Вот и по поводу очередного совещанияв этом духе — о совершенствовании законодательства по борьбе с коррупцией — обыватель, мельком взглянув на телеэкран, может бросить: ничего нового, толкут воду в ступе.

Но аналитики заметили: в нынешнем году эта вечная тема в трактовке белорусского президента обогатилась новыми красками.

Александра Лукашенко явно взволновала коррупционная составляющая среди причин, по которым пал режим Виктора Януковича.

Судьба Януковича: сюжет, который напрягает

Украинский сюжет с плачевным для верхушки прежней власти финалом уже не первый месяц гвоздем сидит в голове Лукашенко.

Еще в марте на совещании по приему в вузы у него прорвалось: «Не дай бог, мы в ваших вузах обнаружим какую-то там коррупцию. Только идиот после событий в Украине не сделает соответствующих выводов».

В начале июня в интервью сербским СМИ белорусский руководитель подчеркнул, что украинский кризис был обусловлен прежде всего внутренними причинами, в числе которых — высокий уровень коррупции.

Вот и на упомянутом совещании, прошедшем 31 июля, звучали отголоски, как нетрудно расшифровать, украинских событий.

По сообщениям официальных источников, Лукашенко отметил, что коррупционные процессы способны разрушить любую, самую совершенную систему — социальную и экономическую. Вызываемая ими диспропорция в доходах коррумпированной и законопослушной частей населения закономерно становится поводом для нарастания общественного протеста, подчеркнул глава государства.

Имидж борца с коррупцией пора освежить

При том что Лукашенко в образе антикоррупционного Робин Гуда пришел к власти уже 20 лет назад, борьба с ненавистной гидрой не дала потрясающих результатов.

Во всяком случае, если взять последний пока, прошлогодний «Индекс восприятия коррупции» Transparency International, то место там у Беларуси незавидное — 123-е среди 177 государств. Для сравнения: в 2002-м было 36-е.

Согласно же июньскому опросу НИСЭПИ, коррупцию считают самой острой проблемой нашего общества почти 24% белорусов.

При этом с заявлением Лукашенко о том, что «белорусская власть постоянно и жестко борется с коррупцией», согласны 39,1%, не согласны 48,4%.

Почти 30% считают, что «А.Лукашенко будет пытаться бороться с коррупцией, но ему вряд ли удастся добиться существенных успехов, потому что коррупция в Беларуси неискоренима», свыше 20% — что «А.Лукашенко трудно бороться с коррупцией, поскольку он сам во многом зависит от коррумпированных чиновников», почти 20% — что «А.Лукашенко и не будет серьезно бороться с коррупцией, поскольку он тем или иным образом заинтересован в ней».

Показательны в этом плане и цифры предыдущего, мартовского опроса НИСЭПИ. Тогда украинские события (Майдан, свержение Януковича) 36,9% белорусов расценили как «субъективный процесс, вызванный применением политических технологий со стороны Запада и слабостью власти». Но практически столько же — 36,8% — как «объективный процесс, вызванный недовольством народа политикой властей».

Если учесть, что московская пропаганда усиленно рисовала кукловодом проклятый Запад, то доля белорусов, избравших иную трактовку, выглядит особенно весомой.

Белорусы в благородное начальство не верят

Заметьте: и сам Лукашенко далек от мейнстрима российской пропаганды, когда раскладывает по полочкам причины Майдана, изгнания Януковича и его окружения. Лукашенко упрямо твердит: прежнюю украинскую власть погубила коррупция. Кажется, что перед его глазами так и стоит образ золотого батона в бывшей резиденции бывшего коллеги.

«Как только дети президента начинают заниматься бизнесом — жди беды. Как только у жен и любовниц появляются короны на голове — жди беды», — так прокомментировал Лукашенко истоки украинских потрясений еще в начале нынешнего года, когда Майдан только пробовал Януковича на зуб.

В другой раз белорусский официальный лидер стал публично как бы успокаивать самого себя: «Все будет нормально. Мы ничего друг у друга не взяли, ни у кого ничего не украли и шикарного за чужой счет ничего не создали».

Надо сказать, что народ, по данным июньского опроса НИСЭПИ, не особо верит в альтруизм и прочие благородные побуждения отечественных властей предержащих (см. таблицу).

