, и неожиданно ее рука оказалась возле пилы.

— Я же человек в здравом уме, пальцы бы туда не совала. Но там рядышком есть емкость с клеем, мы обязаны ее доставать, чтобы ничего не пролилось. Я сняла перчатки, чтобы не вымазать клеем и потом ничего не зацепить, — объясняет она. — И голой рукой потянулась.

— Сама не поняла, как что произошло, — продолжает Ольга. — Крикнула. А кисти уже не было полностью. Болтались только сухожилия и немного кожи. Я вышла из-за станка. Мальчишки начали оказывать первую помощь, ремнем от джинсов пережали руку. Мастер пошел наверх вызывать скорую. А мне уже парни нашатырь принесли. Мне кажется, что руку этой воздушной воронкой туда и засосало. Там же 4000 оборотов.

Скорая, по словам женщины, ехала около 25 минут. Все это время Ольга с окровавленной рукой сидела в цеху.

— Оказывается, врачи не знали, что у нас ЧП на производстве, — объясняет она. — Мы думали, что, может быть, скорая заблудилась.

Ольгу отвезли в больницу. Руку спасти не удалось. От кисти после четырех пил ничего не осталось.

— С 12 марта я в больнице. Начальник не позвонил ни разу, — говорит витебчанка. — Но на второй день сюда приехал другой сотрудник администрации. Пришел, значит, и стал спрашивать: «Ну ты же сортировщица, зачем ты полезла на станок?» Я, если честно, была в шоке. Говорю ему: «Я три месяца там работаю. Вы что, не видели, что я работаю на этом станке?» В общем, задавал глупые вопросы, как будто бы я сама самовольно пришла, самовольно встала за станок и работаю. Мне показалось, намекал, чтобы взяла всю вину на себя.

Ольга опасается, что компания постарается скрыть происшествие, оформив документы задним числом. Поэтому она сразу же отправила письма-обращения в прокуратуру, департамент по охране труда и на предприятие самому директору. В обращении женщина требует выплатить ей миллиард рублей компенсации и до пенсии выплачивать среднемесячный заработок.

— Я же, получается, инвалидом стала. Как я сейчас работу найду? — заключает она.

— Она у меня боец, — считает сестра Ольги Елена. — Мы же сироты. Никто нам никогда не помогал, все сами. Так вот Оля держится. И сдаваться не собирается.

На самом предприятии от комментариев отказываются.

— Сейчас идут проверки Департамента государственной инспекции труда, администрации района в установленном порядке, согласно действующему законодательству, — отметила секретарь. — Пока заключения комиссии нет. Как только оно будет, работница узнает об этом первой.

В Витебском областном управлении Департамента государственной инспекции труда объясняют, что пока идет разбирательство.

— Сейчас идет расследование по факту случившегося, мы занимаемся этим вопросом, — объяснил первый заместитель начальника управления Сергей Ануфриев. — Работница узнает о его результатах в первую очередь.