Теперь, может быть, задержат надольше. Если, конечно, он действительно разорен и откупаться уже нечем. Но я все-таки думаю, что он наверняка достанет “страховой парашют”: где-то же он есть, не может не быть.

Я много раз сравнивала беларуских бизнесменов, даже придворных, с парсючками к Рождеству. Их откармливают и даже позволяют свинячить только с одной целью – однажды побаловать себя свеженинкой. Но к Чижу скорее подходит сравнение с бараном: оброс – остригли, опять оброс – опять остригли… Хотя, не исключено, что настал момент, что кому-то захотелось баранинки…

Но знаете, что странно? Не испытываю никаких иллюзий по поводу бизнес-талантов Чижа. И, собственно, даже не считаю бизнесом то, чем он занимался. И все же мне его даже жаль… Жаль как человека, над которым издевались изощренно. Жаль как человека, которого колбасили на большой амплитуде. Жаль как человека, который никого не убил, играл по правилам, но обыграл сам себя и оказался в тюрьме.

Кстати, историк Алесь Кравцевич говорит, что для беларусов это важные и пока неоцененные последствия правления Александра Лукашенко – сочувствовать тем, кого арестовали. Мы всегда были людьми статута, людьми закона, с четким знанием, что в тюрьму попадают исключительно преступники. В этом, к слову, наше важное отличие от России: там просить милостыню, потому что только что вышел из тюрьмы, всегда было нормой, а у нас – последней причиной, по которой тебе дали бы деньги. Но Лукашенко такого натворил с тюрьмами и законностью, что теперь дадут.

В общем, мне Чижа жаль. Высоко взлетел – больнее падать. И путь от золотого унитаза до параши тяжел особенно.