«Антимитинговым» (anti-rally) законопроект назван даже в сюжете RT (ранее англ. Russia Today — «Россия сегодня») – государственного англоязычного телеканала, созданного в 2005 году для вещания за рубежом. Хотя сам Владимир Путин считает, что в законе нет ни одного более жёсткого положения, чем в аналогичных законах европейских стран. Он всего лишь ограничивает граждан от «проявлений радикализма», ни в коем мере не посягая на свободу собраний и выражения мнения.

Некоторое время сохранялась интрига: подпишет или нет? По этому поводу циркулировали разные предположения и слухи. Впрочем, учитывая, что Путин публично поддерживал закон на стадии его обсуждения (по мнению ряда политологов, он сам и являлся его инициатором), подписание можно считать предсказуемым.

Закон о митингах в последнее время остаётся в центре внимания журналистов и политически неравнодушных граждан. Правозащитники и независимые СМИ  упрекала власти в попытке запугать митингующих, посадить оппозицию «под домашний арест» и создать в России полицейское государство. Обсуждение и утверждение законопроекта на каждом этапе вызывали скандал.

5 июня второе и третье чтение законопроекта в Госдуме превратились в настоящую войну на истощение. Ряд депутатов из «Справедливой России» и КПРФ устроили «итальянский троллинг» законопроекта и принялись бомбардировать его сотнями поправок – как существенных, так и абсолютно бессмысленных. С помощью этого хода оппозиционеры пытались затянуть принятие законопроекта, чтобы он не вступил в силу до 12 июня – день, на который назначен очередной «Марш миллионов». Однако «Единая Россия» оказалась упрямее и сильнее: просидев в зале заседаний почти до полуночи и в скоростном режиме отклонив все поправки оппозиционеров, депутаты-единороссы протолкнули закон дальше – в Совет Федерации.

6 июня верхняя палата парламента оказалась гораздо сговорчивее. Несмотря на то, что сенаторы даже не успели как следует ознакомиться с документом, после часового обсуждения Совфед утвердил закон. В начале заседания сенатор Людмила Нарусова, вдова петербургского мэра Анатолия Собчака и мать Ксении Собчак, предложила снять законопроект с обсуждения, чтобы не превращать Совет Федерации в «штамповщика законов». Выступление Нарусовой вызвало резкое неодобрение спикера Валентины Матвиенко. Затем вдова Собчака покинула зал, не став голосовать за законопроект, принятый в итоге почти единогласно.

В тот же день одобренный законопроект был отправлен на подпись президенту. Он, однако, в этот момент находился с визитом в Китае и не стал спешить с подписанием. Президентский пресс-секретарь Песков заявил, что глава государства внимательно изучит все обращения, связанные с законопроектом, и собственно сам документ. А в случае если он противоречит международным нормам, может наложить вето. Эти слова и породили драматическую интригу. 

После вступления закона в силу его противникам останется лишь оспаривать его принятие в Конституционном суде или обращаться в Европейский суд по правам человека в Страсбурге – соответствующие планы уже озвучили в коммунистической партии.

Правозащитная организация Human Rights Watch осудила принятие нового закона и попутно уличила президента Путина во лжи насчёт его соответствия европейским нормам.

Ссылаясь на Европейский суд по правам человека, HRW отмечает: свобода участия в мирных собраниях настолько важна, что человек не может быть подвергнут санкциям – даже по нижнему пределу дисциплинарной ответственности – за участие в демонстрации, если только он не совершает в связи с этим каких-либо правонарушений. В России же новый закон создаёт «правовую возможность привлекать к ответственности за публичное выражение оппозиционных настроений».

Европейский суд также подчеркивает, что сам по себе незаконный характер мероприятия не даёт оснований для ущемления свободы собраний. При отсутствии со стороны демонстрантов актов насилия власти должны проявлять толерантность, в противном случае выхолащивается весь смысл свободы мирных собраний.

С критикой законопроекта выступил Михаил Федотова, глава президентского Совета по правам человека. «Нужно учитывать международные стандарты, например, существуют  «Руководящие принципы о свободе мирных собраний», подготовленные Венецианской комиссией Совета Европы», — приводит пример глава Совета по правам человека.

В этом документе отмечается невозможность создания единого типового закона о свободе собраний, который мог бы быть принят всеми странами-участницами, однако в нём были сформулированы минимальные нормы, которые следует соблюдать властям стран-участниц в процессе регулирования права на свободу собраний.

Шесть руководящих принципов

Защите со стороны государства подлежат лишь мирные собрания граждан. Собрание определяется как мирное, если его организаторы преследуют мирные намерения. При этом понятие «мирное» включает и такое поведение, которое может раздражать тех, кто не согласен с идеями участников данного собрания, а также включает и такое поведение, которое может быть направлено на воспрепятствование действиям третьих лиц.

Принцип 1. Презумпция в пользу проведения собраний

Поскольку право на свободу мирных собраний относится к основным правам, его реализация должна осуществляться без внешнего регулирования, насколько это возможно. Желающие принять участие в собрании не должны просить на это разрешения. Законодательство должно недвусмысленно определять презумпцию в пользу свободы собраний. При любой возможности трактовать нормы закона в пользу проведения собрания, ему не должно чиниться препятствий.

Принцип 2. Обязанность государства защищать мирное собрание

Государство обязано обеспечивать полный набор механизмов и процедур для эффективной практической реализации свободы собраний без чрезмерного бюрократического регулирования.

Принцип 3. Законность

Любые ограничения должны быть основаны на положениях закона, а сам закон должен соответствовать международному законодательству в области прав человека и его нормы должны быть чётко сформулированы и не вызывать разночтений. Каждый должен иметь возможность однозначно определить, вступает ли его поведение в противоречие с нормами закона или нет.

Принцип 4. Соразмерность

Любые ограничения в отношении свободы собраний должны быть соразмерными. Преследуя законные цели, власти должны отдавать предпочтение мерам, предусматривающим наименьший уровень вмешательства в ход проведения собрания. Предусмотренные законом ограничения не должны применяться автоматически, а лишь с учётом конкретной обстановки в каждом конкретном случае. Принудительное прекращение собраний должно восприниматься как крайняя мера при невозможности реализовать законные цели иными способами.

Принцип 5. Надлежащая практика административного регулирования

В законодательстве должно быть чётко закреплено, какой орган наделён полномочиями регулировать свободу собраний. Широкой общественности должен быть предоставлен свободный доступ к полной и достоверной информации о деятельности этого органа, а его процедуры принятия решений должны быть прозрачны.

Принцип 6. Недискриминационность

При регулировании свободы собраний органы власти обязаны предоставлять равную возможность реализации этого права любому лицу или группам лиц. Недопустимы никакие ограничения по признаку расы, пола, национальности, вероисповедания, политических взглядов, принадлежности к тем или иным социальным группам и тому подобное.

Игорь Юргенс, директор Института современного развития (ИНСОР), чей попечительский совет возглавляет премьер Дмитрий Медведев называет нормы законопроекта «драконовскими мерами» и грозит повторением 1905 года.

– Когда на царя оказывалось давление, окружение говорило ему: эту гниду революционную надо дожать, ты слишком мягок. Дальше вы историю знаете. В эпоху глобализации всё происходит быстрее. Если вторая волна кризиса нас накроет именно с таким законодательством, может случиться переход в гражданское неповиновение или, не дай бог, в подпольные формы, — уверяет Юргенс.

Поделиться ссылкой:

Падтрымаць «Народную Волю»