Недоверие и апатия — главная проблема белорусского общества. Даже если 90% белорусов выступит против существующего режима, то режим будет чувствовать себя в безопасности: нет альтернативы, которая пользовалась бы большим доверием, чем режим.

В условиях всеобщей апатии и тотального недоверия надежды на «горячую весну-2016» неоправданны. Такое мнение в интервью«ЕвроБеларуси» высказал философ и методолог Владимир Мацкевич.

— Наступает сезон уличной активизации политической оппозиции — «горячая весна». Сейчас, на фоне обнищания населения, сложилась благоприятная ситуация для массовых выступлений оппозиции. Сумеет ли она воспользоваться благоприятным моментом?

— Не хочу выступать в роли предсказателя, но я не вижу условий для проведения «горячей весны» в этом году и не ожидаю бурных массовых выступлений.

Как показывает история с индивидуальными предпринимателями, нет общей объединяющей идеи, ради которой люди готовы были бы выйти на улицу. Несмотря на притеснения и неблагоприятные законы, люди предпочитают приспосабливаться либо добиваться решения в свою пользу другими способами, но не уличными акциями. Надежда оппозиционных лидеров, что предприниматели станут локомотивом массовых акций, не оправдались: акции немногочисленны, а большую часть протестующих составляют не индивидуальные предприниматели, а традиционные участники уличных акций.

— Значит, традиционная оппозиция сегодня не способна организовать массовые протесты в принципе?

— Думаю, да. В этом смысле, и причины выхода людей на массовые акции, и способы активизации, поддержки, подпитки массовости акций лежат гораздо глубже, чем пытаются показать часть аналитиков и политические лидеры. Думаю, что надежды на «горячую весну» беспочвенны.

— Социологические исследования уже несколько лет фиксируют жажду белорусов к переменам. Все понимают, что перемены сами не придут. Кто способен бороться за них?

— Наше общественное сознание является заложником навязанной нам марксистской формы социального мышления, где «верхи не могут, а низы не хотят»; на низы возлагаются большие надежды. Но низы не обладают творческим потенциалом, они могут разрушить, преградить, остановить. А что и как нужно делать, решает очень незначительное меньшинство — грамотное, творческое, инициативное. Если такое меньшинство не консолидировано или вообще никак не проявлено, то, соответственно, никаких перемен не наступит.

Огромным уроком для нас стала ситуация в Украине и майданы. Майдан, массовые протесты, консолидация, дисциплинированность и решительность украинских низов способны привести к смене власти, способны устранить клику, захватившую власть. Но кто приходит вместо нее?

Сейчас уже два года в Украине нарастает недовольство процессами, которые исходят от правительства; коррупция не побеждена, экономические реформы не проведены, законодательство и правоприменение оставляют желать лучшего. Война, которую можно было закончить или военной победой, или переговорами все тянется и тянется.

Конечно, два-два с половиной года для истории — небольшой срок, но мы понимаем: если нет сформулированной программы реформ, перемен, нет хорошего менеджмента, массы ничего не решают. И это начинает доходить до масс, до горячих голов, готовых выйти на улицу: ради чего? Взяв власть, кому мы ее передадим? Поэтому в Беларуси все будет происходить иначе. Массовые акции раньше или позже будут проходить тогда, когда проявится грамотная часть элиты, способная предложить программу, стратегию реформ, трансформации страны. Такая элита должна получить вотум доверия от масс. Как завоевать это доверие? Сегодня, при тотальном недоверии всех ко всем в Беларуси, даже если 90% белорусов будет против существующего режима, то режим будет чувствовать себя в безопасности: нет альтернативы, которая пользовалась бы большим доверием, чем режим.

Но теперь и режим поставлен в условия, когда не может сохранять статус-кво; нельзя, ничего не делая, не предпринимая, оставаться у власти. Режиму нужно меняться, но режим сам не способен этого сделать, не может найти в себе творческий потенциал поменять себя и поменять страну.

Как поступают в таких ситуациях страны нашего региона? Рано или поздно будет объявлена т.н. гласность: будет позволена широкая общественная дискуссия — сначала произойдет послабление в отношении СМИ, в сторону собраний, чтобы проявлялись новые лидеры. Появление новых людей позволит властям, с одной стороны, присваивать себе их предложения, идеи и воплощать в жизнь, а с другой стороны, появление новых людей будет вызывать их поддержку. Так или иначе, начнется политический процесс, который непонятно к чему приведет. Если все будет развиваться мирно, с высокой степенью договоренности между сторонами, то мы можем пойти по пути Польши после круглого стола. А ошибки и промахи могут привести и к массовым протестам, и к столкновениям. Все зависит от ума, сообразительности, воли власти и элит, которые проявятся в эпоху либерализации, гласности.

Дальние-дальние признаки приближающейся гласности сейчас можно заметить, но пока не видно решимости режима пойти на изменения: сначала самого себя, режима, а потом и всей страны.

— Значит, Беларуси придется повторить путь СССР последних лет?

— Не совсем так. В любом случае, придется проходить свой путь. Я ссылаюсь на прецеденты нашего региона. Похожесть на последние годы Советского Союза будет заключаться в необходимости объявить гласность — некоторую либерализацию СМИ, свободы слова, свободы собраний при контроле режима, силовых структур, чтобы они не перерастали в массовые акции. Во-вторых, через гласность должны себя проявлять новые лидеры, способные составить новую руководящую элиту государства, способные повести страны по пути санаций и разумных реформ, адаптированных к Беларуси. Здесь нам придется позаимствовать опыт Польши, потому что опыт Литвы, Латвии — у нас просто нет такой консолидации и взаимного доверия внутри нации. Поэтому мы не можем просто передать власть в стране обученным на Западе белорусским специалистам.

Нам не походит опыт Украины: большинство населения, наверное, уже понимает, что сломать систему — не фокус; сломать можно: ломали и в 1991 году, переломали через колено в 1996 году. Опыт есть и у самих белорусов, и перед нашими глазами стоит опыт Украины. Поэтому нам нужен свой путь, синтетический путь. Есть ли силы, есть ли ресурсы для преодоления этого пути? Сейчас сказать очень трудно; это можно сказать только, эмпирически анализируя период объявленной гласности.

Главным препятствием, которое нужно преодолеть, является взаимное недоверие белорусов друг к другу, к властям, к политическим партиям… Могут ли найтись в Беларуси люди, силы, партии, группы, церкви, которые пользовались бы доверием пусть не большинства, но очень значительной части населения. Думаю, хватило бы процентов 30-40, которые могли бы доверять и через такое доверие могли бы привести новую силу к власти.

Недоверие и апатия — вот в чем самая большая проблема.

Иллюстрация chaskor.ru