 Динамика ответов на вопрос: «Как вы расценили бы людей, находящихся сейчас у власти?», %

 
вариант ответа 03’09 06’13 06’14
Это люди, озабоченные только своим материальным благополучием и карьерой 43,5 44,4 41,8
Это честные, но слабые люди, не умеющие распорядиться властью и обеспечить порядок и последовательный политический курс 12,7 15,3 18,9
Это честные, но малокомпетентные люди, не знающие, как вывести страну из экономического кризиса 11,9 13,8 16,9
Это хорошая команда политиков, ведущая страну правильным курсом 17,3 13,4 11,8
затруднились ответить / не ответили 14,6 13,1 10,6

Итак, почти 42% белорусов убеждены, что ими правят «люди, озабоченные только своим материальным благополучием и карьерой».

Модернизация провалена, реформ нет

Впрочем, вряд ли державные мужи всерьез надеются, что масса будет почитать их ангелами во плоти. Народ всегда на начальство бухтит. И на кухнях — пусть себе бухтят, лишь бы не бунтовали.

При всей своей нынешней оглядке на Украину белорусский президент, конечно же, далек от паники, что вот, через пять минут (или даже пять месяцев) белорусы выйдут на площадь из-за возмущения шикарной жизнью номенклатурной верхушки, высшего руководства.

Но, во-первых, бессменный президент, вновь обостряя тему борьбы с коррупцией, стелет себе соломку под выборы-2015. Во-вторых, набор предвыборных коньков невелик. Дать по тысяче долларов средней зарплаты, как когда-то было обещано, почти наверняка не получится. Значит, надо налегать на бесплатное шоу: строгий, но справедливый царь карает нерадивых бояр.

«Это беспроигрышная тема», — отметил в комментарии для Naviny.by эксперт минского аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич. Но дело, по его словам, не только в пиаре.

В последнее время усугубился кризис самой социальной модели, созданной Лукашенко, подчеркивает собеседник: «Модернизация провалена, и потому остается лишь щелкать кнутом, чтобы заставить чиновников работать».

Политолог отмечает, что «таких массовых посадок номенклатуры, хозяйственников высокого, по сути министерского ранга, как в последние пару лет, раньше, кажется, не было».

Номенклатуре сулят небо в клеточку

Действительно, конвейер работает в невероятном темпе. В апреле на пять лет колонии усиленного режима осудили за квартирные махинации бывшего председателя Гомельского горисполкома Виктора Пилипца, в мае восемь лет усиленного режима получил обвиненный во взяточничестве бывший зампред концерна «Белнефтехим» Владимир Волков, в июне к шести годам лишения свободы в колонии усиленного режима с конфискацией имущества приговорен бывший заместитель генпрокурора Александр Архипов.

Несколько вчерашних крупных шишек ожидают суда за решеткой. На днях же СМИ запестрели заголовками про «нефтяную мафию»: по уголовному делу о коррупции задержан ряд топ-менеджеров, включая заместителя генерального директора новополоцкого «Нафтана».

Кроме того, витает в воздухе призрак пресловутого декрета о «крепостном праве» для руководителей, который уже несколько раз в угрожающих тонах анонсировал Лукашенко.

Премьер Михаил Мясникович 30 июля тоже постращал вертикаль этим ужасным проектом, который уже якобы на выходе: «Там очень жесткие меры ответственности кадров. Те, кто будет уволен за несоблюдение производственной, технологической, трудовой дисциплины, в течение как минимум пяти лет не смогут занимать даже невысокие должности».

За счет подобной жесткости вряд ли можно заметно повысить эффективность работы государственного аппарата, полагает Карбалевич. Но загвоздка, по словам аналитика в том, что «если сверху постоянно не давить, то эта система вообще перестанет работать».

Безальтернативный кнут

В общем, те, кто твердит, что борьба с коррупцией для Лукашенко — только пиар, не правы.

Он понимает: если коррумпированные кланы наберут силу, то могут замахнуться и на прерогативы хозяина страны. Так что старательное перетряхивание кадров, обильное периодическое кровопускание — это один из элементов сохранения собственной власти.

Ну и потом, если реформы не делаются, если экономических стимулов работать лучше управленцы почти не видят, остается лишь хвостатый кнут.

Лукашенко доказал, что ресурс у этого грубого стимула немал и в XXI столетии. И все же сегодня настал, пожалуй, тот момент, когда больше из этой системы кнутом не выбьешь. Но других инструментов у первого президента, пожалуй, и нет.
Фото пресс-службы президента Беларуси