Однако 65-летний Кястутис Григас чувствует себя здесь как дома. Мужчина, который в местах лишения свободы провел почти 30 лет, в этом учреждении живет с 2008 года. Едва успев выйти на свободу из Мариямпольской колонии строго режима, он направился в ночлежный дом.

Однако это учреждение он называет еще одной тюрьмой. Здесь приходится придерживаться строгого режима. «Был бы моложе, тут бы не жил», – говорит он.

Размер пенсии Григаса составляет всего 300 литов, однако ему удалось накопить на телевизор. Этот предмет быта еще изредка напоминает ему о тех годах, когда он когда-то был историком, закончил Вильнюсский педагогический институт.

За место в ночлежке Григас ежемесячно платит по 140 литов. Еще 13 литов он откладывает на расходы на кабельное телевидение и 15 литов – на электричество. На пропитание дополнительно получает из пособий и благотворительных фондов.

В советские годы привязывали к столбу

Григас стоит в очереди на проживание в учреждении долговременной опеки – пансионате для престарелых. Однако сколько придется этого ждать, здесь не знает никто.

«Никто не виноват, виноват я сам. И зачем потерял себя в этих тюрьмах? Мозгов не было. Хорошо, что еще есть ночлежка. Все тут злятся на работников, а я не злюсь. Договариваюсь со всеми, если бы пришлось уйти, было бы худо. Пришлось бы поплакать», – говорит он.

За что отсидел такой огромный срок, Григас в деталях не рассказывает, однако перечисляет, что это были и хулиганство, и сокрытие преступления, срок получил и за то, что поднял руку на полицейского. «Приписали мне грабеж, а меня даже в хате не было, в саду яблоки рвал, поэтому очень обидно», – говорит мужчина.

После выхода из тюрьмы он еще брался за разную работу – предлагал перекопать огород, привести в порядок теплицу, нарубить дров. Однако сейчас здоровье пошатнулось, и большую часть времени он проводит в постели. На вопрос о том, есть ли у него мечта, мужчина отвечает: «Если уж совсем честно, то я хотел бы умереть. Кому я такой нужен?».

Из небольшой пенсии на пропитание ему остается всего около 100 литов, иногда от голода спасают получаемые из благотворительных фондов крупа и макароны.

Воспоминания о годах, проведенных в тюрьме, у него неоднозначные.

«В советские годы чертовски плохо было. Получали по мозгам за всякую ерунду. Двадцать восемь градусов мороза, а привязывают голого к столбу и выливают два ведра воды. Держат, пока сознания не лишишься, сосульки по трусам текут. А сейчас я скажу, что пенсионер на свободе хуже живет, чем заключенный. Когда по правилам Европейского Союза все сделали, то и еда стала отличная, овощи дают», – говорит житель ночлежного дома.

По его словам, сейчас в тюрьме лучше, чем в ночлежном доме, однако человеку, по свидетельству Григаса, все равно, как птице, хочется на свободу.

Kęstutis Grigas
© R.Čergelienės nuotr.

Поделиться ссылкой: