Владимир Мацкевич: Белорусско-европейские отношения балансируют на грани срыва

3

Замминистра иностранных дел Елена Купчина просто не имеет полномочий для принятия самостоятельных решений. Поэтому слова, сказанные Виганду при личной встрече, ей приходится дезавуировать после установки сверху. Так оценивает заявление Клены Купчиной, дезавуировавшей слова Гуннара Виганда о готовности соглашения об упрощении визового режима, Владимир Мацкевич.

Сразу две европейские делегации посетили Минск: 7-9 декабря приезжала миссия экспертов во главе с начальником отдела Восточного соседства генерального директората Европейской комиссии по политике соседства и переговорам о расширении Матье Буске, а 9-10 декабря – делегация Европейского союза во главе с заместителем управляющего директора по делам Европы и Центральной Азии, директором департамента России, «Восточного партнерства», Центральной Азии, регионального сотрудничества и ОБСЕ Европейской службы внешних действий Гуннаром Вигандом.

Чем можно объяснить столь высокую активность европейских структур? Удалось ли найти точки соприкосновения с официальным Минском?

На вопросы Беларускай праўды ответил глава Рады Международного консорциума «ЕвроБеларусь» Владимир Мацкевич.

-Минск посетили сразу две делегации Евросоюза: вначале эксперты Восточного партнерства, затем – делегация ЕС. В чем состояла их разведывательная миссия?

-14 декабря предстоит встреча по 4-й платформе многостороннего сотрудничества. А поскольку гражданское общество практически не участвует в экспертизе, мониторинге  разворачивающихся проектов, а Беларусь очень неактивна в 4-й платформе в рамках Восточного партнерства, то у экспертов есть интерес: а что же происходит в Беларуси и почему дела обстоят таким образом.

Визит делегации ЕС во главе с Гуннаром Винагдом носит плановый характер. Гуннар Виганд находится в числе официальных лиц Евросоюза, которые отвечают за контакты с Беларусью. Нет специальной подоплеки и поводов для визита: Виганд встретился как с официальными властями, так и с представителями гражданского общества, с которыми он уже имел контакты в рамках «Европейского диалога о модернизации для Беларуси». Так что это вполне рабочие визиты без разведывательной подоплеки.

– Что представляет собой повестка дня дальнейшей реализации программы «Европейский диалог для модернизации Беларуси», утвержденная 9 декабря?

-Здесь полная неопределенность. Инициатива ЕДМ, выдвинутая еще предшествующим еврокомиссаром Штефаном Фюле, всем представляется очень нужной и перспективной. Но с белорусской стороны – ни от властей, ни от гражданского общества – нет достаточно конструктивной инициативы, чтобы начать этот диалог. А предшествующая представитель Еврокомиссии в Беларуси Майра Мора занимала довольно неконструктивную позицию в рамках ЕДМ. И то, что инициатива превратилась в экспертную говорильню, причем говорильню экспертов исключительно со стороны гражданского общества и политической оппозиции – без участия властей, во многом заслуга всех трех сторон: представительства ЕС в Беларуси, белорусских властей и гражданского общества.

Сейчас в Европе, и отчасти – в Беларуси среди наиболее продвинутой части гражданского общества ищут подходы, чтобы возобновить, или обновить, вдохнуть новую жизнь в эту инициативу. Либо, по крайней мере, выдвинуть новую инициативу с прежними целями – контакты, коммуникационная площадка между белорусским режимом и гражданским обществом при посредничестве и с участием Еврокомиссии.

– Глава делегации ЕС Гуннар Виганд объявил, что ЕС готов удвоить финансирование Беларуси в 2016 году, помочь со вступлением в ВТО, содействовать получению европейских кредитов. Какими условиями обставлена эта помощь?

– Вот на этот вопрос я не могу ответить.

С одной стороны, Европейский Союз не отказывался от требований и условий, выдвинутых еще в 2011-2012 годах после известных событий в Беларуси. Это касается общеполитических и экономических вопросов, и специальных, например, участие в Болонском процессе, в который Беларусь принята условно – с добавлением дорожной карты предстоящих шагов, необходимых для полноценного участия в Болонском процессе. Выдвинутые требования не отменены, но сегодня на них закрывают глаза, чтобы каким-то образом нормализовать отношения Беларуси и ЕС. А вот насколько долго можно на них закрывать глаза, как долго сторонники ценностного подхода со стороны Европы в отношении Беларуси (его можно выразить фразой «большее за большее»: чем больше Беларусь делает для выполнения европейских международных стандартов, тем больше помощь со стороны Евросоюза) – неизвестно. Этот подход в отношении Беларуси не срабатывает: Беларусь не выполняет никаких обязательств, а ЕС тем не менее пытается интенсифицировать контакты и увеличить помощь.

Ситуация шаткая и балансирует на грани срыва. Если Беларусь хотя бы не будет проводить эскалацию (давление, репрессии), то, наверное, тенденция на умолчание, временно забыть о выдвинутых требованиях продолжится. Но это слишком неустойчивое движение.

-Не успели европейцы выехать за пределы Минска, как Елена Купчина опровергла слова Гуннара Виганда о готовности к подписанию соглашения об упрощении визового режима. Можно ли списать противоречивые заявления на несогласованность позиций?

-Именно так к ним можно и относиться.

Но есть еще один аспект. Все решения в отношении белорусско-европейских отношений принимаются на самом высоком уровне, а переговоры ведут чиновники, близкие к высшему уровню, но отстоящие от него на несколько ступеней. Та же Купчина – всего лишь замминистра иностранных дел и просто не имеет полномочий для принятия самостоятельных решений. Поэтому слова, сказанные Виганду при личной встрече, ей приходится дезавуировать после установки сверху.

-И судьба санкций в отношении официального Минска, и судьба дальнейших белорусско-европейских отношений по-прежнему покрыта туманом?

-Нет никакой определенности.

Поделиться ссылкой: