Организация подает апелляцию, однако у руководства организации нет сомнений, что это решение останется без удовлетворения. В результате Беларусь, как считают правозащитники, может лишиться одной из уникальнейших организаций.

Информационно-просветительское учреждение “Платформа” было официально зарегистрировано 16 июня 2011 года. Коллеги по правозащитной деятельности сразу же назвали организацию уникальной в белорусских условиях.

“Платформа” занялась одним из самых сложных вопросов — защитой прав заключенных. На одной из пресс-конференций заместитель председателя незарегистрированного правозащитного центра “Вясна” Валентин Стефанович признался: до мониторинга пенитенциарных учреждений и защиты прав человека в тюрьмах у остальных правозащитных организаций “просто не доходили руки”.

Эту же уникальность в деятельности “Платформы” отметила и директор Центра правовой трансформации “Lawtrend” Ольга Смолянко. “Платформа” соответствовала потребностям большого количества людей, она работала с заключенными, по сути своей это информационно-просветительское учреждение выполняло правозащитную функцию, действуя в таком контингенте и в рамках белорусского законодательства, что очень сложно”, — отметила Смолянко.

За короткое время своего существования “Платформа” смогла сделать очень многое: провести мониторинг условий содержания заключенных, что вообще уникально в Беларуси, поскольку правозащитники в пенитенциарные учреждения доступа не имеют. Начать кампанию “Несправедливый приговор” с анализом судебных решений, а также кампанию по расследованию самоубийств осужденных в колониях. Каким-то образом организации удавалось получать информацию о массовых голодовках, попытках суицидов в исправительных учреждениях, а также об условиях содержания политических заключенных.

Кроме того, “Платформа” работала в рамках инициативы ЕС “Европейский диалог о модернизации с Беларусью”. И, разумеется, занималась она там правами осужденных и реформой пенитенциарной системы.

Руководитель “Платформы” Андрей Бондаренко отмечает, что организацию стремятся закрыть в том числе и за участие в этой инициативе. “Работа наших экспертов в рамках “Диалога о модернизации” — это не основная, но одна из причин ликвидации организации судом”, — считает он.

В рамках же модернизации пенитенциарной системы Беларуси предлагается передать Департамент исполнения наказаний в организационное подчинение Министерства юстиции. Сейчас он находится в ведении МВД. Также предлагается сформировать при Департаменте исполнения наказаний и при каждой колонии общественные наблюдательные комиссии, в состав которых включить представителей правозащитных и иных организаций, изъявивших такое желание.

Правозащитники предлагают отказаться от практики истребования от осужденных “обязательства о правопослушном поведении” и внести соответствующие изменения в законодательство.

Особым пунктом стоит вопрос об исключении из Уголовного кодекса статьи 411 “Злостное неповиновение требованиям администрации исправительного учреждения, исполняющего наказание в виде лишения свободы”, поскольку ее формулировки создают предпосылки для произвольного осуждения лиц, допустивших нарушения режима отбывания наказания.

Только пятым пунктом стоит предложение об обеспечении безусловного соответствия условий пребывания осужденных в местах лишения свободы международным правовым актам, ратифицированным Республикой Беларусь.

Впрочем, руководитель “Платформы” Андрей Бондаренко считает, что для начала государство может выполнить всего три вещи, чтобы положение заключенных в тюрьмах улучшилось.

“Сейчас у нас отсутствует гражданский контроль за пенитенциарными учреждениями, фактически не проводится прокурорский контроль и нет международного контроля за условиями отбытия наказания”, — говорит Бондаренко. Стоит сделать только три эти вещи, и ситуация даже в действующей системе пенитенциарных учреждений улучшится.

“Все, что в большинстве своем происходит в белорусских тюрьмах, происходит от того, что нет контроля. Нет контроля со стороны общественности — и заключенным не доходят письма, нет контроля со стороны прокурорских работников — и в тюрьмах применяются пытки, нет международного контроля, и жалобы заключенных не доходят на свободу”, — говорит Бондаренко.

“Сейчас администрация колонии может делать все, что хочет. В частности, произвольно применять к заключенным статью 411 Уголовного кодекса и произвольно продлять им срок заключения. Это мы видели не только на примере Дмитрия Дашкевича, но и на примере огромного количества заключенных. Бывали случаи, когда люди, осужденные на три года колонии, выходили из мест лишения свободы только через 12 лет, потому что по этой статье им постоянного продлевали срок”, — отмечает Бондаренко.

По его словам, обжаловать приговор по этой статье практически невозможно. Администрация колонии может произвольно применять закон об амнистии — ее действия в этом никто не контролирует. “Точно так же мы видим, как люди становятся “злостными нарушителями” за мелкие провинности, за порванную на куртке бирку с номером заключенного или за отсутствие носового платка. А такой статус не дает возможности применения амнистии, серьезно ограничивает количество передач человеку и возможность купить продукты в тюремном магазине”, — отмечает правозащитник.

Был бы допуск независимых наблюдателей в колонии к заключенным — удалось бы снять массу проблем с их содержанием, считает Бондаренко.

С ликвидацией “Платформы” власть избавляется от неудобных вопросов о правах осужденных. По крайней мере, “Платформа” могла привести убедительные аргументы того, что и зачем нужно сделать в первую очередь.

Сейчас же ликвидация организации позволит властям в ответ на упреки международного сообщества заявить, что в наших тюрьмах по-прежнему все в порядке. А с самими активистами “Платформы” разговаривать в духе: “Ты кто такой? Давай, до свидания!”. Или организовать им персональное ознакомление с условиями содержания заключенных, применив к ним статью Уголовного кодекса за деятельность от имени незарегистрированной организации.

По мнению юриста Ольги Смолянко, самое интересное то, что опыт ликвидации таких учреждений в Беларуси отсутствует. Она вспоминает, что в 2010 году судом было ликвидировано такое же некоммерческое информационно-просветительское учреждение “Правый альянс”.

“Суд принял решение о ликвидации учреждения, решение вступило в законную силу. Однако до сих пор не создана ликвидационная комиссия по этому учреждению. То есть вроде и решение суда есть, де-юре организация ликвидирована, а де-факто этот процесс не завершен”, — сказала Смолянко.

То же самое — с общественным объединением “Беллитфонд”. По нему ликвидационная комиссия даже была создана — еще в 2007 году. Однако до сих пор она не завершила своей работы. То есть объединение как бы ликвидировано и в то же время как бы нет.

Повторится ли эта ситуация с “Платформой”, неизвестно. Но вполне возможно, что учреждение окажется в подвешенном состоянии. Впрочем, Андрей Бондаренко утверждает, что “Платформа” продолжит свою работу в любом случае.

“Как-то накануне одного из судебных заседаний я разговаривал со своими знакомыми предпринимателями. Они мне сказали: “Чего ты паришься? Давай мы тебя зарегистрируем в Америке или в Великобритании?”. Я не придал этому значения. Но недавно получил документ, что в Великобритании мы уже зарегистрированы как “PlatformaRB. Ltd”, — смеется Бондаренко.

Поделиться ссылкой: