Такое мнение доминировало на конференции “Состояние гражданского общества в Беларуси”, которая проходила в Варшаве 26—27 октября под эгидой Фонда Казимежа Пулаского и Совета Европы.
“Белорусская модель” себя исчерпала. Руководство страны не может предложить обществу новых идей. “Проект белорусской власти — это проект предотвращения будущего”, — афористично сформулировал Александр Добровольский, директор Восточноевропейской школы политических исследований.

Впрочем, туговато со свежими идеями и у политических оппонентов режима.

Во время минувшей парламентской кампании оппозиция, равно как и власти, не смогла сделать внятное послание обществу, сконцентрировалась на не интересных ему внутренних спорах, отметил Камиль Клысиньски, эксперт польского Центра восточных исследований.

Аналитик посоветовал оппозиционерам перенести выяснение отношений в кулуары, плодотворнее контактировать с экспертным сообществом. По мнению Клысиньского, одна из проблем белорусской политической оппозиции заключается в том, что она “с трудом принимает правду”.

Как пример он привел болезненную реакцию части оппозиционных деятелей на итоги социологического исследования НИСЭПИ, согласно которым бойкота сентябрьских выборов в Палату представителей не получилось.

Социологи под огнем

Впрочем, совет польского политолога не возымел эффекта. Страсти по поводу злополучных цифр разгорелись и на самой конференции. Доктору социологии Олегу Манаеву, отцу-основателю НИСЭПИ, пришлось отдуваться за коллег.

В частности, недоверие данным этого исследовательского центра в жесткой полемической манере выразил Дмитрий Бондаренко, политический эмигрант, координатор гражданской кампании “Европейская Беларусь”. В целом, по убеждению Бондаренко, власти стремятся создать в Беларуси контролируемую оппозицию. По его словам, идет тотальная вербовка представителей политической оппозиции, НПО, журналистов.

В полемике с НИСЭПИ представитель “Европейской Беларуси” апеллировал к данным интернет-опросов, а замечания по поводу их нерепрезентативности отвергал доводом, что в борьбе за перемены надо ориентироваться не на село, а на продвинутую часть общества.

В свою очередь, Владимир Мацкевич, директор Агентства гуманитарных технологий, заметил, что роль интернета в “арабской весне” сильно преувеличена и вообще — активность в Сети и реале различается в сотни раз.

“Власти нас загоняют в диссидентскую сферу”, — констатировала руководитель гражданской кампании “Наш дом” Ольга Карач.

Быть диссидентом, считает она, в каком-то смысле легче: ты говоришь, что думаешь, и не очень волнуешься по поводу того, что об этом думает население. Но гражданское общество, по убеждению лидера “Нашего дома”, “должно развиваться в сторону профессионализма”. Для этого нужны инструменты, в том числе и социологические.

Амбиции, работа спецслужб и деньги

Трещали полемические копья и на панели “Масс-медиа и интернет как инструмент белорусского гражданского общества”. Если Наталья Радина, главный редактор сайта “Хартия”, призывала СМИ из режима выживания перейти “в режим сопротивления и борьбы”, то политический обозреватель и медиааналитик Павлюк Быковский подчеркивал важность соблюдения стандартов журналистики.

Не похоже, что в ближайшее время эти подходы к медийной деятельности — условно говоря, инструментально-революционный и профессионально-журналистский — удастся гармонизировать.

Негосударственные СМИ, интернет-ресурсы тоже в значительной степени поляризованы, а некоторые откровенно ангажированы политическими силами. При том что общество доверяет СМИ прежде всего как медиаторам, коммуникаторам, “есть соблазн превратить медиа в партии”, отметил политический аналитик Юрий Дракохруст.

В итоге мы нередко видим, что миссия консолидации гражданского общества уступает разрушительной парадигме поиска врагов.

За годы правления Александра Лукашенко гражданское общество “было глубоко втянуто в противостояние власти и политической оппозиции”, считает глава Белорусского Хельсинкского комитета Олег Гулак. В итоге организации третьего сектора “переключились на персонифицированную борьбу”.

Это ведет к ослаблению связей НПО с обществом, угрожает им маргинализацией, полагает лидер БХК. По его мнению, организации должны “вернуться к тому, чтобы более плотно работать со своими целевыми группами”.

В свою очередь, Андрей Егоров, директор Центра европейской трансформации, высказал убеждение, что “возвращение к политике малых дел” — недостаточная задача для НПО. Ведь есть такие проблемы, как освобождение политзаключенных, строительство АЭС. По мнению Егорова, структуры гражданского общества должны заниматься и политическими проблемами национального масштаба.

“Нам нужны не малые дела, а маленькие победы”, — резюмировал, со своей стороны, Владимир Мацкевич.

Споры на варшавской конференции лишний раз подчеркнули, что и перед политической оппозицией, и перед гражданским обществом остро стоит проблема консолидации. Но не идеалистичны ли призывы к ней?

В жестоких баталиях между разными группировками белорусской контрэлиты публично выдвигаются на первый план концептуальные и моральные категории. Но на деле, считают некоторые, все зачастую банальнее.

В кулуарах конференции можно было услышать мнение, что конфликтогенами выступают, по сути, три фактора: амбиции, работа спецслужб и борьба за ресурсы.

Дать позитивную альтернативу

И все же было бы неверно утверждать, что на конференции в Варшаве доминировали раздрай и пессимизм.

По мнению Камиля Клысиньского, международный контекст белорусской ситуации дает гражданскому обществу некоторые шансы. Власти не знают, что делать с экономикой (“финансам угрожает пропасть”), испытывают значительное давление со стороны России. Во властных кругах, полагает польский аналитик, “может возникнуть концепция восстановления диалога с Евросоюзом”.

Однако, предполагает Клысиньски, Минск, скорее всего, попробует улучшить отношения с Западом “при помощи муляжей”.

В частности, отмечалось на конференции, таким муляжом в ситуации, когда сидят политзаключенные, представляется инициатива властей обсудить возможность создания национального учреждения по поощрению и защите прав человека.

Конференция так и не дала четкого ответа на вопрос об оптимальной стратегии третьего сектора. С одной стороны, отмечалось, что от политики не уйти: власть загоняет партии и НПО в общее гетто. С другой стороны, за воротник тащить организации гражданского общества на баррикады борьбы с режимом — тоже неверно. Но как найти баланс, пройти по острию политического ножа?

“Кризис белорусской модели реален. Он создает как новые опасности, так и новые возможности”, — отметил Александр Добровольский. По его мысли, даже при жестком авторитаризме влияние общества на ситуацию в условиях кризиса может стать решающим. Следует работать над усилением общественной поддержки перемен, для чего людям надо предъявить привлекательную альтернативу.

“Пока мы не консолидированы, и сами мы ничего не можем сделать, и Европа ничего не сделает”, — подчеркнул, со своей стороны, Андрей Егоров. Он призвал не бросать камни в ЕС, а предложенный Брюсселем “Европейский диалог о модернизации с Беларусью” трактовать как рамку, которую следует “использовать, наполняя своим смыслом, своими целями”.

Более того, не политическая борьба как таковая приведет к смене режима, считает Владимир Мацкевич. По его мысли, в качестве фактора перемен для Беларуси важно развивать культуру в широком смысле — хозяйственную, бытовую, политическую.

В частности, важна европейская культура дискуссии с умением принимать другие точки зрения и договариваться, подчеркнул Мацкевич в комментарии для Naviny.by.

Общественный лидер убежден: “Без культурного прогресса мы будем жить при плохом режиме независимо от того, кто будет руководить с Карла Маркса, 38”.

Поделиться ссылкой: