Танец свободы

На выпускном экзамене в Университете культуры и искусств Лиза Ефимова танцевала партию Фриды Кало. Знали ли экзаменаторы, что сильный и сложный образ мексиканской художницы девушка выбрала неслучайно? Уже несколько лет она борется за права студентов в Беларуси, работая заместителем директора Центра развития студенческих инициатив. Как же вышло, что Лиза сделала шаг со сцены, чтобы посвятить себя борьбе за академические свободы и права?

— В 2005 году, когда мне было всего 17 лет, закончилась моя танцевальная карьера, — вспоминает Лиза. — Я профессионально танцевала много лет, и решение оставить любимое дело было непростым, но совершенно осознанным. Я смогла добиться успеха — стала пятикратным серебряным и бронзовым призером Беларуси по спортивным бальным танцам среди юниоров, учавствовла в международных соревнованиях. Но, достигнув определенного уровня, я поняла — чтобы развиваться дальше, нужно было искать иной путь…

— Как ты отважилась на такой шаг, да еще как только закончила школу?

— Карьера танцора недолговечна — в 25 лет ты понимаешь, что у тебя уже недостаточно сил и здоровья, чтобы продолжать танцевать. Приходится либо кардинально менять жизнь, либо выбирать путь тренера. У меня были свои танцевальные группы — от маленьких деток до взрослых танцоров. Несколько пар, которые я тренировала, успешно выступают на конкурсах. Но этого мне было недостаточно …

— Между тем ты успешно закончила Университет культуры. Но именно в студенческие годы ты начала заниматься правозащитной деятельностью…

— Мне сложно сказать, что подтолкнуло меня внимательнее присмотреться к тому, что происходит в Беларуси. Наверное, это была первая Площадь — демонстрация недовольных результатами президентских выборов в 2006 году. Когда я наблюдала за происходящим, стало ясно — я хочу бороться с несправедливостью в стране. Как только я осознала это, сразу же начала искать единомышленников. В 2007 году я уже была в числе организаторов гражданской кампании против отмены студенческих льгот “Я — заяц”. Мы ездили в транспорте с заячьими ушами — протестовали против отмены льгот.

Сама учеба в университете не давала мне забыть о том, что студенты нуждаются в защите. Даже вспоминать не хочу, с каким количеством нарушений и притеснений сталкивалась я и другие молодые люди. И тогда, и сейчас студент в Беларуси почти никак не может повлиять на процесс обучения. В итоге мы с друзьями спросили себя: кто защитит права студентов, если не мы? Так 10 марта 2008 года появилась организация “Студэнцкая Рада”. Мы рассказывали студентам об их правах, учили защищать себя, показывали каким должен быть Настоящий Студент. Было много семинаров, тренингов, встреч. Мы консультировали студентов, представляли их интересы перед администрациями вузов, раздавали информационные материалы, даже выпускали студенческую газету “StudUP”. В 2010 году мы провели акцию «Достань Устав своего вуза». Члены нашей организации ходили по университетам и просили показать Устав учебного заведения. Это оказалось почти невозможным! Например, в одном из вузов Устав был в единственном экземпляре, и доступ к нему имел исключительно ректор!

В мае 2011 года  мы создали «Центр развития студенческих инициатив». Эта организация очень молодая и помогает студентам и студенческим организациям продвигать свои интересы. Например, не так давно вместе с «Общественным Болонским комитетом» в Беларуси мы представили отчет о соблюдении академических свобод. Мы указали конкретные факты, которые говорят о массовых нарушениях академических свобод в нашей стране. Министерству образования и руководителям вузов придется считаться с этими данными и перестать нарушать права студентов и преподавателей. Если власти не пойдут на позитивные изменения в сфере высшего образования, то вступление Беларуси в Болонский процесс будет под вопросом. Это один из примеров того, как наша деятельность способствует положительным переменам в нашей стране.

Без страха, но с любовью

— В Беларуси женщине довольно тяжело построить успешную карьеру в политике или на гражданско-правовом поле. Ты еще совсем молодая — тебе далеко до тридцати, и твоей внешности позавидовали бы многие. Как тебе удается отстаивать свои интересы и добиваться уважительного, а не снисходительного отношения?

— Преодолевать гендерные стереотипы в нашей стране непросто. Быть молодой и симпатичной девушкой и завоевывать авторитет в любой сфере без усилий просто невозможно. Но я верю, что все стереотипы нужно беспощадно разбивать. Доверие к себе я всегда старалась завоевывать одним способом — или делать что-то качественно, или не делать вообще. Но примеры других стран показывают, что место умной и красивой женщины — в гражданском обществе!

— А как насчет  другого стереотипа — женщина выбирает  либо семью, либо успешную карьеру?

— Мне повезло — каждый день я работаю с человеком, которому доверяю на сто процентов. Мы возглавляем «Центр развития студенческих инициатив» вместе с моим мужем Дмитрием.

Познакомились, когда реализовывали компанию «Я — заяц!». Именно тогда поняли, что нас интересуют одни и те же вещи, что мы видим будущее одинаково…

В 2010 году мы поженились. Перед тем как отважиться на этот шаг, мы встречались около двух с половиной лет. Но в один прекрасный день поняли, что должны двигаться по жизни вместе.

Родители отреагировали на нашу женитьбу очень спокойно. Они с самого начала были «за» — видели, что Дима нравится мне, он делает меня счастливой. Хотя какое-то время маме было сложно понять, почему я начала интересоваться гражданско-политической деятельностью. Она пыталась меня отговорить и надеялась, что я вернусь к танцам. Но постепенно родители смирились, сейчас мама сама интересуется происходящим в нашей стране.

— Я понимаю опасения родителей. К сожалению, белорусская реальность полна грустных примеров того, как политика разъединяет семьи. Ирина Халип и Андрей Санников, Дмитрий и Анастасия Дашкевичи. После женитьбы не было страшно за будущее семьи, за будущих детей?

— Ситуация, в которой  мы живем, мягко говоря, нестабильная. И в глубине души, конечно, есть страх. Но как жить без веры в лучшее? Я думаю, даже официальные власти понимают, что мы не делаем ничего плохого. Мы стремимся не разрушить, а усовершенствовать систему высшего образования.

Ну а о детях говорить еще рано. Искренне верю, что, перед тем как дать жизнь новому человеку, нужно создать ребенку благоприятные условия для развития. Это можно сделать либо уехав из страны, либо изменить ситуацию в стране. Я выбрала второй путь.

КГБ, деньги, выбор…

— Тяжело разделять дело и семью и не тащить домашние проблемы в офис, а рабочие вопросы — на кухню?

— Я не воспринимаю работу как то, куда люди ходят на 8 часов в день, чтобы заработать деньги. Моя работа – это моя жизнь. Поэтому я говорю, что работаю всегда. Конечно, иногда нужно отдыхать, иногда ездить в отпуск. Все остальное время мы трудимся — это наше дело, этим мы живем. И это тоже счастье — заниматься тем, что нам нравится. Так что о работе мы говорим всегда и везде. И в этом совершенно нет проблемы.

— Как показывает практика, иногда приходится отвлекаться от любимого дела хотя бы для заработка. Какими бы сильными ни были убеждения, но жить за что-то нужно…

— Когда занимаешься любимым  делом, деньги уходят на второй план.  Хотя иногда бывает непросто — мы очень много времени отдаем работе в « развития студенческих инициатив». Помогает скромное семейное дело, связанное с полиграфией. Кроме того, нам помогают наши родители. Дима хороший хозяин — умеет экономить и делать покупки рационально. Я учусь у него этому искусству.

Так что на жизнь нам хватает. Хотя о каких-то вещах приходится только мечтать. Например, о собственном  жилье. Снимать квартиру очень дорого, поэтому мы, как и многие молодые семьи, живем с родственниками.

Многие молодые люди устают от бытовой неустроенности на родине и эмигрируют. Некоторые даже воспользовались своей политической деятельностью как билетом в Европу. Перед вами с мужем стоял подобный выбор?

— У меня никогда не было желания уехать. Я приняла решение развиваться тут и менять его не собираюсь. Произвести какие-то изменения в системе образования невозможно, находясь за пределами страны!

Перед президентскими выборами 2010 года «Студэнцкая Рада», как и многие другие, испытала повышенный интерес со стороны компетентных органов. За две недели до 19 декабря меня сняли с поезда, который шел в Польшу. Что-то искали в личных вещах, но в итоге отпустили. Ну а уже после выборов представители КГБ провели обыск у нас дома. Как сказал мне адвокат, присутствующий на обыске, его последствия могут быть для нас весьма печальными. Тогда мы решили, что нужно уехать из страны…

Почти три месяца нас не было в  Беларуси. Это было время кризиса — нужно было решать, как строить жизнь дальше. Возвращаться? Уезжать? Но, работая вне Беларуси, почти невозможно оставаться в контексте… Это и стало решающим фактором — мы вернулись в Минск. Теперь я понимаю, что это было единственно правильным решением. Судьба нашей семьи неотрывно связана с Беларусью.


Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»