– В начале 90-х я был достаточно активным сторонником независимого движения в Беларуси и издавал ряд оппозиционных газет. Тогда не было никаких европейских грантов, поэтому все делалось за собственные средства. Весной 1997 года, когда я узнал, что мне угрожает опасность за распространение этих материалов, я решил уехать.

– И как устроились здесь, как нашли жилье?

– Квартира в Праге стоит примерно 100 тысяч евро, поэтому смело можно брать ипотеку, что я и сделал. Помощь государства заключается в том, что проценты по ипотеке можно списать с налогов. Величина выплат по ипотеке практически равна ежемесячной аренде квартиры.

По словам Владислава Яндюка, приблизительно 30 процентов его бюджета отнимают выплаты по ипотеке, кредитам, страховкам, за телефон и интернет.Около 20 процентов бюджета занимает питание и предметы гигиены, а остальные 50 процентов идут на развлечения, покупку одежды и инвестиции. Отпуск бизнесмен проводит в Италии, а зимой едет в горы.

– Почему именно Прага?

– Во-первых, когда я эмигрировал, еще не было виз в восточноевропейские страны, и этот фактор стал решающим. Конечно, можно было уехать в Польшу или Словакию, но там правили социалисты, а мне это не внушало доверия. Во-вторых, я захотел сделать свою эмиграцию политической акцией, чтобы Чешская Республика признала, что есть политические беженцы из Беларуси. Стоит отметить, что до этого политическая эммиграция из Беларуси не была таким распространенным явлением, как сейчас. Беларусь рассматривалась как постсоветская республика, в которой происходит что-то непонятное, но этому не придавалось серьезного значения.

– Почему вы не продолжили свою карьеру на политическом поприще?

– Я занимался общественной деятельностью в Беларуси потому, что видел проблемы, которые никто не хотел решать. Я не буду заниматься политикой только потому, что мне нечем заниматься. Когда я вижу, что есть люди, которые это делают лучше меня, я не буду лезть: пусть они занимаются своим делом, а я буду заниматься своим. Поэтому в Праге я решил заниматься не политикой, а бизнесом.

– Где проще открывать и развивать бизнес: в Чехии или в Беларуси?

– Это даже нельзя сравнивать. Открывать бизнес здесь– это стандартная формальная вещь. Чтобы зарегистрировать бизнес, нужно один раз зайти в так называемый исполком и подать заявление о том, что я начинаю бизнес. На основании этого выдается регистрационное удостоверение. Потом нужно зарегистрироваться в налоговой инспекции и получить номер налогоплательщика. Больше ничего не требуется. Кроме того, в Чехии я забыл, что значит слово«проверка». Все мои повинности перед государством заканчиваются на том, что я плачу налоги. Налоги в Чехии, к слову, очень низкие, особенно для ИП, но очень большие отчисления в социальный фонд и на медицинское страхование.

– Какие минусы вы видите в белорусской системе экономики?

– Во-первых, в Беларуси существует дотационная экономика – государство дотирует очень широкий спектр товаров и услуг для населения. В таких условиях, если это дотирование долгосрочное, в перспективе 10 лет происходит мощное перераспределение народного богатства от бедных к богатым. Это происходит за счет того, что богатые потребляют больше лакомых кусков в виде дотированных услуг, а бедным кажется, что многое им доступно, но на самом деле они потребляют мизер. Во-вторых, поскольку большая часть экономики дотируется и цены сохраняются низкими, происходит иллюзия сверхдоходов. Это имеет и политический аспект: власти пытаются сохранить лояльность населения. Низшим слоям населения кажется, что они живут соизмеримо со своей зарплатой и могут себе многое позволить, а состоятельные люди чувствуют себя сверхбогатыми.

– Вы можете сравнить уровень здравоохранения в Чехии и в Беларуси?

– По сравнению с Беларусью медицина в Чехии находится на хорошем уровне, но есть и свои минусы. Например, много талантливых врачей уезжает из страны, так как заработок, скажем, немецкого врача в 3–4 раза выше, чем в Чехии. В Беларуси же с 70-х годов осталось все без изменений: те же лекарства, те же врачи и те же методы. Например, я считаю, что Василия Быкова убили минские врачи. У него были все шансы перебороть рак, но его просто убили химиотерапией, которую не должны были назначать, поскольку у писателя была астма.

– Чем принципиально отличается жизнь в Чехии от жизни в Беларуси?

– Самая принципиальная разница, которую видно невооруженным глазом, заключается в наличии культуры. В Беларуси культуры нет, она давно исчезла. Там есть некие рудименты, остатки культуры, но культуры как способа народной жизни нет. Заметьте, когда здесь вы заходите в любой магазин или ресторан – с вами здороваются. Это показатель народной культуры. Здесь есть народ, нация. В Беларуси такого нет: у людей нет ощущения единства. В Чехии люди очень активны, много занимаются спортом и путешествуют, чего нельзя сказать про белорусов. Еще принципиальное отличие заключается в том, что в Чехии есть позитивная атмосфера в обществе. Конечно, есть и критика в сторону властей, в сторону решений парламента, но это воспринимается как часть нормальной жизни, а не как трагическая судьба, которую невозможно исправить.

– То есть в Чехии никогда не случалось массового недовольства системой, попытки штурма дома правительства?

– В Чехии правит демократия, и народ в этом не сомневается. То, что люди бывают недовольны конкретной политической партией, получившей на выборах большинство голосов,– это есть, но оппозиция была и будет всегда. По крайней мере, недовольство в Чехии не носит такого массового характера, как в Беларуси. В Беларуси отсутствует политическая система и политический процесс. Естьгруппа, которая захватила власть, и эта группа правит страной так, как она считает нужным. У народа есть всего три варианта: согласиться с этим, уйти во внутреннюю иммиграцию или уехать из страны. Я выбрал последнее. А все эти балаганы с выборами в Беларуси я не считаю серьезной делом, ведь все давно определено.

– Изменилась ли жизнь в Чехии после вступления страны в ЕС?

– После вступления Чехии в ЕС на прилавках магазинов появилось много хорошего французского вина по приемлемым ценам. Раньше этого не было, потому что были экономические барьеры. Также Евросоюз финансирует различные проекты, например, проект регионального развития Чехии. Знаете, ЕС – это что-то вроде клуба, в который можно вступить, если ты достигаешь определенного уровня качества жизни, политической зрелости и уровня демократии. Только потом можно оценить выгоды от этого вступления. Хотя несмотря на беспошлинную торговлю в рамках ЕС и открытость границ, в Чехии еще чувствуется рудимент закрытости со времен СССР. Если сравниватьЧехию со странами Скандинавии или Западной Германии, где практически все говорят по-английски, в Чехии мало кто знает иностранные языки. Это касается в основном старшего поколения. Открытость Европы сегодня способствует искоренению последствий железного занавеса.

– Если отмотать пленку назад, вы бы хотели остаться в Беларуси?

– Нет. Я очень рад и счастлив, что меня приняло чешское общество. Этот стиль жизни и уровень отношений меня очень устраивает. Я бы хотел, чтобы так жили и белорусы. Это не только экономический аспект, это аспект культуры, атмосферы в обществе, того, как люди друг к другу относятся, как они проводят свободное время, как они работают и как они относятся к работе.

Поделиться ссылкой: