Олег Березюк: если Беларусь будет против Украины, то мы все скатимся в 1939 год

6

Олег Березюк возглавляет  фракцию партии «Самопомич» в украинской Верховной Раде. Его коллеги по фракции курируют вопросы международных отношений, в том числе и работу депутатской группы по связям с Беларусью. «Ежедневник» обсудил с парламентарием сегодняшний уровень отношений между двумя странами, борьбу за иностранные инвестиции и то, как реформа украинской таможни повлияет на взаимные перевозки.

– Расскажите, как вы оцениваете сегодняшние отношения наших стран, что необходимо для их развития?

– В первую очередь Украине необходимо увеличивать коммуникацию с внешним миром. Нужно рассказывать всем, в том числе и Беларуси о том, что происходит в Украине. О том, что у нас идет война, и война эта с нашим соседом, Россией, которая напала на нас. Напала гибридным способом, но это война именно России против Украины.

Единственный эффективный метод борьбы с агрессором – это построение экономически сильной страны. Это бы способствовало и политической стабилизации.

Беларусь специфический партнер. У нас есть общие корни и общая беда: наши страны 70 лет жили в неофеодальном режиме Советского Союза. У Беларуси свой путь, этот путь непростой у него есть свои успехи – украинцы отмечают это, приехав из вашей страны. Есть определенные успехи и у нас – об этом уже говорят белорусы, побывав в Украине.

Политика, которую сейчас Беларусь ведет по отношению к Украине очень правильная. Она осторожная, потому что беда рядом. Но в целом позиция очень правильная.

– Вы ждете от белорусского правительства каких-то определенных шагов?

– Мне кажется, Беларусь должна показать своим примером, что инвестиции в Украину возможны. О политике я даже не говорю. Если Беларусь встанет на политическую платформу оппозиционную к Украине, то просто ничего не будет. Мы все умрем. И Беларусь умрет, и Украина умрет. Мы скатимся в 1939 год.

– Говоря об инвестициях. Есть на данный момент определенные проекты, которые вы видите перспективными в сотрудничестве двух стран?

– У нас развита и по-настоящему успешна отрасль сельского хозяйства, а перерабатывающая отрасль – нет. В Беларуси же перерабатывающая отрасль очень успешна. Качество очень высоко, мы любим белорусские продукты. Есть очень большой белорусский опыт. Почему нельзя перенести его в Черниговскую, Волынскую, Львовскую области, где сейчас сельское хозяйство на высоком уровне? Мы недавно ездили по Львовщине и видели, что люди активно работают, держат коров, хоть это и не выгодно. Молоко некому сдавать, потому что нет молокозавода. А монополисты занижают цены и берут это молоко ниже себестоимости. Нет конкуренции.

А можно было перерабатывать молоко, делать сухое и продавать на Запад, потому что его всегда мало. Успех гарантирован.

– Кроме сельского хозяйства, где еще сотрудничество могло бы быть эффективным?

– Инфраструктура. Те же дороги в Беларуси гораздо лучше. Можно было бы запустить инвестиционные проекты в этой сфере.

– Какие преграды при реализации таких проектов?

– Политическая воля. Сейчас хорошие политические отношения, они всегда, в общем-то, были хорошими. Но мы совместно не работали, потому что страны шли разными путями. Украина старалась всегда как-то выйти из тени и дорого за это платит, а Беларусь выбрала другой путь – пребывая больше в тени, строит себя, и мы еще не знаем какой путь лучше. По некоторым экономическим показателям Беларусь ушла далеко вперед.

– Т.е. можно сказать, что в наших отношениях есть проблемы?

– Отношения дружественные, но сотрудничества не хватает. Есть информационная недостаточность. У меня есть родственники в Минске. У нас очень хорошие отношения, но все равно, когда мы встречаемся, нужно несколько часов чтобы как-то соотнести позиции. Есть какие-то информационные утки, которые инконпонируются в мозг. Я же сам со Львова, и в прошлом году они думали приезжать или не приезжать в гости. Только жестким черным юмором про кровь славянских младенцев в качестве угощений удалось показать абсурдность некоторых вещей, которые говорят про нас. И когда они все-таки приехали весной, в достаточно напряженный период, то были очень удивлены, попав в европейский город, где любят гостей, где спокойно можно говорить на русском языке. Родственники задавались вопросом: «Мы же это знали, как мы допустили поменять наше мнение». Но это мощная машина работает. И, кстати, президент Беларуси очень хорошо это понимает. Не зря, когда он приезжал в Украину, то заявил, что необходимо открывать телевизионный канал.

– Кстати, вам неизвестно, эта идея продвигается?

– К сожалению, у нас так много проблем, что этот вопрос оказался третьестепенным. Хотя это и неправильно. В Библии написано: «Сначала было слово», это нужно первым делом делать. Президент Лукашенко это хорошо почувствовал. Он знает, что люди думают, их информационные поток порой сформирован искусственно.

– Вы недавно предложили передать обслуживание украинской таможни на аутсорсинг иностранной компании. Откуда появилось эта идея, насколько она сейчас реальна и как это может сказаться на товарообороте, перевозках между Украиной и Беларусью.

– Только позитивно. Не для контрабанды – она перестанет ходить. Это не наша выдумка. Это распространенная практика в мире, когда молодые государства используют инструмент иностранной супервизии для своего развития. Потому что таможня всегда и везде коррупционное место. Но в разной степени. Вот таможни Швейцарии, Британии, Германии имеют очень низкий уровень коррупционности и контрабанды. И это не потому что у них люди другие, а потому что система работы и мониторинга другая. Если эта система переносится на таможню другого государства при обоюдном высшем политическом решении, то тогда все в порядке. Это случилось в Болгарии, Индонезии, Албании. Перед тем, как это рекомендовать, мы изучили мировой опыт.

Мы посчитали, и я считаю, даже занизили цифру, что на таможне Украины гуляет еще один бюджет страны! Так зачем подымать тарифы, если можно закрыть таможню для контрабанды? Многие говорят, что будут повышаться цены. Но, простите, сейчас у нас цены не низкие как раз из-за контрабанды. У них прибыль 300-500%. По ряду позиций у нас цены выше, чем в Европе.

Мы очень рады, что нас услышал посол Британии и помог оценить рынок подобных услуг. Но мы не можем добиться, чтобы нас услышал Кабинет министров. Мы собрали всю информацию, компания-претендент исполнила свое домашнее задание, предложили схему сотрудничества, а ответа Кабмина нет. Конечно, чиновникам не хочется терять коррупционные «черные» схемы. Но мы не будем сидеть без дела, каждую неделю мы проверяем, что делается. Потому что, повторюсь, это второй бюджет страны. Есть опыт, согласно которому за первые три месяца работы новой системы бюджет таможни увеличивается на 30-40 %.

– Как эта система должна работать на практике?

– То, что нам сейчас предложили британцы, это система, при которой идет совместная работа, но управление процессами лежит на компании.

Перевозчики скажут «спасибо». Потому что вряд ли им нравится ситуация, при которой ты едешь на границу и не знаешь, по каким правилам ты ее пройдешь, и это зависит от коррупционных традиций, а то и просто от настроения таможенника.

– Наши страны находятся в одном геополитическом регионе, к которому сейчас присматриваются инвесторы, в том числе из Китая. Для вас Беларусь это скорее партнер или конкурент в борьбе за инвестиции?

– Беларусь для нас всегда будет и другом, и конкурентом, это очевидно. Если это конкуренция в развитие, то все в порядке. Азиатский рынок очень большой, я думаю, хватит и на Беларусь, и на Украину. Он очень активно развивается и стабилизируется. Если еще вчера Китай был одним, сегодня совсем другой –  например, он становится более «зеленым», отказывается от ГМО. Не знаю, как в Беларуси, но в Украине мы не сеем ГМО, что отличается наше сельское хозяйство от многих других.

– Как сейчас обстоят дела со взаимным туризмом?

– В целом в Украине мы фиксируем тот же уровень туризма, что и в прошлые годы. Но изменилась структура. В прошлом году к нам приехало меньше иностранцев, но украинцы стали чаще отдыхать дома. Я сам удивлен, сколько в Украине есть прекрасных мест, о которых я, прожив тут всю жизнь, даже не знал. У нас 40 млн население, если каждый человек посетит хотя бы два туристических центра страны, то сможем поднять туристическую отрасль. Хотя в этом году мы видим, что снова начинает ездить и иностранцы: поляки, немцы. Рядом еще одна большая нация – белорусы. Они всегда любили приезжать в Трускавец на минеральные воды. Если каждый белорус съездит, то мы можем 30 лет жить на эти доходы.

– Ну а вы как-то думали уделить больше внимания этому вопросу, запустить рекламу?

– А мы это делали. Когда я еще работал во Львове, мы в тандеме с Трускавцом очень много делали рекламы, и в Трускавце было 30% мест занято белорусами, в том числе приехавших по профсоюзной линии. Очень хорошо выстроили работу с Азербайджаном в этом направлении, во Львов летал самолет оттуда. Это все было, но потом война. Во время войны очень тяжело говорить о туризме. Если для нас с вами еще понятно, что Львов и Киев в сотнях километрах от Донецка, то для многих – страна в огне.

– Если вернуться к теме войны на Востоке, какие вы видите меры по ее прекращению?

– На Востоке происходит интервенция другой страны. Нам нужно жестко локализировать зону конфликта. Для этого необходимо развитие армии, причем в сотрудничестве с внешним миром. Сами мы не справимся – за последние четыре года армия была целенаправленно уничтожена, как и другие инструменты государственности.

– А минскую площадку для переговоров вы еще видите как перспективную?

– Послушайте, для переговоров нужно использовать любую площадку. Во время войны переговоры не должны прекращаться ни на один день.

– Минские соглашения вы положительно воспринимаете для Украины или все же нет?

– Минские соглашения – это попытка. Успешная или нет, мы еще увидим позже. Она, может быть, дала передышку, но мы не знаем, для чего эта передышка используется врагом. Нами точно она использована для укрепления обороноспособности страны. Потому что воевать было нечем. Увидим. Нельзя обесценивать то, что пока не можешь оценить. Да, мы недовольны – соглашения не исполняются врагом, и не исполнялись ни на минуту с момента подписания. Сначала закрывали на это глаза, потому что просто не хотели в это верить. Сто и больше обстрелов в день, это, простите не Минские соглашения. Но все-таки такой процесс, как минские соглашения, должен идти.

Поделиться ссылкой: