Бизнесмен рассказал журналистам издания Анне Крученых и Наталье Микулико первых шагах в бизнесе, о нефтяном прошлом и строительном будущем, о кадровых проблемах, а также о своем любимом автомобиле и почему у него останавливаются швейцарские часы.

Наш журналистский опыт позволяет утверждать, что со всяким бизнесменом, достигшим больших успехов в делах, разговаривать всегда интересно. С Анатолием Андреевичем Тернавским – совладельцем и основным инвестором группы компаний «Юнивест» – беседовать было интересно вдвойне: он относится к тому редкому типу людей, о которых англичане с подчеркнутым уважением говорят: «Self made man».

Анатолий Андреевич, готовясь к интервью с Вами, мы неожиданно для себя обнаружили,что в интернете информации о Вас совсемнемного. И это при том, что о бизнес-персонах менее значительных сообщений больше в разы. Скажите, пожалуйста, не рассказывать о себе — Ваша позиция или стечение обстоятельств?

– В свое время мне приходилось давать много интервью. Особенно в те далекие годы, когда мы работали над освоением Западной Сибири. Общение с прессой тогда было необходимостью: нужно было убедить людей в том, что на просторах тундры вырастут города, поселятся люди, родятся дети… Мало кто верил в это, приходилось снова и снова доказывать состоятельность своих замыслов, рассказывать о проектах, убеждать. Потом настали «лихие» 90-е, когда чем меньше информации «просачивалось» в СМИ — тем спокойнее это было для тебя, для бизнеса, для твоей семьи. Тогда сама жизнь заставляла сводить любые контакты с журналистами к минимуму. А сегодня ни я, ни мое дело в протекции и пиаре не нуждаются. Все знают название компании «ЮНИВЕСТ», знают, кто за ней стоит и чем занимается. Поверьте, никто никогда не усомнился в том, что нам можно доверять. Репутация говорит сама за себя.

Ваши бизнес-интересы простираются широко: нефтетрейдерство, недвижимость,банковский бизнес, сельское хозяйство, производство строительных материалов, ресторанный бизнес… К какому из многочисленных деловых направлений Вы испытываете наибольшую привязанность?

– К любому направлению, в котором видишь конечный результат. К успешному,разумеется…Так сложилось, что никто никогда не приносил мне ничего «на тарелочке». Никто не говорил: «Вот тебе бизнес, занимайся, а мы будем тебе помогать». Ко всему приходилось идти самому. Наверное, поэтому мне до сих пор так важен результат любого дела — чем бы я ни занимался. В Сибири это был нефтяной бизнес. Потом пришло понимание, что любому успешному бизнесу нужна диверсификация — занялись сельским хозяйством в России, начали развивать строительный бизнес в Беларуси. Занялись строительством — возвели помещения для ресторанов, подумали: «Зачем отдавать другим?», взяли хорошего специалиста и начали раскручивать ресторанную сеть… Каждый последующий бизнес вытекал из предыдущего, каждый имеет свою специфику, зависит от потребностей рынка и экономической ситуации в стране. В этом отношении, строительный бизнес — самый надежный. Трейдерский бизнес — мимолетный, зависит исключительно от рынка, и ты здесь, по большому счету, мало на что влияешь. В сельском хозяйстве большую роль играют технологии и погодные условия, да и с государством (если говорить о России) не всегда просто получить помощь в вопросах развития земледелия. В строительстве же результат практически на 100% зависит от тебя. И когда видишь, как за пять—шесть лет на голом месте вырастает новый микрорайон — сердце до сих пор радуется!

– Анатолий Андреевич, не станем скрывать: одним из поводов, сподвигнувших наше издание на беседу с Вами, стала реконструкция и реставрация усадьбы белорусского художника XIX века Валентия Ваньковича, расположенной в Минске на улице Филимонова, 24. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

– Реставрация памятников культуры, откровенно говоря, — дело непростое. И сегодня большая проблема в том, что люди, которые могли бы оказать здесь реальную помощь, бегут от этого, как черт от ладана. Они понимают, что в реставрацию нужно не только вложить немалые средства, но и тонну бумаги исписать, согласуя каждый свой шаг с различными государственными структурами — от Белреставрации до Министерства строительства и архитектуры, другими инстанциями. Потом нужно продолжать вкладывать средства, прежде чем, скажем, музей сможет сам зарабатывать на свое содержание и (в идеале) приносить какие-нибудь деньги. В общем, проще «откреститься» от этой идеи. Но это неправильно, поскольку самому государству, без участия бизнеса справиться с обветшалым культурным наследием будет сложно. Выкупая для реставрации усадьбу Ваньковичей в Минске, мы как раз старались показать пример того, как, забо тясь об объекте культурно-исторического наследия, можно вовлечь его в круг своих бизнес-интересов. Да, нам пришлось вложить средства, немало сил и кропотливого труда потребовала реконструкция полуразрушенного памятника дворцово -усадебной архитектуры. Да, в процессе реконструкции мы не раз подумали о том, что легче было возвести два—три подобных объекта с нуля, чем довести до ума существующий. Но мы получили результат: памятник восстановлен, будет работать, являясь коммерчески выгодным объектом, и окупать затраты на свое содержание. Надеюсь, нашему примеру по-
следуют и другие.

– Вы — учредитель и владелец группы успешных компаний. Мы хорошо понимаем, что ни деньги, ни успех с неба не падают. За всем стоит напряженный труд. А с чего начинался Ваш самый первый бизнес?

-Если бизнес — это то, что приносит прибыль, то свое первое дело я начал еще в детстве. Я родился в Керчи, в рабочей семье. Папа — водитель, мама — домохозяйка. Для меня всегда семья, родители были примером, образцом для подражания. Вместе с отцом (а он в девять лет научил меня водить машину) мы ездили в колхоз на уборку зерновых. Работал грузчиком, зарабатывал трудодни, на трудодни получал пшеницу, потом везли ее на мельницу — часть муки оставляли себе, часть — продавали. Вот это и был мой первый бизнес. Именно тогда я научился не только зарабатывать деньги, но и рачительно относиться к заработанному. Мой первый серьезный бизнес начался в Западной Сибири. Когда развалился ССС Р, стали организовываться товарно-сырьевые биржи. На заработанные на Севере деньги я тогда купил акции тюменской биржи, стал покупать и тут же продавать пользующиеся спросом сырье, материалы. Потом мы вошли в нефтяной бизнес — так и пошло… В 98-ом году я пришел в «Славнефть», работал вице-президентом, потом первым вице-президентом. Курировал бизнес компании в Беларуси. Мозырский завод и его реконструкция, переработка нефти, организация АЗС — все это было моими обязанностями. Потом «Славнефть» выставили на торги, и ее купили нефтяные компании «СибНефть» и «ТНК». Тогда я ушел из компании, начал заниматься частным бизнесом, была создана компания «ЮНИВЕСТ ». Примерно в это же время мы вышли на белорусский рынок. Поставляли нефть, перерабатывали, часть продавали заводам. Мы хорошо понимали этот рынок, благодаря нашим поставкам переработка нефти в Беларуси значительно увеличилась. Но, как я уже говорил, чтобы получить наибольшую эффективность, бизнес должен быть разносторонним. Так появились строительное и ресторанное направления. И все эти бизнесы «вытекли» из первого — нефтяного.

– Анатолий Андреевич, Вы являетесь спонсорами многих видов спорта в Беларуси. Интересно, к какому из них Вы испытываете особый интерес?

– Со спортом я знаком с детства. В школьные годы я, как, наверное, большинство моих сверстников, занимался легкой атлетикой, боксом. В студенчестве, когда поступил учиться в Донецк, ходил в плавательную секцию. Потом — лыжи. На Севере это было даже не увлечение, а жизненная необходимость…А вот из зрелищных видов спорта я люблю хоккей. И могу сказать, что в белорусском хоккее мне нравится не только процесс игры и профессионализм команд, но и само отношение к этому виду спорта. Особенно люблю ежегодный Рождественский турнир. Красивые жизнерадостные люди (неважно, болельщики или нет), с улыбками, детьми, хорошим настроением — вот настоящий праздник хоккея. И пусть сегодня в Беларуси существует много споров по поводу строительства дворцов спорта, плавательных бассейнов и других подобных объектов, я не устаю повторять на всех уровнях, что спорт — это настоящее и будущее Беларуси. Не так давно мы, по просьбе администрации Гомельской области, строили гостиницу в Жлобине. Там запускали каток, плавательный бассейн, и нужна была гостиница, где бы можно было разместить приезжих спортсменов, открыть кафе для посетителей спортивного комплекса. Знаете, меня впечатлило количество молодежи, которая пришла заниматься спортом в этом спортивном комплексе. Здесь они находят себе занятие по душе, общение. Спорт отрывает их от улицы, наркотиков, пьянства. Причем ту же картину я наблюдал во многих других областных и районных городах Беларуси. И даже если половина из этих ребят выберут здоровый образ жизни — страна получит здоровое поколение. И этот результат дороже любых денег.

– Ваш предпринимательский опыт огромен. Если бы к Вам обратились за советом о том, что следует предпринять, чтобы сделать развитие экономики Беларуси более успешным и эффективным, то что бы Вы посоветовали сделать в первую очередь?

– Главное богатство Беларуси — это люди. Здесь есть специалисты высокого уровня, умеющие работать. Есть хорошие рабочие руки, есть прекрасный инженерный состав. Сейчас все это «утекает» за пределы страны (в ту же Россию) в поисках более высоких зарплат. Ради двух тысяч долларов ежемесячного заработка белорусы лишаются общения с семьей, терпят бытовые лишения. Найти действительно хорошего специалиста сегодня становится все сложнее. И здесь возникает парадоксальная ситуация: есть заказ, есть деньги, а выполнить этот заказ мы не можем, потому что некому… Нужна интеграция. Причем не по принципу «я тебе деталь поставил — ты мне». Нужно организовать производство, брать максимальное количество иностранных заказов. А если нет такого производства в стране — значит, собирать под выполнение заказа специалистов и оказывать услугу за рубежом. И тогда она будет стоить не две тысячи для специалиста, а принесет республике все десять тысяч долларов. Это реальное решение, которое лежит на поверхности и требует минимума затрат и времени. Пока это сделать не так сложно, но если еще несколько лет не вести активную работу в этом направлении — возможность может быть упущена.

– Какие из реализуемых Вами сейчас в Беларуси бизнес-проектов требуют наибольшего внимания?

– Мы понимаем, что нефтяной бизнес, с которого мы начинали, снова становится в России государственным. Сегодня достигнут большой прогресс в межправительственных соглашениях по поставкам нефти в Беларуси и ее переработке, и государство снова возьмет все эти вопросы под свой контроль. И это правильно. Поэтому в Беларуси мы сосредоточились на своих строительных проектах. Сейчас мы строим гипермаркет в Бресте. В Минске на финальной стадии согласования находится государственночастный проект по строительству нового жилого района, который будет носить название «Ноттингем». Это название не случайно: район будет строиться по принципу одноименного города в Англии —родины Робина Гуда. Это строительство до полутора миллионов квадратных метров жилья класса «эконом+» сразу за минской кольцевой. Зачем нам государственное партнерство? Частному бизнесу самим освоить такой объем в короткие сроки достаточно сложно, а в партнерстве с городом мы ускорим сроки застройки в интересах горожан. Сейчас совместными силами готовим решение, которое должна утвердить Администрация Президента (Прим. «Ежедневника» – решение утверждено в январе 2014г.)». Получим положительный ответ — и строительство начнется. Думаю, новый район комплексной застройки будет востребован.

– И минчане, и приезжие давно по достоинству оценили ресторан Bella Rossa и сеть пиццерий «Лимончелло». Планируете ли еще чем-нибудь удивить и порадовать минчан?

– Да, планируем. В этом году (Прим. «Ежедневника» – интервью было взято в конце 2013 года) должно состояться открытие ресторанного комплекса «Усадьба». Там будут представлены высокая белорусская, немецко- европейская, паназиатская кухни. А в подвальчике можно будет и пива большой компанией выпить. В общем, целый комплекс ресторанов, рассчитанных на разный уровень достатка. В рамках развития сети «Лимончелло» планируется и открытие двух новых пиццерий на улице Кальварийской. Во главе всех этих начинаний стоит талантливый энтузиаст из Беларуси. И успех наших «ресторанных» начинаний —во многом его инициатива. И если нет людей, которые понимают и живут всем этим, то за ресторанный бизнес и браться не стоит — он не пойдет!

Есть ли у Вас хобби, не связанные с работой?

-Для меня любимое и главное хобби —это свободное общение с друзьями. У нас есть «святой» день — воскресенье. В восемь утра мы встречаемся в бане и посвящаем максимум времени общению и банным ритуалам по всем правилам. Ну и рыбалку люблю. Не летнюю — зимнюю, подледную. Охоту не
люблю: «птичку жалко» (улыбается —прим. редакции).

– Вы не коренной минчанин, но уже многие годы связаны жизнью и работой с нашим городом. Появились ли у Вас здесь любимые места — парк, улица, кафе, театр?

– Я люблю не только Минск, а всю Беларусь. Вот до чего в человеке практицизм развит! Едешь по хорошей дороге — сердце радуется. Думаешь: «Когда же и в России такие появятся?» Смотришь на поля — оцениваешь труд крестьянина, где-то радуешься, где-то переживаешь за него… В Минске нравится то, что можно свободно, без опаски прогуливаться даже поздно вечером. Парков много в городе, чистота…

– Как Вы относитесь к роскоши? Какими критериями руководствуетесь при выборе часов, одежды, автомобиля?

– К роскоши себя приучал долго. Ведь какая роскошь на том же Севере? Хорошие собачьи унты, собачья (ондатровая так не грела) шапка и дубленый нагольный полушубок — вот и вся роскошь. Удобство и тепло — главные критерии были во всем. Потом, в 90-х, стали бизнесменами. Учились разбираться в дорогих вещах, ведь даже в банке нас оценивали по туфлям и часам! Нужно было придерживаться негласных правил, чтобы преподнести себя, чтобы тебя приняли. По-другому было нельзя. Единственное, к чему не привык. до сих пор, — так это ходить по магазинам. Для меня это сущее наказание. Идеальный для меня вариант — звонить в известный мне магазин и договариваться, чтобы к определенному времени подготовили все, что есть моего размера. Это может быть Canali, Brioni — то, что подходит. Любимая марка автомобиля — Mеrcеdеs, С-класс. Считаю, что это самая надежная машина и по качеству, и по удобству. Есть и Bеntlеy, но это для внуков. Для «форсу», не для работы. В моем понимании даже роскошь должна быть функциональной. Я на этом настаиваю. Всегда. Что касается часов, начинал я с Patеk Philiрре. Потом были другие марки, но со всеми — одна история: останавливаются. Швейцарские мастера разводят руками и говорят, что у меня слишком сильная энергетика. Приходится верить…

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»